Длинные тени
Шрифт:
— Да она ж ведьма! Вот, смотри: видишь, тут травы всякие нарисованы?
— А вот тут — зубы чьи-то. И кости… Ой, а это что за штучка? У кого ж такая вырасти могла?
— Говорю же — у моей мамки похожая книга была! Ведьминская, взаправдашняя! Там тоже весь этот… как его… генбарий перечислен! Только трава другая… Ну и ничего, значит, Костяндра наша — другая ведьма…
— Чернокнижница, — уверенно припечатала Луса, наконец-то обобщая свои давние подозрения. — Я так и знала — эта стерва черной магией балуется! Вон, и в вещах у нее — порошки, травки всякие… — в подтверждение своих слов Луса указала на целый склад разнообразных пузырьков, коробочек и прочих приспособлений, равно годившихся и для озабоченной
— И что ты ей скажешь? — Любомарта уперла в крутой бок могучую ручку. — А она тебе в ответ, что это ты ей мерзкую книжицу подбросила, опорочить честное имя пыталась… Еще и волосья повыдергивает…
У самой Любомарты коса была тощая, плохонькая, но прекрасно замаскированная шикарным соломенно-блондинистым шиньоном. Луса с некоторой опаской проверила, а не упал ли платок с головы платок — обещанная угроза испугала ее гораздо больше, чем прочие возражения.
— Ничего, — не слишком уверенно пообещала Луса. — Я ее выведу на чистую воду.
Женщина обвела взглядом небольшую комнатку, посмотрела на ширму, на сундуки, снова на ширму… И объявила более уверенно:
— Я даже знаю, как! Точно выведу, вот тебе мое честное воровское слово!
Приблизительно в этот момент повар господина Раддо, немного позеленевший, но сознающий свой долг перед работодателем и дюжиной прочих обитателей дома, рискнул приоткрыть крышку кастрюли, оставленной госпожой Лусой. Пахло, что удивительно, не так уж и кошмарно. По крайней мере, лучше, чем…э-э… давайте сделаем комплимент госпоже Фломмер, и назовем покойное блюдо «жаркое».
А вторая что приготовила, да смилуются над нами боги?
Варево в закопченной кастрюле было темно, как душа грешника. Наверху плавало что-то зубчатое (кажется, долька чеснока). Собрав всё профессиональное мужество в кулак, повар отважился зачерпнуть жидкость.
Что-то булькнуло. Суп оказался тягучим и весьма норовистым — по крайней мере, ложку он отпускал неохотно, только повинуясь грубой силе. После второго помешивания из кулинарных глубин поднялась гуща (елено-свекольная, может быть, с добавлением картофеля) и довольные жизнью потемневшие куриные ноги.
Спустя минуту всплыла рыбья голова и уставилась на повара мутно-белым глазом.
Повару резко поплохело. Настолько, что пришлось бежать к ближайшей знахарке, а господам наемникам заказывать обед в ближайшей таверне.
Переживая крайне унизительную процедуру очистки желудка от посторонних примесей, несчастный шептал многочисленные проклятия в адрес двух отравительниц. Больше всего повар сожалел о том, что не силен в демонологии — вызвать бы какого-нибудь огненно-лавового душежора, чтоб забрал этих стерв к себе.
Но жизнь ведь штука подлая, наши мечты редко сбываются…
XI
Королевство Ллойярд, Уинс-таун
За двадцать лет службы в Министерстве Спокойствия инспектор Клеорн повидал самых разных мертвецов. Ему попадались трупы с проломленными черепами, с огнестрельными ранениями, тела жертв разгулявшегося огня и полдюжины весьма отвратительных утопленников. Последние месяцы, с тех пор, как Клеорн взялся за раскрытие дела Убийцы со Стилетом, он значительно расширил свои знания о том, как могут выглядеть люди (а также кентавры, гномы и тролли), если на них использовать что-нибудь остренькое — всякие там мечи, сабли, секиры, топоры, алебарды и кинжалы всех сортов.
Летом, во время путешествия в Пустыню, Клеорн свел знакомство с ллойярдскими некромантами, и неохотно признал, что их изделия— аккуратные, косточка к косточке, скелеты или даже устрашающие энбу в бронзовых доспехах, — могут
Но то, что он увидел в столице Ллойярда…
Всё было чинно, благородно и естественно. Скелеты резво носились по улицам, звонко цокая костями по мощеной мостовой; зеленовато-бурые зомби уныло подметали тротуары, подталкивали, буде возникнет необходимость, застрявшие в лужах повозки, и ворчали уныло-неразборчивое: «ходють тут всякие, работать мешають…» У солидных, окованных бронзой дверей гномьего банка «Жуки и сыновья» возвышались два энбу; такая же охрана сопровождала некоего аристократа, лихо проскакавшего по столице — мертвяки-здоровяки бежали за резвой лошадью, аристократ радовался, а вот лошадка, похоже, была перепугана насмерть. В гостинице, где остановились кавладорские сыщики, Клеорн имел честь познакомиться с миссис Оушен.
Ее история, весьма типичная для Ллойярда, вызвала у инспектора некоторую оторопь и душевное волнение; а мэтр Лео, бедняга, перепугался так, что зарекся выходить из гостиничного номера в темное время суток. Как будто это могло спасти от визита почтенной леди! К тому же, узнав о том, что господин Клеорн является сыщиком, миссис Оушен обрадовалась и явилась сама, без приглашения. Осторожно постучала, просочилась сквозь дверь, и, зависнув над креслом, принялась объяснять, в чем, собственно дело. Понимаете, полсотни лет назад она вышла замуж, и в день свадьбы торжественно поклялись пройти по жизни вместе, рука об руку, и быть похороненными в одной могиле. Понимаете, они с мужем были бесконечно счастливы, но, увы, счастье продолжалось недолго. Двадцать лет назад господин Оушен отправился в дальнее плавание к Риттландским островам, и с тех пор никак не вернется. Не согласился бы господин сыщик съездить на остров Тирба, узнать, что ж так задержало господина Оушена? Его супруга поставила себе целью дождаться возвращения мужа, без него ей как-то боязно лежать одной, в холодном мрачном склепе… Может, все-таки..?
Господин Клеорн посмотрел на почтенную даму, сухощавую, задрапированную в глухое черное платье, многослойную вуаль и мягко покачивающуюся на сквозняке, и с сожалением отказался. Нет, сударыня, простите великодушно, но в данный момент нахожусь при исполнении, поэтому оказать вам услугу не смогу. Призрак миссис Оушен печально всхлипнул, взял с сыщика обещание, что тот подумает и известит ее, если что, и удалился в дымоход.
После ее ухода перепуганный мэтр Лео в срочном порядке принялся осваивать первый урок практической Магии Смерти: как отпугнуть неупокоенных мертвецов. Здесь молодой волшебник продемонстрировал достойную уважения сноровку и прилежание. Куда-то телепортировался, вернулся, нагруженный десятками пузырьков и коробочек, и всю ночь разбрасывал по углам гостиничного номера сушеную черноплодную рябину, брызгал святой водой и развешивал по стенам специально зачарованную серебряную паутину.
В глубине души уверенный, что местная нежить даже не заметит возведенных против нее укреплений, Клеорн не стал мешать мэтру Лео. Пусть его. Его самого порядком нервировал огромный сундук, который господа сыщики были вынуждены оставить в гостиничном подвале. Хозяин гостиницы вяло поинтересовался, приходится ли сундучный покойник родственником его новым постояльцам, и кому конкретно. Услышав, что не родственник, ничуточки, он оживился, лихо процитировал какой-то закон, согласно которому эксплуатировать после перехода за Порогможно не всех, а лишь подпадающих под некоторые перечисленные выше пункты. Потом опять уныло сник: ему популярно объяснили, что подниматьмэтра Фотиса никто не собирается. Так, поговорить, задать пару вопросов.