Длинные тени

Туулли Лана Борисовна

— Эй, Рыжик! — позвал Виг, высунувшись в окно.

Грифон, последние несколько дней чувствовавший себя заброшенным и забытым, мгновенно слетел с крыши и затрепетал на уровне подоконника.

— Пошли-ка прогуляемся. Давненько я не летал над Чудурским Лесом…

Приблизительно в двух лигах от Башни посреди березовой рощицы снег зашевелился, вздыбился огромной кротовиной, и выпустил перепачканного землей порядком ободранного человека.

— Меня, уважаемого волшебника… — задыхаясь от гнева и усталости, бормотал мэтр Крифиан. — Посадить к муравьям! Кормить с помощью енотов! Запереть

в подвале и забыть!.. Сумасшедшие алхимики! Сыщики-маньяки! Дети, которые не желают слушаться взрослых! Прикидывающиеся безобидными старикашками маги! Чтоб я еще раз с вами связался? Ну уж дудки! В глушь, в ледяные пустоши, на Риттландские острова — больше, господа, вы никогда обо мне не услышите, вы больше до меня никогда не доберетесь!

Мэтр Крифиан сдержал обещание. Действительно, больше никто никогда о нем не слышал.

Кёр-Роэли, Замок

Обиталище мэтрессы Кёр дону Текило понравилось сразу и окончательно. Сразу видно — хозяева не привыкли экономить на отделке помещений. Живут с размахом, на широкую ногу… Только где ж они, хозяева эти, прячутся?

Дон Текило долго блуждал по пустынным залам, качал головой, оценивая разбитые невесть какой магией окна и прочий ущерб, пока не обнаружил компанию странных карликов. Низкорослые смешные коротышки (что твой винный бурдюк, только с ручками) обступили хрустальный гроб, в котором покоилась редкостная красавица, и дружно рыдали. Сняв шляпу, дон Текило состроил приличествующую случаю скорбную мину и встал с края.

— Кого хороните?

— Нашу любимую… могущественную… волшебную… ненаглядную… самую заботливую… самую внимательную… аааа, на кого ж ты нас покинула…

— Что, болела? — посочувствовал вор.

— Мы сами не знаем, — всхлипывая, ответила ему одна из карлиц. По крайней мере, чепчик с подобными кружевами могла носить только женщина. — Приходим, а она лежит… и не дышит… аааа…

— Так, может, поколдовала неудачно? Может, ей какого лекаря, из магической братии, вызвать?

Всхлипы зазвучали реже. А может, и правда, рано плачем?

— И вообще, — продолжил дон Текило, постепенно входя во вкус. — Вы что — дети малые, сказок вам нянюшки не рассказывали?

— Не-а, — пробасил один из карликов. — Они троллей уходили гонять, им некогда было…

— А какую сказку вы имеете в виду? — спросил рыжий. Ну, сами понимаете, с прическами у карликов не густо, но бровищи карла имел рыжие, что твой пожар.

Вообще-то, дон Текило в фольклоре разбирался весьма условно, его жанром был авантюрный роман, но… но ведь слушают! А покойница, между прочим, вполне себе дышит; если бы карлики не ревели, а хорошенько посмотрели на свою хозяйку, давно бы это заметили.

Так или иначе, иберрец почувствовал приступ вдохновения:

— Жила-была, значит, колдунья, и один раз выпила зелье, чтоб, значит, будущее увидеть… Но не рассчитала с дозировкой и проспала тыщу лет. Да…

— И в чем мораль? — подозрительно осведомился рыжий. Не иначе, тот самый Цогобас, относительного которого предупреждал мэтр Виг.

— А через тыщу лет явился принц на белом коне и разбудил колдунью поцелуем.

— Конь? — уточнила романтически

настроенная барышня.

— Да тьфу на тебя…

— Если проблема в принце, то надо идти к троллям, — высказался басовитый карлик. — Клан, который у Перевала охотится, грозился устроить коронацию — у них повод, они двух кабанов завалили, закуски полная пещера образовалась. А вот насчет коня, да еще белого… А может, медведь подойдет? Я знаю, как ему шкуру выкрасить…

Тут Кёр не выдержала и засмеялась.

— Госпожа! — хором воскликнули карлики. — Вы живы!

— Как говорит один знакомый волшебник — не надейтесь, — прокомментировал дон Текило, помогая даме выбраться из гроба. — Ваше магичество, позвольте засвидетельствовать вам свое почтение — дон Текило Альтиста, прибыл к вам в надежде разузнать какие-нибудь вести относительно судьбы одной девицы, Джои, родственники которой весьма беспокоятся.

— Вот как? Какой галантный кавалер… Цогобас, приготовьте комнаты для моего гостя. И позовите Джою.

— Э-э… — смутился карлик.

Тия-Мизар, Мади-Лур и прочие дружно потупились и начали ковырять сапожками пол.

— Что случилось с Джоей? — строго спросила волшебница. — Цогобас?

— Понимаете, Госпожа. Ее принц увез. Не троллий, — поспешно уточнил карлик. — А настоящий, человеческий, подхватил ее, и р-раз, ускакал в туманные дали. Я даже не успел рассмотреть, белый конь у него, или, допустим, серый в яблоках…

С помощью улыбки Кёр можно было изготавливать мороженое.

— Ах, простите небольшую заминку, дон Текило, — томно проворковала волшебница, — Сейчас мы разыщем девушку, только придется воспользоваться лабораторией — именно там я держу волшебное зеркало.

— Э-э… — еще больше расстроились карлики.

— Что еще?

Пришлось признаться, что во всем Замке не осталось ни одного целого зеркала. И стекла тоже, но ремонт уже идет полным ходом.

— Мой артефакт взорвался? Хмм… не могу сказать, что сожалею. Надеюсь, при взрыве никто не пострадал. Или как?

Карликов даже на «э-э» не хватило.

— Мэтр Мориарти?

— Голову мы ему пришили, — пробасил Футгидас. — На лед положили, чтоб, значит, не того этого…

Разобравшись с новостями, Кёр ослепительно улыбнулась гостю:

— А, пустяки. Он пытался втянуть меня в заговор, заранее обреченный на неудачу.

— Какое неблагоразумие с его стороны! Такая дама, как вы, может участвовать только в удачных заговорах! Право, жаль, что я не наследник короны в изгнании, ни пророк, или какой другой борец за правое дело. Хотя… Позвольте предложить вам заговор с целью разогнать скуку и посмешить луну, чтоб оборотни от зависти взвыли!

— С превеликим удовольствием, — согласила Кёр. — Только предупреждаю: лун у меня три, и одна из них — ужасно унылая…

Спустя несколько дней Кёр выполнила свою угрозу и восстановила магическое зеркало. По мнению Цогобаса — исключительно для того, чтобы избавить дона Текило от мук совести. Теперь, убедившись, что Джоя находится под надежной защитой, кормит с руки Хаос и сочиняет баллады с удвоенным вдохновением, сеньор перестал рваться на подвиги. Еще бы, ведь хозяйка Замка принимала его с таким радушием…