Дитя Нахемы
Шрифт:
– Проходи же. Ожидала Этьена?
Я кивнула согласно:
– Где он?
– Лорд покинул клан по личным делам.
– Личным?
– я абсолютно ничего не понимала, - В каком смысле личным?
Жан картинно развел руками, еле сдерживая гримасу:
– К сожалению, Старейшины передо мной не отчитываются.
Я подавила горестный вздох. Этьен уехал и даже не попрощался. Или эта ночь и была своеобразным прощанием? Из глубоких размышлений меня вырвал голос Жана. Он сообщил мне еще одну, не менее ошеломляющую новость - меня ожидал поединок! Настоящая дуэль с применением
– Когда состоится поединок?
– Сегодня.
– Но это слишком скоро!
– сказать, что я была удивлена, это не сказать ничего, - Я же не успею подготовиться! Мне нужно время.
– У тебя было время, чтобы готовиться. Ведь именно этим вы и занимались с Виконтом Этьеном, если я не ошибаюсь, - мне в этой фразе почудилась издевка и скрытое раздражение.
– Вот ты и покажешь, чему он смог тебя научить.
Я вернулась в свою комнату. Мысли стремились охватить всю ту информацию, которая разрывала мне мозг, но только сильнее запутывались. Я четко помнила, что случилось вчера, начиная с выхода на мою первую охоту и заканчивая разговором с Жаном. Стоило мне чуть-чуть расслабиться, как перед глазами возникало лицо Этьена и я слышала его насмешливый голос. Я и подумать не могла, что учитель так много значил для меня, и его уход прозвучал как гром среди ясного неба. Я понимала, что в первую очередь мне следует думать о предстоящем поединке. Это уже не игра - это реальная опасность расстаться с жизнью, только начав получать от нее удовольствие.
Я сдавлено зашипела.
"Быть вампиром, дорогуша, значит не только шипеть и скалить клыки..."
Пришли на ум слова Этьена, сказанные им на последней нашей тренировке. Но самым, наверное, значимым уроком, что он мне преподал, была сегодняшняя ночь. В объятиях лорда я каждой клеткой своего обновленного тела ощутила, как проснулся во мне древний могучий зверь. Как он выгибался во мне, урчал от наслаждения, требовал кричать, биться в капкане обхватывающих меня рук, рыдать от переполняющих эмоций. Сейчас этот зверь спал, но я точно знала, что теперь он всегда будет со мной и проснется в любую минуту. И я буду получать удовольствие от битвы, потому что его жажда крови - это моя жажда, моя ярость - это его ярость. И так будет всегда.
За час до поединка ко мне зашел Жан. Как обычно, без стука, хотя дверь я исправно запирала. Блондин пристроился на подлокотник кресла, в котором я сидела, и крепко обнял за плечи. Я почувствовала легкий поцелуй в макушку. Лед в глазах мгновенно растаял и по щекам побежали непрошенные слезы. Они были непривычно холодные, как осенний дождь, и не приносили облегчения. Жан смахнул первые крупные слезинки с моего лица и поднес к губам. Слизнул влагу с кончиков пальцев.
– Ты не боишься.
Он не спрашивал, он утверждал.
– Нет.
Жан нежно взял меня за подбородок и повернул мое лицо к себе. Слезы все еще струились из глаз.
– Это из-за него.
И снова это было утверждение. И снова правильное. Жан резко отпустил меня, и вот уже он стоит в центре комнаты, устремив на меня взгляд глаз цвета стали, в которых плескалось
– Ты не должна так переживать! Он Лорд. Ты его ученица. Все просто.
– Ты ничего не понимаешь...
– начала я, но Жан неуловимым движением преодолел разделяющее нас расстояние и упал на колени. Я в первый раз видела смуглого француза в таком состоянии. Жан сжал руками мои колени и, с трудом преодолевая дрожь в голосе, заговорил:
– Твои слезы рассказали мне все, что было с тобой, все, что тревожит твое сердце. Скоро поединок, ты просто обязана победить.
– и добавил, - Пожалуйста...
Я невесело улыбнулась:
– Потому что ты этого хочешь?
– Потому что этого хочешь ты.
На миг передо мной мелькнули синие завораживающие глаза.
– Ты прав, Жан, я очень хочу победить. И я сделаю это.
Дневник Нахемы.
"Спустя год после обращения все вампиры проходят через своеобразную инициацию - поединок. Мне предстоит бороться со всеми моими "ровесниками" по очереди. То есть меня ждет два сражения - с Патрицией и Александром. После этих поединков в некоторых случаях мастер может бросить ученику вызов. Такое случалось очень редко и обычно заканчивалось очень плачевно. Для ученика. Очень надеюсь, что меня это не коснется. После завершения инициации молодой вампир становился равноправным членом клана и подчинялся уже только непосредственно Старейшинам, реже Малому совету мастеров".
С наступлением темноты я облачилась в удобные широкие брюки и черную водолазку. До начала поединка оставался еще чес, и я покорно ждала Жана, обещавшего проводить меня до места экзекуции. В тишине оглушительно громко тикали круглые настенные часы, безжалостно отмеряя оставшееся у меня время. Думать не хотелось, не хотелось уже вообще ничего. Ожидание давило на грудь гранитной плитой.
– Можно?
В мою комнату тихо скользнула гибкая тоненькая фигурка моей единственной подруги. Патриция опустилась в кресло. Я не видела, так как без движения лежала на постели, безразлично разглядывая белоснежный потолок, но четко представляла себе ее передвижения. И я знала, что она хочет мне сказать.
– Я не буду поддаваться, - сказала я, на миг опередив девушку. Она едва слышно облегченно выдохнула, обрадованная тем, что можно обойтись без длительных мучительных прелюдий.
– Что Александр?
– спросила я, не отрывая глаз от потолка. Пат завозилась на кресле, устраиваясь с комфортом:
– Он заперся в комнате и никого не хочет видеть.
– Когда двери стали надежной защитой?
– я усмехнулась, подумав, что мои покои посещали все без исключения, не удосужившись постучаться. Пат звонко рассмеялась:
– Ты же знаешь Александра! Если он хочет быть один, никто его не потревожит.
Мы немного помолчали.
Я выпрямилась и посмотрела на девушку:
– Скажи, ты боишься? Только честно.
Пронзительно голубые глаза Патриции подозрительно заблестели:
– Да. Я ужасно боюсь. Я не хочу с тобой драться. И с Александром тоже. Это слишком жестоко...
– То есть ты боишься не смерти?
– немного удивилась я.