Дни искупления
Шрифт:
Глаза Эспозито округлились от ужаса, он спрыгнул на пол, но при этом ухитрился как-то зацепиться за великана. В ту же минуту крутящийся стул на хромированной ножке зашатался и упал. Квантрилл мгновенно отшатнулся и поднял над головой дубинку, пытаясь защититься ею. За ним, не подавая признаков жизни, на полу лежал еще один офицер полиции, видимо, оглушенный.
Лорен наконец прорвался и застыл на месте. Запах разлитого пива шибанул ему в нос. Широкая спина бесшеего монстра высилась
Лорен со всей силы ударил дубинкой под левое колено Джилено, затем под правое. Джилено рухнул, увлекая за собой Лорена, который со спины старался просунуть свою дубинку под подбородок индейца в надежде перекрыть ему кислород. Квантрилл рванулся вперед, как копье вонзая дубинку в солнечное сплетение Джилено. В этот момент дубинка Лорена наконец достигла цели.
Джилено резко наклонил голову. Руки Лорена дернулись, и весь мир пошел кувырком. Он больно обо что-то ударился и на миг задохнулся. Перед ним сверкнули довольные карие глаза Джилено, и шефа полиции захлестнула первая волна звериной злобы.
А ведь Джилено только с помощью мышц шеи и плеч перекинул через себя Лорена, причем так легко и непринужденно, что позавидовал бы любой боец дзюдо — для достижения подобного результата ему понадобилось бы, наверное, несколько месяцев.
Лорен саданул Джилено по лицу, но места размахнуться не было, и дубинка, не причинив вреда, соскользнула с черепа Джилено, словно он был сделан из стали. Лорена охватила бессильная ярость. Джилено поднялся на ноги, на нем все еще висели Бегли и Эспозито, а Лорен откатился в сторону.
Джилено развернулся и снова приложил Элоя Эспозито о стойку бара. На этот раз Элой не удержался. Джилено одной рукой поймал дубинку замахнувшегося было Квантрилла и, вырвав, попытался сверху ударить по Бегли. Бегли блокировал удар рукой, но для этого ему пришлось отпустить Джилено. Джордж громко засмеялся, почувствовав, что свободен, и забросил дубинку в дальний угол. Офицеры, стоявшие рядом, беспомощно попятились назад.
Лорен вскочил на ноги, лихорадочно соображая, что же предпринять. Может, просто дать ему бутылку и пусть напьется до потери памяти?
Еще два офицера, мужчина и женщина, пробились к ним через толпу и застыли на месте, широко раскрыв глаза, потом приготовились к атаке, держа дубинки перед собой. Джилено покосился на них и принял левостороннюю боксерскую стойку.
Эх, черт возьми, только и успел подумать Лорен. Он рванулся вперед и ударил Джилено плечом куда-то над правым бедром, и в тот же момент другие офицеры врезались в Джорджа где-то повыше. Раздался хруст, и Лорену показалось, что трещат его собственные кости. Все кучей повалились на пол.
Лорен пришел в себя и, тяжело дыша, поднялся.
Оркестр заиграл «I'am a Man» Бо Диддлея.
— Вызовите «скорую» из округа, — сказал Лорен, — не стоит его беспокоить.
— Черт возьми, — обронил кто-то, — вы ему что-то сломали. Неудивительно, что в футболе такие приемы запрещены. — Лорен узнал голос управляющего Эвандера Фелла.
Он повернулся и посмотрел ему прямо в глаза.
— А что, черт возьми, ты хотел, чтобы я с ним сделал? Позволить ему продолжать бутузить моих людей?
Фелл выглядел озадаченным. Он протестующе поднял руки.
— Послушай, Лорен, я не....
— Или, может, ты хотел, чтобы я его застрелил? Потому что все бы закончилось этим, не завали я его сейчас.
— Да я ни в чем тебя не обвинял.
— А мне послышалось, как раз наоборот, Эвандер.
Лорен в порыве ярости потряс кулаком. Горячие волны возмущения разливались по его телу.
— Я тебе кое-что напомню, — продолжал Лорен, — я уже двадцать лет служу в полиции и еще ни разу не применил оружия против своих соседей. Ни разу за двадцать лет. И не намерен делать этого сейчас. И никто из моих людей тоже.
Лицо Фелла слегка порозовело.
— Позволь дать тебе совет, Эвандер, — не унимался Лорен, — сколько раз он разносил твой бар?
— Сегодня — в шестой раз.
— Тогда обратись к судье Денверу и позаботься, чтобы с Джилено разобрались в судебном порядке. А когда он заглянет к тебе в следующий раз, сам будешь в него стрелять, договорились?
— Да я не хотел....
Лорен, уже не слушая, повернулся к одному из своих офицеров, которого бережно ставили на ноги Бегли и Эспозито.
— Как дела, Бушинский?
Глаза Бушинского расширились от удивления, когда он пощупал свою шею. Шея как будто цела! Форменная рубашка спереди разорвалась, и в прореху проглядывало серое нижнее белье набожного мормона с небольшой вышивкой вокруг сосков и пупка.
— Господь Бог постучался ко мне, — выдохнул Бушинский, — но пока ненадолго отступил.
— Ты мог получить сотрясение мозга или что-нибудь в этом роде. Проверься в округе, — он повернулся к Элою Эспозито, — отвези его в травмпункт. Да и тебе не помешает.