Дитя прибоя
Шрифт:
— Надеюсь, с размерами они не ошиблись, — смущённо буркнул Лёха.
— Даже не сомневайся. За это время, они тебя до ногтя изучили, — продолжал подсмеиваться над ним Родри. — Видать, недаром каждую ночь стараешься. Вон, даже вышивка на рубашках есть.
— Это что, они все хором шили?- растеряно спросил парень.
— Ага. Говорил же, в клане ничего спрятать нельзя.
— Слушай, а у вас тут рюкзаков не делают?- спросил Лёха, задумчиво глядя на мешки.
— А что это?- тут же прекратив смеяться, спросил гном.
Он уже знал
— Хотел бы я знать всё, что в твоей голове содержится.
— Что б я сам знал, что там есть, — усмехнулся Лёха.
— Ладно, бхарут с ним. Давай по делу. Хочешь, не хочешь, а без кольчуги я тебя из удела не выпущу, — решительно заявил гном.
— Да я же сдохну в ней, ещё до границы твоего удела не добравшись, — возмутился Лёха. — Это вы с детства привычны всякое железо на себе таскать. А мне оно зачем? Не умею. Да и мешать оно мне будет. Мне в бою подвижность нужна, а эта сетка как гиря весит.
— А ты попробуй, надень, — хитро прищурившись, предложил Родри.
Зная, что просто так он ничего предлагать не будет, Лёха с сомнением покосился на стол. Понимая его затруднения, гном вытащил из груды вещей подкольчужник и показал парню, как его правильно надевать, расправил кольчугу. Напялив на себя этот железный балахон, Лёха несколько раз присел, взмахнул руками, и даже кувыркнулся через голову. К его удивлению, движения получались шумноватыми, но быстрыми. Кольчуга оказалась очень гибкой, и совсем не сковывала движений. А главное, она сидела, словно вторая кожа.
— Здорово, — одобрительно кивнул парень, разглядывая мелкое плетение колец.
— Двойное плетение. Сделана так, что никакая пуля не берёт, — с гордостью ответил гном. — Сталь для себя отливали. И лёгкая, и прочная. Только смазывать надо регулярно. А то ржаветь будет.
— Пуля может и не берёт, а вот рёбра под ней, точно сломает, — хмыкнул в ответ парень.
— В подкольчужнике пластины железные проложены, — усмехнулся в ответ гном. — Пуля если в кольчугу попадёт, основной удар по пластинам придётся. Так что, выживешь.
— Слабо верится, если вспомнить, каким калибром твои воины пользуются, — продолжал упираться Лёха. — Вместе с кольчугой наизнанку вывернет.
— Так кроме нас таким оружием никто и не пользуется, — развёл руками Родри. — Сил не хватает.
— Вот в это я могу поверить, — усмехнулся Лёха, припомнив стволы ручной артиллерии гномов.
Упрямые коротышки не признавали средних калибров.
Через два дня, ему прямо в комнату принесли новенький, сшитый из толстой кожи РД. В нём же нашлись и кобуры под новые пистолеты, что-то вроде ременно-плечевой системы, и подсумки под пистолетные обоймы. Вспомнив, что патронов много не бывает, Лёха прихватил для образца по одному патрону от каждого своего ствола и отправился в оружейную мастерскую, клянчить боеприпасы. Внимательно выслушав его просьбу, старший мастер одобрительно кивнул и, забрав у парня образцы, велел ему возвращаться к себе, пообещав, что вечером всё будет.
Вообще, после истории с чёрными магами и изготовления гранат, гномы стали относиться к парню как к одному из своих. Лёха стал для них чем-то вроде необычного гнома. Вроде и свой, но не такой как все. Что называется, не от мира сего. Не понимая, чем это обусловлено, парень старался держаться со всеми гномами вежливо, но без заискивания. Впрочем, такое положение дел его вполне устраивало. Общения ему хватало с Родри, драконом, и Эльваром. Эта троица, голый скелет способна была наизнанку вывернуть своими вопросами. Особенно Родри, когда дело касалось техники.
Уже вечером, аккуратно уложив в рюкзак одежду и боеприпасы, и подогнав по фигуре ремни РПС, Лёха понял, что его охватывает лёгкий мандраж. Что-то должно было произойти. Что-то необычное, но не опасное. Различать эти предчувствия парень научился ещё в приюте. И как вскоре выяснилось, он был прав. В дверь его комнаты постучали, и на пороге выросли два гнома в полном вооружении. Удивлённо оглядев богато украшенные доспехи, Лёха вопросительно уставился на вошедших.
— Тебя приглашают в большой зал, — торжественно произнёс вошедший за воинами десятник, при этом лукаво усмехаясь в заплетённую в косички бороду.
— Ну, пошли, раз приглашают, — растеряно буркнул парень, направляясь к дверям.
Воины расступились, и тут же пристроились следом за ним. Осторожно прикрывший за собой дверь десятник, ловко обогнал парня и зашагал первым, указывая дорогу. Пару раз Лёха пытался выяснить, что происходит, но гномы только чуть усмехались в бороды и продолжали молчать. Решив придержать любопытство до более подходящего момента, Лёха замолчал, с интересом рассматривая оружие своих конвоиров. Они вошли в большой зал, и парень растеряно замер.