Длань
Шрифт:
Останется только ядро памяти, и то резервное, которое я без особой радости решил использовать как основное. В ближайшее время вряд ли удастся раздобыть другие детали, поэтому буду довольствоваться тем, что есть.
Ближайшее будущее дроида выглядело туманным. Ему грозила судьба стать стационарным, без возможности передвигаться. Эдакая турель с мощнейшим процессором, модулем искусственного интеллекта и продвинутыми боевыми алгоритмами, которую придётся использовать как пулемёт на ножках. Все равно что забивать гвозди микроскопом.
А что делать? Ходовую надополностью
Я сам себе ухмыльнулся, понимая, насколько иронично стал относиться к подобным рискам.
С этими мыслями я надел скафандр и направился обратно к кораблю. Туман немного рассеялся. Местная живность была явно напугана рёвом корабельных двигателей и ярким светом, поэтому разбежалась кто куда. Пожалуй, впервые за многие дни нашего пребывания на этой планете я чувствовал себя в безопасности.
Осмотр корабля показал, что силовое ядро перегорело. Часть секторов оплавилась, но остальные годились к использованию. Всего-то прочистить контакты, обеспечить охлаждение и изоляцию. Конечно, энергии для взлёта корабля оно не даст, но для веса и размеров дроида хватит с головой.
Порывшись в инструментах, которые нашлись на угнанном корвете, я отыскал практически всё, что требовалосьдля запуска «мозгов» дроида. Конечно, мой привычный арсенал инструментов был куда больше, но на таких кораблях обслуживание проводят специально обученные техники на стояночных местах. Поэтому половина вещей, которыми я обычно пользовался, никогда не попадает в руки пилотов.
Через пару часов мне получилось запустить электронные «мозги» сэра Железяки и научить его летать по кабине пилота. За время испытаний дроид ни разу не врезался, что далонадежду на успех моей затеи. И зачем я только раньше возился с шагоходами и гусеницами?
Хотя, кажется, знаю. Просто рядом не было идиота, который добровольно отдал бы дорогущие запчасти со своего космического корабля, чтобы подарить дроиду возможность летать. Квадр точно не обрадуется, если узнает, на что я пустил запчасти с его «Посейдона», но мы не будем торопиться открывать ему глаза. Пропал корабль – и делу конец! А как доберёмся до цивилизации и обзаведёмся деньгами, я возмещу старому капитану все расходы.
– Отличная работа, дружище! – похвалил я дроида, когда он выполнил команду «Ко мне».
Радость от встречи со старым другом отодвинула переживания о случившемся здесь несколько дней назад, но урчащий желудок всё-таки напомнил, что в этом мире есть и другие дела, которые нужно решить. Сколько я проторчал за работой? Часов шесть? Самое время отправиться на кухню и подкрепиться. Если после Рокси ещё что-нибудь осталось.
– Ты что делаешь? – Я застал девушку за просмотром новостей через галактическую связь.
Она
– Вот, любуюсь твоими достижениями. Корпораты обновили список самых разыскиваемых преступников. Ты на двадцатом месте! Я и не думала, что встречаюсь с таким знаменитым головорезом.
Не поняв иронии в голосе девушки, я подошёл к аппарату и мгновенно заглушил его.
– Ник, зачем? – немедленно возмутилась она, отдёргивая руку от панели управления.
– О чём ты думала, когда подключалась к сети? Нас ищут имперцы и, как оказалось, корпораты. Одной Вселенной известно кто ещё пытается выйти на наш след, а ты активно помогаешь им? Разве не понимаешь, что сигнал могут отследить? Через пару часов сюда заявятся все наёмники, корпораты, имперцы и просто придурки, находящиеся в десятках световых лет отсюда, ведь сейчас эта планета у всех на слуху? Кто бы ещё мог торчать здесь, если не Ник Савин и его дружки?
– Пока я вижу только одного придурка! – обиженно отозвалась девушка, встала из-за стола и демонстративно вышла из комнаты.
Да, в последнее время наши отношения с Рокси явно не складываются, но на то есть причины. Девушка ведёт себя странно, да и события на корабле пока не укладываются в голове. Эх, мне бы ту ясность мысли, что до ранения! Я постепенно прихожу в себя, но это требует времени, которого нет. Помимо имперцев теперь и корпораты отчаялись справиться своими силами и объявили меня в розыск.
Я невольно взглянул на экран, на котором застыла картинка со списком.
Двадцатка самых разыскиваемых преступников? Да, многие головорезы мне бы сейчас позавидовали. Сколько тысяч пиратов и наёмников подохло задолго до того, как попалихотя бы в первую сотню? Взять того же Пита Железнячника, который держал в страхе целых три системы. Почему я взял для примера именно его? Потому как он шёл следующим в списке – двадцать первое место.
Вот только командаПита за последний год захватиласемнадцать кораблей корпоратов и уничтожилас дюжину патрульных эсминцев. Думаю, его не отправили на рудники только потому, что он работает на корпоратов и неплохо преуспел в каперстве.
Я прекрасно понимал, что двадцатое место – это большая условность. Скорее, при составлении рейтинга учитывали лишь мои похождения в секретной лаборатории и после неё. На самом деле интерес ко мне настолько высок, что даже семнадцать захваченных кораблей Железнячника вряд ли сравнятся с моими особенностями. Если начистоту, я бы без труда попал на первое место.
Вот только мне было не до радости. Понятно, что теперь за мной будет охотиться половина галактики, начиная от копателей, роющихся в астероидном поле, и заканчивая профессиональными наёмниками. И дело не столько в престиже захватить человека из первой двадцатки самых разыскиваемых персон, сколько в деньгах. За поимку живым и передачу корпоратам обещают огромные деньги. Выполнив задание, можно безбедно существовать несколько лет. Или вообще купить новый корвет в полном оснащении и отправиться бороздить просторы космоса.