Дитя Ее Высочества
Шрифт:
Совсем по-другому дела обстояли в те славные времена, про которые я веду рассказ. Люди и тогда пугались непонятного. И, как принято, страх свой всеми силами пытались изничтожить. Поэтому ведьмой или там чаровницей слыть было опасно. Соседи и донести могли. И тогда волшебницу под радостное гиканье черни на костре палили.
Но не стоит плакать. Так случалось далеко не всегда. Чаще народ ведьм уважал и трепетал перед их силою. Обращались к ним только с очень важными вопросами. Например, как русалку изловить и чем ее таким накормить, чтобы прелестный, но несколько неудобный в обыденной
Конечно, и тогда находились неверующие, утверждавшие, что магии вовсе не существует. А магички и чародеи - подлые обманщики, жаждущие вытянуть из доверчивого люда денег побольше. Но их не слушали. Не будем и мы, дружок, обращать внимания на злобные поклёпы и наветы. Это все зависть и неумение видеть в обыденном сказку.
Итак, мы оставили нашего мужественного героя и его несколько легкомысленного братца, окружённых лихими разбойниками, в мрачных катакомбах. Но не стоит волноваться об их судьбе. Недаром же Его Высочество славился своими воинскими умениями и… Я уже рассказал, как он ловко разделался со злобными бандитами? Ах, память уже не та!
Но тогда тем более нужно вернуться к нашим героями и посмотреть, что же они такое поделывают.
***
Принц надвигался с неумолимостью урагана. И желающий мог бы в этот момент разглядеть в его глазах даже отблески молний, а в невнятном рычании расслышать отголоски грома. Лицо Его высочества было пасмурно, брови нахмурены и весь лик в целом - страшен.
Вот только желающих лицезреть Дарина в гневе не находилось. Наоборот, юный герцог предпочел бы в данный момент оказаться где угодно, но не в комнате таверны, в которой братья остановились на постой. Точнее, не в углу этой самой комнаты.
Он бы сбежал по дороге, пока они возвращались из катакомб. Да вот беда - принц разгадал хитрый план ангелочка и не отпускал его рукава, волоча всю дорогу за собой, словно несмышлёного ребенка. К счастью для славного города Наррои, у Дарина хватило выдержки, чтобы на приветствия стражников и их вопрос: «Как господа нашли закат в лавандовых полях?» хоть и неразборчиво, но рыкнуть: «С трудом!». Конечно, в отсутствии учтивости ничего хорошего не было. А вот в том, что Его Высочество не вздумало тут же снести Малые ворота вместе с охраной, плюсов было хоть отбавляй.
Правда, все благополучие закончилось, как только за спинами сиятельных братьев закрылась дверь их временных покоев. В тот же миг Великолепный Дарин развернулся на каблуках и врезал братишке по аристократическому носику. Герцог немедленно осознал все свои ошибки, раскаялся и забился в угол. Не потому что он был особо робким или безответным. А потому, что принца в гневе мог остановить только боевой слон с далекого Востока. И в углу тумаков юному красавцу доставалось меньше. Просто старшему брату не хватало места, чтобы развернуться.
К тому времени как мы, мой дружек, вернулись к путешественникам, принц уже притомился размахивать руками и успел пару раз угостить герцога носком
Юный блондин, видя, что Его Высочество экзекуцию продолжать не собирается, жалобно всхлипнул, утер рукавом разбитый нос и, натянув рубашку на ладонь, промокнул рассеченную бровь. В общем, всем своим видом начал демонстрировать, насколько он унижен и несчастен. Но в королевстве Анкалов даже последнему нищему было известно, что Его Высочество неспособен испытывать жалость в принципе. По крайней мере, к преступникам.
– Объясни мне, как ты умудрился перепутать?
– поинтересовался он устало, игнорируя хрустальные слезы, дрожащие на длинных ресницах герцога.
– Ну, ты же сам сказал, что рыжий… - жалобно протянул юный красавчик, хлюпая носом.
– Вот я и…
– Вот ты и что?
– Его Высочество вновь соизволили начать гневаться.
– Ты его по цвету волос искал?!
– А как мне его еще надо было искать?
– огрызнулся Далан, забываясь и утрачивая на миг облик ни в чем не повинной жертвы.
Правда, герцог тут же спохватился и сморгнул влагу с ресниц. Крупные, как у дитя, слезы покатились по персиковым щекам, оставляя мокрые дорожки. И жалобные глаза красавчика засияли с новой силой.
– Мне нужно было подходить к каждому встречному и спрашивать, не знают ли они этого господина?
– дрожащим от страха и обиды голосом спросил блондин.
– А не подскажешь ли ты мне, любезный брат, - голос у принца тоже дрожал, но только от плохо сдерживаемой ярости, - сколько в семитысячной Наррои рыжих?
– Ну, знаешь! Тут, на юге, такой колер встречается нечасто и…
– Сколько?
– тон Дарина способен был заморозить даже жерло вулкана.
На это герцог ничего не ответил. Сообразив, что, конечно, на юге рыжих не так много. Но явно не один.
– И что мне теперь прикажешь делать?
– вопрос принца прозвучал еще холоднее.
Пожалуй, в данный момент он был вполне способен заморозить даже и Подземье вместе с самим Нечистым.
Герцог пробубнил, что не он заставлял брата этого несчастного рыжего на кусочки шинковать. И, конечно, даже самой дурной крысе в катакомбах теперь будет понятно, что к красноволосым у неведомого карателя разбойничков был особый интерес. Только вот люди могут подумать, что интерес-то не ко всяким «рыжикам» проснулся, а к этому персональному парню. И ничего лично он, герцог, кошмарного в ситуации не видит.
Но под весьма выразительным взглядом Его Высочества блондин как-то стушевался, еще раз шмыгнул носом, поднялся и, прихрамывая, подошел к столу. Пытаясь сообразить на ходу, чтобы такого умного привередливому Дарину предложить. А соображать ему действительно приходилось очень быстро - отсрочка была дана только на время, пока блондин напьется. Как известно, терпение тоже не входило в список добродетелей Его Высочества.
Юный Данкан прошел хорошую школу и умел думать действительно быстро. Поэтому, когда красавчик поставил опустевший кувшин на стол, на лице его, слегка помятом, но от этого героически-обаятельном, сияла улыбка.