Для прессы

Линд К. А.

глазам, чтобы остановить их.

– Ты не понимаешь, - пробормотала она, - Я была обузой для предвыборной

кампании. Я писала негативный материал о нем, и они уже сомневались в его победе. Он

выиграл всего лишь с небольшим перевесом, и если бы кто-нибудь узнал, что мы были

вместе, он бы вообще не победил. Любой прокол потенциально мог разрушить его.

– Так он бросил тебя? Они заставили тебя уйти?
– спросила Виктория.
– Урод!

– Нет, - сказала Лиз,

качая головой.

Виктория спрыгнула с кресла и плюхнулась на диван возле нее.

– Это я ушла.

– Ты? Но почему?

– Я не думала, что он бы предпочел меня, вместо кампании, и я не хотела, чтобы

он это делал. Я верила в него, и я хотела, чтобы он осуществил свои мечты, но когда я

увидела его, он сказал мне, что был разбит, после нашего разрыва, - сказала Лиз, ее руки

дрожали, когда она наконец-то все выложила своей лучшей подруге.

– О, Господи, так вернись к нему!

– Это сложно. Он встречается с другой. А я с Хайденом. Брейди закрыл эту дверь,

Вик. Он сказал мне, что он даже не хочет, чтобы я о нем вспоминала. Я сделала ему

больно в прошлом, и я была слишком труслива, чтобы признаться во всем Хайдену. И с

тех пор, я чувствую себя полным дерьмом.

– О, Лиз, - со вздохом произнесла Виктория, - Я и правда не знаю, что сказать.

Если ты чувствуешь, что была неправа, хотя, поверь мне, я так не считаю, тогда ты

должна рассказать Хайдену.

– Думаешь?

Она должна была сделать это. Это было слишком больно. Он бросит ее. Но,

возможно, она это заслужила. Может быть, правда освободит ее. Может это освободит ее

от груза в ее груди.

– Что может случиться еще хуже?
– спросила Виктория.

– Он бросит меня.

– Но учитывая то, что ты крутила шашни с политиком пару месяцев назад, это не

должно быть такой уж трагедией.

Глава 20

Банкет

128

– Это твой политик?
– спросила Виктория, выходя из своей спальни, полностью

нарядившись к банкету.

Лиз не могла поверить, что первый месяц ее последнего семестра в университете

так быстро подошел к концу.

Лиз посмотрела на экран, где Брейди стоял на трибуне в черном костюме-тройке.

Он выглядел великолепно.

– Да, это он.

– Ммм…

– О чем он говорит?
– спустя минуту спросила Виктория.

– Он баллотируется на второй срок. Это не удивительно, - сказала ей Лиз.
– Все

знали, что так

и будет. Он здесь на всю жизни.

– От тебя это звучит как тюремное заключение.

Иногда Лиз думала, что именно так и было.

– Думаешь, он победит? Он приедет в университет? Ты собираешься с ним

встретиться?
– расспрашивала Виктория.

С тех пор, как Лиз рассказала Виктории о Брейди, так было всегда. Лиз

сомневалась, была ли Виктория такой взволнованной из-за того, что такое ей совершенно

было не свойственно, или потому, что это превзошло даже ее сумасшедшие выходки.

Насколько ей стало легче, после того, как она поделилась с кем-то о том, что произошло,

настолько же ее раздражало говорить о Брейди каждый день. Больше года она пыталась не

думать о нем. Это не помогало.

– Да, думаю, он победит. Не имею понятия, приедет ли он в университет. И нет,

– грустным, разочарованным голосом произнесла Лиз, - Я не увижусь с ним.

Виктория пожала плечами.

– Никому не стало бы хуже, если бы вы встретились.

– О нет, стало бы, - пробормотала она.

– Никому, кроме твоей вагины.

Лиз закатила глаза.

– Я не собираюсь с ним спать.

– Не с таким отношением.

– Парень.

– Это уже нюансы.

– Довольно значимые нюансы, - сказала Лиз, поднимаясь и проведя руками

назад по локонам, которые она умело завила.

Она закончила свою прическу и макияж к банкету в честь стипендиатов Морхеад

тридцать минут назад, но она не была готова надеть свое платье раньше, чем перед самым

выходом.

– Особенно, если учитывать, что этот нюанс сейчас зайдет в парадную дверь.

– Ты собираешься ему рассказать?
– спросила Виктория.

– Я еще не решила, - сказала Лиз, она почувствовала дискомфорт в животе.

Она ненавидела то, что она скрывала это от Хайдена, но от мысли рассказать ему о

Брейди, ей становилось еще тревожнее.

– Просто молчи, ладно?

– Я же дала слово.

– Хорошо, - сказала Лиз через плечо, когда она вошла в свою комнату.

Она стянула с себя домашнюю одежду и сняла с вешалки платье из бутика. Она

вошла в платье и застегнула молнию. Надев высокие туфли с серебряными блестками, она

еще раз посмотрела на себя в зеркало. Она переместила руку на шею и вздохнула.

Она не надеялась принять решение сегодня вечером. Должна ли она признаться

Хайдену? Ее рука потянулась к шкатулке с украшениями, которая стояла на туалетном

129

столике, и осторожно вытащила ожерелье Брейди изнутри. Она пересекла комнату и села