Дитя Нахемы

Дубинина Мария Александровна

– Что-то не так?

Его обеспокоенность в другое время растрогала бы меня, но не сейчас. А ведь его кровь такая ароматная...

– Габриель, я...

... такая пьянящая...

– Что? Что с тобой? Ты побледнела.

... ее запах сводит меня с ума...

– Я должна идти!

Я почти выкрикнула это, вывернувшись из кольца теплых рук. Похоже, он догадался, что со мной, но промолчал. Это хорошо, я боялась, что он предложит мне свою кровь, а я могу не устоять перед соблазном. О, как наверное я сейчас ужасно

выгляжу, какой стыд! Голодное бледное, потустороннее существо. Я опасна для него. Я опасна.

– Пока, мне правда пора. Увидимся, - бросила я и почти бегом покинула старый парк.

В каждом встречном прохожем, которых, несмотря на темное время суток, было достаточно много в центре города, я видела моего милого Габриеля. После того, как во мне проснулся "зверь", я его, скорее всего, больше не увижу. Да если бы я была на его месте, то уже сбежала бы из города, подальше от такого голодного чудовища, такого, как я. Сколько же дней я не ела? Вроде не так уж и много. Но все внутри меня стонало от голода. Смешно, а я еще говорила о неуправляемости юного Ника... Сама-то не лучше.

Вот миленькая девушка нервно оглядывается по сторонам. Интересно, что она делает ночью на улице одна? Постоянно поглядывает на часы, ждет кого-то. Давно, уже издергалась вся. Вообще-то я не пью кровь девушек, однако сейчас явно было не до условностей. Приняв дружелюбный вид, я подошла к ней:

– Привет. Что-то случилось?

Девушка нервно дернулась, но моя располагающая улыбка растопила лед ее страха:

– Привет. Я должна была встретится с приятелем, но он кажется опаздывает, - пожаловалась незнакомка, - Не знаю, что делать.

Мне не пришлось делать сочувствующее лицо - мне действительно было ее жалко. Видно, бедняжка уже очень давно здесь стоит. Ее бойфренд не придет. Девушка немного напоминала мне себя, не внешностью, а какой-то задерганностью, неуверенностью. Она большими наивными глазами смотрела на меня, и мне не составило труда поймать ее взгляд и подчинить себе ее волю. Мы отошли с освещенного фонарем места. В тени я откинула с шеи своей невольной жертвы светлые волосы и втянула носом запах ее кожи. Она, как ни странно, не пахла духами или мылом, я ощутила чуть солоноватый запах моря. Это было неожиданно и приятно. Мне вдруг расхотелось пить. Господи, но почему я чудовище?! Я не хочу быть монстром и делать из людей таких вот беззащитных кукол! Я не хочу...

– Ник...
– вдруг слабо прошептала девушка. Мой гипноз по идее был безупречным, но она повторила, - Ник...

Это имя... И запах. Я вспомнила, где еще ощущала его! Бедная девочка, она связалась с Ником, нашим новичком, только от него так странно пахло солью и волнами. Я осмотрела шею девушки и ее руки. Так и есть, на тонких запястьях чуть выделялись шрамы от укусов, почти свежие.

– Вот черт!
– громко выругалась я, - Проклятье!

Я не могу и шагу ступить, чтобы мне не напомнили

о том, кто в городе хозяин. Мы как паразиты, наложили свой отпечаток на все: на тела и даже на души людей. Эта бедняжка явно испытывает к своему мучителю искреннюю привязанность, а он пьет у нее кровь. Все это так... грязно.

– Лена!
– Ник ураганом влетел в темный закоулок и чуть не налетел на меня, сидящую возле прислоненной к стене девушки. Молодой вампир, игнорируя меня, упал на колени перед Леной и сгреб в охапку. Только после этого повернулся ко мне:

– Пожалуйста, пожалуйста, я прошу Вас! Не убивайте ее! Она ничего не знает, честно!

Я в полной растерянности смотрела на парня. Он с полными страха глазами нежно прижимал обездвиженное тело к себе.

– На мне нет ее крови.

– Вы не тронете ее? Просто она же, она любит меня, а я люблю ее. Я ничего ей не рассказал. Я редко появляюсь, но Лена все равно меня ждет. Я не мог ее бросить...

Он продолжал тараторить, но я его почти не слышала. Человек и вампир. Возможно ли это? Наверное, возможно. Я такое подумала, а Ник просто любит эту девочку. В мире есть не только грязь, есть и свет. Надо просто уметь его увидеть. Я поднялась с земли:

– Я буду молчать. Это твое дело, тебе решать, как жить с этим.

Когда я уходила, слышала, как Ник пробуждал возлюбленную от моего гипноза. Все-таки здорово, что пусть мы и Чудовища, но у каждого из нас обязательно есть своя Красавица.

Мое долгое отсутствие не осталось незамеченным. Уже в коридоре я встретила Жана:

– Нахема. Я, было, подумал, ты побежала в одиночку спасать своего друга.

Тревога, тщательно замаскированная под иронию. Только мне было не до игр:

– Нет, хотя твое предположение недалеко от истины.

– В каком смысле?

– Ох, Жан, неужели ты думаешь, что твой энтузиазм подвигнет кого-то на активные действия?

Блондин осуждающе покачал головой:

– Мы не можем одни...

– Глупости!
– выкрикнула я и покачнулась. В глазах предательски зарябило, в ушах тонко зазвенело. Жан что-то спрашивал у меня, я не слышала, что.

– ... это уже слишком... ты убиваешь себя...

Я вцепилась пальцами в щегольскую рубашку Жана и потеряла сознание.

Глаза я открыла у себя в постели. Уже светило солнце, значит, я проспала почти всю ночь и утро. Тело прекрасно отдохнуло и было готово к бодрствованию. Каково же было мое удивление, когда я заметила Жана, дремлющего на полу возле моей постели, привалившись к ней спиной. Я улыбнулась и легко провела ладонью по встрепанным светлым волосам. Мужчина зашевелился и открыл глаза:

– Ты в порядке?

– Я? В полном. А что ты делаешь здесь?
– я чувствовала себя героиней какого-нибудь мелодраматического романа, забавно немного. Жан как-то подобрался: