Дитя бури
Шрифт:
Кийо схватил стул, развернул его, сел верхом и положил подбородок на спинку.
— Тогда откуда все эти сплетни?
Я объяснила. Когда закончила, он закрыл глаза, вздохнул и через миг снова открыл их.
— Не знаю, что беспокоит меня больше. Твое обращение к магии или к Дориану.
Я мотнула головой куда–то назад.
— Ты мою гостиную видел? Я не собираюсь отвечать за то, что ураган по имени Эжени вдруг обрушится на Тусон.
Тут Кийо улыбнулся.
— Тусон и так регулярно общается с ураганом по имени Эжени. Но твою мысль я понял. Не знаю, что меня беспокоит. Сам я,
— Ты сомневаешься в моем самоконтроле или в моих силах?
— Нет, — абсолютно серьезно ответил он. — Ты — из самых сильных людей, которых я только встречал. Но король Бурь!.. Я видел его однажды, в детстве. Он… Можно сказать, что Дориан, Эзон и Майвенн сильны. В сравнении с другими джентри они словно факелы среди свечек. Но твой отец скорее был похож на костер. Ты не сможешь использовать магию такой силы и при этом оставаться прежней.
— Спасибо, что предупредил, Гэндальф, но я не знала, что у меня есть выбор.
— Думаю, его нет. Просто не хочу видеть, как ты будешь меняться, вот и все. Ты нравишься мне такой, какая есть. — Улыбка скользнула по его губам, потом пропала. — Что же касается сотрудничества с Дорианом, то это лишь усугубляет все.
— Ты говоришь так, будто ревнуешь.
— Разумеется, — без колебаний ответил он, нисколько не стыдясь открывшихся чувств. — Но и он жаждет силы, хочет увидеть, что завоевание, задуманное королем Бурь, свершится. Отчего–то мне кажется, что он не долго продержится, изображая твоего любовника.
— Эй, вспомни, это и мой выбор тоже. Да и контрацептивную технологию никто не отменял, так ведь?
— Совершенно верно. Но Майвенн говорит…
— Знаю. Всевозможные мудрые и неопровержимые вещи.
Кийо осторожно посмотрел на меня.
— Что ты хотела этим сказать?
— Ничего. Просто мне показалось забавным то, что ты рассуждаешь обо мне и о Дориане, в то время как…
— В то время как что?
Я поставила на стол свою кружку с кофе и посмотрела ему прямо в глаза.
— Тебе снова нужна правда?
Он и глазом не моргнул.
— Как всегда.
— Вы кажетесь не просто друзьями. Между вами что–то происходит? Я имею в виду, романтически?
— Нет, — быстро и уверенно ответил он.
Я сформулировала вопрос иначе:
— Между вами что–то было?
На этот раз он явно колебался и сказал через мгновение:
— Все уже кончено.
— Понятно.
Я отвела взгляд и почувствовала, как волна ревности накатила на меня. Безжалостное воображение рисовало картины, где Кийо и эта красавица были вместе.
— У нас с ней все кончено, Эжени. Да, было кое–что. Теперь мы просто друзья, больше ничего.
Я подняла глаза.
— Прямо как мы с тобой?
Губы Кийо изогнулись в хулиганской усмешке. Я видела, что температура его взгляда подскочила на несколько градусов.
— Называй как хочешь, но, думаю, нам обоим хорошо известно, что мы с тобой не просто друзья.
Да уж, это и впрямь так.
Внезапно, после того как я уже связалась с самым что ни на есть чистокровным джентри и провела с ним немало времени, тот факт, что Кийо — кицунэ,
Я отвела взгляд, не желая, чтобы Кийо увидел страх на моем лице, но он все же успел его заметить. Не знаю, что он чувствовал при этом, но иногда мне казалось, что кицунэ понимает меня лучше, чем я сама.
Он поднялся, встал у меня за спиной и принялся массировать шею и плечи.
— Эжени, — только и сказал Кийо теплым голосом.
Я расслабилась и закрыла глаза.
— Я не знаю, как поступить.
Я имела в виду его и себя, но, учитывая всю оставшуюся часть моей жизни, это утверждение могло относиться к чему угодно.
— Давай пока оставим борьбу. Брось все, и пойдем прогуляемся.
— Прямо сейчас? Как на свидание?
— Именно.
— Вот так и пойти? Так просто?
— Да. На самом деле только от нас зависит, будет все просто или сложно.
Мы взяли автомобиль Кийо — замечательно красивый «фиат–спайдер» шестьдесят девятого года — и отправились в один из моих любимых ресторанов, «Индийскую кухню из Индии». Такое название кажется избыточным, но последняя часть необходима. Учитывая, что все местные ресторанчики предлагали юго–восточную кухню и еду американских индейцев, туристы были вправе ожидать там гренки «Навахо», а не карри и индийские лепешки.
Напряжения между нами как не бывало, по крайней мере негативного, хотя возник один неприятный момент, когда Кийо спросил:
— Ладно, но я должен знать. Ты целовалась с ним?
Я загадочно улыбнулась.
— Только от нас зависит, будет все просто или сложно.
Он вздохнул.
После ужина Кийо повез меня из города, но не сказал, куда именно. Почти через сорок минут мы въехали на большой холм. Кийо отыскал место, где стояли другие автомобили, но не нашел, куда пристроиться, поэтому вынужден был вернуться назад и припарковаться относительно далеко. Сумерки перетекли в полноценную ночь. Без освещения трудно было найти тропу, ведущую на холм. Кийо взял меня за руку и повел, крепко, но осторожно держа в своих теплых пальцах мою кисть.
Мы шли почти полчаса, пока наконец тропа не привела на небольшой пятачок. Я еле сдержала изумление. Здесь было полно людей. Почти все они расставляли телескопы или уже смотрели в чистое звездное небо.
— Я видел объявление в газете, — объяснил Кийо. — Это астрономы–любители. Они пускают сюда публику посмотреть на звезды и потусоваться вместе с ними.
У меня возникло такое чувство, что все здесь были просто счастливы видеть нас и дать заглянуть в свои телескопы. Астрономы–любители показывали нам особенно интересные созвездия, рассказывали легенды о них. Многие я слышала и раньше, но вновь получала удовольствие от их рассказов.