Дневник китобоя
Шрифт:
Весь день огибали Грецию. Много встречается островов. Местность гористая и в основном голая. Может, и есть какая-то растительность, но на большом расстоянии не видно.
Погода тихая. Ночью очень тепло. Дует легкий, ласковый ветерок. Пока все благополучно. Скоро подам телеграммы домой и другу Тихомирову.
Первый день в Средиземном море, но оно уже нас стало трепать. По левому борту сопровождает турецкая подводная лодка. В 1949 году нам здесь не разрешали
Мы идем миль за сто пятьдесят от берегов, а в машинном отделении поймали обыкновенную стрекозу. Это очень странно: неужели она может преодолевать такие расстояния? Шторм усиливается. Идет гроза. Огненная молния перерезает небо. Временами проходит дождь, но шторм не гасит. Волна баллов 8–9. Качку переношу неважно.
Это я в Гибралтаре
Около четырех дня показался берег Сицилии. Местами видны песчаники, но в основном берег зеленый. Погода скверная. Проходят шквалы. Совершенно неожиданно вздымаются волны, ветер превращает их в столб брызг и бросает выше мостика китобойца. По палубе сейчас не пройдешь. Она как у подводной лодки – вся в воде. Сегодня прошло профсоюзное собрание. Приняли соц. обязательства.
Идем вдоль Африканского побережья. Берег крутой и, вероятно, скалистый. В 5 часов вечера над нами стал кружить французский самолет. Он несколько раз проходил над самыми верхушками мачт. Хорошо видны 8 или 12 пушек.
Шторм то утихает, то вновь начинается с новой силой. Качка ужасно надоела. В кубрике – как в тарантасе. Вечером нас догнала английская эскадра.
Вода и волны – больше ничего. Качка продолжается. Уже 8 дней плавания.
Сегодня повеселее, скоро будем в Гибралтаре. Перед входом в пролив, миль за 60, будет проходить бункеровка и короткая стоянка.
Ночью на моей вахте вошли в Гибралтар. Мы пошли к базе, взяли топливо и продукты. Завтра вышлю домой телеграммы.
Погода стоит хорошая. Сегодня днем на моей вахте встретили в океане сгоревший транспорт, шедший из Северной Америки. Команда его уже покинула. Он – как коробка в океане. Сильно дымит. Завтра будем у Канарских островов.
Весь день идем вдоль Канарских островов. Погода стоит очень хорошая, не жарко. Иногда на борт садятся птички, потерявшие материк. Канарские острова очень красивые. Идет гряда игольчатых скал. Говорят, что здесь самые лучшие соловьи. Стал привыкать, а то чувствовал
Весь день идем по саранче. Она, видно, хотела атаковать Африку, но подувший ветер с Африканского побережья свалил ее в воду. Вот поэтому мы весь день идем по живой саранче. Представляю, сколько бы она принесла вреда. Сегодня прошло комсомольское собрание. Организация у нас из трех человек. Начинается жара.
Вода и небо – вот два верных спутника, да еще отбившаяся птичка. Сегодня первый день выдали сухое вино.
Мы идем на траверзе Африки. До берега 100 миль. Как ни странно, но над палубой летают бабочки. Как же им удается так далеко залетать?
Подходим к экватору. Жара усиливается. Нести вахту становится очень тяжело. Надо заметить, что я отвык от усиленного, напряженного труда. Но ничего – должны победить!
Очень странное и редкое явление – экватор нас встретил штормом. Сильно бьет. Качка самая настоящая. Прошли грозовые тропические дожди. Вчера мы спали на палубе.
А сегодня ходить по ней опасно.
Как-то день тому назад я лежал на палубе, вдруг говорят в последних известиях, что флотилия прошла Канарские острова; ну а мы уже к экватору подходим.
Сегодня на моей вахте – в 14 ч. 35 мин. – пятью гудками, по существующей традиции, приветствовали экватор. Небо резко изменилось. Звезды встали в другом порядке. Еще не скрылась наша Северная звезда – Большая Медведица, а уже появился Южный Крест. На небе какие-то ромбы, трапеции… Погода улучшилась. Отправил поздравительные телеграммы.
Сегодня бункеровка. На базу передал доверенность и заявление. Слегка качает. Жизнь течет по старому руслу.
В «Зубы» бьет свежий ветер с юга. Это значит – с Антарктики. Нас преследует большая океанская зыбь.
Редкий штиль…
Сегодня видел громадного альбатроса, он кружился высоко над мачтами. Вот уже 25 дней на воде. Скоро промысел. Пушки уже пристреливали…
Находимся на траверзе Кейптауна. Занимаюсь по учебникам 9-го класса.
На палубе все закрепляем особенно тщательно. Ожидаем шторм на «Гремящих Сороковых».
Сильный шторм. Любуюсь гигантскими волнами. Стихия!
Писать дневник трудно.
Шторм стал утихать. Мимо нас и над нами носятся большущие альбатросы – они как самолеты.