Дивнариум
Шрифт:
— Это ужасно, ваше величество! — заговорила Афадель, забыв о головной боли. — Я просто умираю… умираю от кровопотери!
Трандуил нахмурился. Потом оглядел подданную: та не выглядела раненой.
— Ужасно, — повторила она и распростерлась на травке с видом умирающей. — Такая боль… везде!
Трандуил потыкал в нее веточкой.
— Здесь болит? А здесь?
— Показывайте лучше на Хвандире, — капризно сказала она. — А меня оставьте… умирать.
Добрый король потыкал веточкой и меня, я захихикал —
— Я не умираю, — заверил я. — Это исключительно женская беда, ваше величество. Уж вы-то, с вашим многотысячелетним опытом, должны бы знать!
Афадель метнула в меня взгляд, я уклонился, и ее любимый ножик воткнулся в ближайшую березу.
Взгляд Афадели мало отличался остротой от ее засапожного ножа.
— Для умирающей вполне недурно, — одобрил король, — пожалуй, я возьму тебя в последнюю битву!
— Моя битва уже идет, — томно ответила она.
— Но не последняя, — вставил я. — Тебе еще пару эпох так мучиться, если орки раньше не убьют.
— Орки никого ни с того ни с сего не убивают, — заверил Трандуил. — Это вы их провоцируете своим поведением.
— Вы еще скажите, государь, что мы Саурона провоцируем! — буркнула Афадель.
— Что, и Саурона тоже мы? — опомнился я.
— Вы, — подтвердил Трандуил. Король у нас большой тролль. Я запомнил рифму, пригодится для баллады.
— Надо было тебя замуж за ривенделльского выдать, — сказал король. — Элронд — целитель хоть куда!
— Хоть куда, — подтвердила подруга и ляпнула: — Хуй животворящий!
— У него не только… это, но и руки, — не дрогнул Трандуил.
— И руками он тоже умеет, — подтвердила Афадель. — И не только.
Я подумал, что как-то упустил этот момент. Возможно, я был на рубежах. Или в хлам. Или в хламе на рубежах, не помню.
Трандуил, однако, никуда не торопился. Он присел на пенек и, жуя пирожок, тыкал в нас веточкой по очереди. Должно быть, ему нравился процесс. Возможно, тренировался перед баней. Я не знаю, чей извращенный разум придумал веселые битвы на березовых вениках в горячем пару с последующим прыжком в реку, но королю это пришлось по вкусу. В прошлый раз они парились с Элрондом и Келеборном, последнего едва успели выудить из воды.
Леголас в королевских забавах участия не принимал. Галадриэль тоже, но явно бы не отказалась от такой компании, да и Афадель, но ее не приглашали. О наших мамах и речи нет, хоть я и уверен, что моя бы не прочь. А я вот отказался бы, опасаясь за заклепки, а то ведь случись что — по гарантии не поменяют.
— Долго вы еще намерены валяться? — спросил Трандуил.
— Мы же умираем, — напомнила Афадель. — Мне что, и умирать стоя прикажете?
— Ну вообще-то да… Стоя, но не на коленях! Как воин!
Мне представился воин, стоящий перед королем нашим Трандуилом на коленях, непонятно только, зачем. Афадели это было понятно, судя
Афадель начала вставать. Трандуил уперся спиной в дуб.
— Я вижу, тебе уже лучше, — сказал он многозначительно.
— Конечно, ваше величество, — бойко сказала она, прижимая короля к дуплу, где мы держим НЗ, — я передала свои болезни Хвандиру.
Я от неожиданности выпучил глаза.
— Вот видите? Уже и глаза из орбит полезли, скоро пена изо рта пойдет…
— Это бешенство, что ли? — спросил Трандуил с опаской.
При этом слове мне на ум пришла единственная ассоциация, возможная при виде вышедшей на охоту за королем Афадели, и я дико заржал. Трандуилу, видимо, она тоже пришла. Еще бы, с его-то опытом! Он попытался попятиться еще, но дуб не пускал, а спереди не пускала Афадель.
— Отойди от меня. пока я не заразился! — нервно сказал король, двигаясь по окружности ствола.
— Вы же владыка, — произнесла Афадель томно, следуя за ним по орбите дуба, как спутник за планетой.
Вместе с дубом они превосходно иллюстрировали космогонические мифы Арды, я аж залюбовался.
И пожалел, что у меня нет таланта художника, и я не могу запечатлеть эту сцену для потомков или хотя бы нацарапать на коре дуба.
— А не пойти ли вам… — сказал король, и мое второе ухо встало как по заказу, но Трандуил развеял мечты: — В Ривенделл. Ты, — ткнул он пальцем в Афадель, — подлечишься, а ты, Хвандир, присмотришь, чтобы девушку никто не украл.
Судя по его взгляду ясно было, что он надеется на обратное, и если я оплошаю, не слишком расстроится. Но выкуп все равно возьмет.
— Ну-у-у, Ривенде-е-елл, — заныла Афадель, — чего я там не видела!
— Элронд тебя вылечит, — твердо сказал Трандуил, не обращая внимания на ее гримасы, — Арвен подучит рукоделию, Элладан с Элрохиром… тоже что-нибудь… покажут.
В глазах Афадели вспыхнул опасный огонек.
— Три "Э", — протянула она, но тут же вспомнила о своем несчастье и тихо зарычала. Я же понял, что в Ривенделле мы задержимся надолго.
— Четыре, — поправил Трандуил безо всякой задней мысли. — Еще Эрестор.
— Точно, как это я забыла, — хлопнула себя по лбу подруга.
— Ну и Хвандир, конечно, пусть ему там бешенство подлечат, — добавил король после паузы.
— Уже никаких симптомов не осталось, ваше величество, — заверил я, — я ведь все-таки эльф!
— Ничего, значит, даму проводишь, раз эльф, — твердо сказал он.
Мы поняли, что так или иначе, но за пределы Лихолесья он нас выставит.
— В групповухе разрешаю не участвовать, если сумеешь отбиться, — сказал он мне на ухо. — Но посмотри хотя бы с дерева для общего развития, потом расскажешь о модных трендах.