Для единственного...
Шрифт:
— А... кхм... скажите, много народу проживает на третьем этаже? — наконец спросил он, борясь с внезапной сухостью во рту.
Китти качнула головой.
— Совсем немного. Там всего три комнаты. В одной живет моя тетя, то есть хозяйка пансионата, в другой я, а третья пустует. Ее займете вы, если все-таки решите остаться.
— Похоже, все не так плохо, как я, было, подумал, — протянул Рик, которому понравилось услышанное. — Выходит, ванной будем пользоваться только мы с вами.
Китти быстро взглянула на него.
— Почему это?
— Э-э-э...
На лице Китти промелькнуло выражение досады.
— Ах да, конечно...
— Значит, на третьем этаже остаемся только мы с вами, — подытожил Рик с улыбкой.
Китти, наоборот, нахмурилась.
— Выходит, так.
Повисла пауза. Рик вглядывался в лицо Китти, пытаясь понять, чем вызвано ее недовольство. Смотрела она в сторону, поэтому прочесть что-либо в глазах было невозможно.
— Вы, случайно не передумали показывать мне комнату? — наугад спросил Рик.
К его удивлению, Китти слегка зарделась. Но уже в следующую минуту с независимым видом подняла подбородок.
— Вот еще! Идемте.
Не прибавив больше ни слова и не оглядываясь, она зашагала по ступенькам. Недоумевающему Рику осталось только последовать за ней.
Он шел, раздумывая над тем, что означает странное поведение кудрявой красотки, и мимоходом, довольно безучастно, скользя взглядом по висящим на стенах картинам и стоящим на площадках между лестничными пролетами напольным вазам. Так же отстраненно Рик отметил про себя, что пансионат не зря называется семейным. В нем витали приятные запахи и было по-домашнему уютно. И еще здесь ощущалось женское присутствие. Впрочем, не удивительно, ведь хозяйкой пансионата была женщина — тетушка грациозно движущейся впереди красавицы.
Наконец они поднялись на третий этаж. Остановившись у одной из пяти дверей, Китти со вздохом произнесла:
— Вот комната, где придется вас поселить.
Рику показалось, что вздох относится не столько к отсутствию свободных помещений, сколько к самому факту его присутствия в пансионате.
Ну и ну, подумал он, чем это я ей не угодил?
— А ваша комната где?
Не успев спросить, Рик будто увидел перед собой стену голубого пламени, правда, обдающего холодом, — таков оказался взгляд Китти.
— Зачем вам это знать?
Поежившись от ее ледяного тона, Рик тем не менее изобразил беззаботную улыбку.
— На всякий случай. Вдруг дверью ошибусь...
Ресницы Китти широко распахнулись, но в следующее мгновение она прищурилась.
— Уж постарайтесь не ошибиться. И вообще, сразу предупреждаю: на меня не рассчитывайте.
— Это в каком же смысле? — оторопело пробормотал Рик.
В глазах Китти сквозило презрение, истоки которого были непонятны.
— В таком! — с вызовом произнесла она. — Со мной у вас ничего не выйдет, так и знайте!
— Ничего? — механически повторил совершенно сбитый с толку Рик.
— Абсолютно! — последовал гневный ответ.
Ничего себе! Вот так племянница
Но почему она решила, что ей нужно защищаться от меня, подумал Рик. Кажется, я повода не давал. Или... Неужели достаточно было одного моего взгляда, когда она заметила, что я рассматриваю ее? Невероятно... С такой внешностью должна бы, кажется, привыкнуть к тому, что на нее заглядываются...
— Хорошо, хорошо, успокойтесь, я не имел в виду ничего такого, — поспешно произнес Рик. — Вы неправильно истолковали мои слова. Я лишь хотел...
— Ладно, оставим эту тему, — буркнула Китти. — Правильно или нет, а в комнату мою не суйтесь. Иначе... — Не договорив, она сердито засопела.
Наверное, кто-то из постояльцев пытался пробиться к ней в спальню, догадался Рик. Приставал, одним словом. Вот она и выставляет защитные барьеры.
— Договорились. Но, чтобы не сунуться, как вы говорите, ненароком, я все же должен знать, какая именно комната ваша.
На миг задумавшись, Китти, по-видимому, сочла его замечание справедливым, потому что затем кивнула на противоположную дверь.
— Вот эта моя.
— Значит, по утрам станем раскланиваться, — иронично пробормотал Рик себе под нос.
Китти явно не расслышала, потому что спросила:
— Что?
— Нет-нет, ничего, это я так, — усмехнулся Рик. — Все ясно... хотя еще я не прочь узнать, где же эти самые места общего пользования, которым мы уделили так много внимания.
Китти указала на дверь, соседнюю с той, за которой находилась ее спальня.
— Там ванная, а рядом туалет.
— Ясно, — кивнул Рик. — Ну, в последней комнате, насколько я понимаю, живет ваша тетушка.
— Да, — без особой охоты ответила Китти. Затем повернула дверную ручку и первая вошла в спальню, перед которой они стояли. — Мне еще предстоят кой-какие дела, поэтому взгляните, пожалуйста, возможно, вам и не понравится.
В последних словах сквозила неприкрытая надежда. Но она оказалась напрасной — Рику понравилось. Притом с первой же минуты, как только он перешагнул порог светлой, почти полностью залитой полуденным солнцем комнаты. Та показалась ему очень уютной, несмотря на скошенный потолок и узкое продольное окно, одна из створок которого была в настоящий момент приоткрыта. Кроме кровати и овального коврика здесь находились небольшой платяной шкаф и журнальный столик, возле которого стояло широкое приземистое кресло. Вот и вся мебель — компактно и удобно.
В комнате витал едва уловимый аромат, происхождения которого Рик поначалу не понял, но позже догадался, что под домом растут цветы и их запах проникает сюда сквозь окно.
— Ну что, наверное, комната вам не подходит? — спросила Китти тоном, в котором содержалась подсказка — мол, скорей говори «нет» и уезжай.
Рик расплылся в улыбке.
— Наоборот, очень даже подходит. С детства мечтал пожить в мансарде.
— Вот как... — не скрывая досады, протянула Китти. — Что ж, тогда оставляю вас, располагайтесь.