Для прессы
Шрифт:
со своей девушкой или куда там тебе нужно.
– Это было в буквальном смысле ничего, - сказал он, останавливая ее.
– Она
просто пожелала спокойной ночи.
Вообще-то в этом был смысл. Но все равно заставило ее желудок сжаться.
116
– Прочти, если ты мне не веришь, - беспечно произнес он, сунув телефон в ее
руку.
Сообщение все еще светилось на экране, и она дословно прочитала его.
«Спокойной
ложиться спать. Люблю тебя!!!
Внутри Лиз все перевернулось. Эрин любила его. Ну, конечно, любила. Кто не
любил Брейди Максвелла? Он был вполне привлекательным за этой маской мудака. В
конце концов, Лиз тоже влюбилась в него…и гораздо за более короткий период, чем
Брейди и Эрин встречались.
– Она любит тебя.
– Это было все, что она могла произнести.
Брейди ничего не ответил. Он просто смотрел на телефон, который она держала в
руках. Она не знала, почему задала следующий вопрос. Она была мазохистской. Ей
нравилось мучить себя. Ей не хотелось снова когда-нибудь стать счастливой.
– Ты любишь ее?
Сначала Брейди ничего не ответил, и это был весь ответ, который ей потребовался.
О Боже! Она схватилась за живот и закрыла глаза. Этого не может быть. Ее не волновало
насколько лицемерно было так чувствовать себя из-за того, что Брейди любил кого-то
другого. Она ведь летом сказала Хайдену, что любит его, но это…это было как-то иначе.
Все вернулось к тому, что Брейди никогда не говорил ей, что он любит ее. И
только по одному сообщению было понятно, что он говорил это Эрин. Что он любил
Эрин. От этой мысли ее голова начала пульсировать.
Когда Брейди не ответил, Лиз сказала первое, что пришло ей в голову.
– Ты же в курсе, что Саванна ненавидит ее?
– Что?
– спросил он, явно застигнутый врасплох.
– Не важно, - сказала Лиз, качая головой.
– Ты любишь ее. Тогда это не имеет
значения.
Лиз с тоской еще раз взглянула на него. Хайден, наверное, отдавал ей практически
все, чего она хотела, но он не был Брейди Максвеллом. А Брейди Максвелл отдавал все,
чего она хотела, другой.
Глава 18
Четко и ясно
117
Возвращение к машине Лиз было утомительным. У нее уже были напряженные
поездки в автомобиле Брейди, но эта тишина была оглушительной. Накопленное за год
напряжение
месте, на котором были раньше. Конечно, было хорошо наконец-то поговорить с Брейди о
том, почему она ушла, но естественно это никак не помогло.
Все стало только еще более запутанным. Брейди понял, как сильно ее вывел из себя
разговор о кампании, и с тех пор он больше ее не беспокоил. Он соблазнил ее, но по-
прежнему любил другую женщину. Как она должна была справиться с такими
нестандартными отношениями?
С их несуществующими отношениями.
Вот как она будет с этим справляться: так, будто их и не было. Потому что так все
и было. Теперь они с другими. Пусть даже, она и поругалась с Хайденом. Ей могло быть
больно, она могла чувствовать, что ее предали и задаваться вопросом, почему это
произошло, но это было впервые…единственная ссора, которая когда-либо у них была.
Это не означало, что между ними все было кончено. Это означало, что у них было первое
испытание, через которое они должны были пройти.
То, через что ей приходилось проходить с Брейди больше напоминало
восхождение в горы. Босыми ногами. В то время, когда у нее заканчивался кислород.
Они добрались до въезда на парковку, и Брейди остановился перед ней. Лиз сжала
руки на коленях. Она чувствовала, что должна была что-то сказать, но что она могла еще
добавить к тому, что уже было сказано?
Та дверь была закрыта и так будет и дальше. Она была с Хайденом, а он – с Эрин.
Она практически могла слышать, как защелкивается замок, оставляя их по разные
стороны. От этого ее сердце снова сжалось.
– Спасибо, что подвез меня, - прошептала она.
Она услышала, как он тяжело вздохнул, и практически почувствовала его
раздражение от этой всей ситуации. Или, возможно, от того, что все пошло не так, как он
ожидал.
– Думаю, это в последний раз, - серьезно заявил он.
Она перевела взгляд, чтобы посмотреть на него. Он был сердит. Его взгляд был
лишен всей теплоты, которую он показывал ей в квартире. Не то, чтобы он был очень
груб, но он был отстраненным. В тот момент это практически было одно и то же.
– Я не повторю этого снова. В следующий раз, когда он разобьет твое сердце, я не
хочу слышать об этом. Я не хочу, чтобы ты мне звонила. Я не хочу, что бы ты вспоминала
обо мне. Я не являюсь частью твоей жизни. Возможно, этого никогда и не было, - сказал
он, наконец-то посмотрев на нее.
Она не собиралась плакать. Его слова не доведут ее до слез. Нет. Она могла