Дитя бури

Мид Райчел

Когда мы остались в относительном одиночестве, я сказала:

— Я одета не по–деловому, да и туфли не те. Для переговоров я наряжалась в прошлый раз.

Дориан искоса взглянул на меня.

— Женщина, которую едва ли не тошнило в предыдущую встречу со мной, вряд ли вернется сюда ради удовольствия. Особенно если она так прелестно выглядит, как вы сегодня. Такая особа вернется только по делу.

— Вы циник.

— Прагматик. Но вы все же здесь. Не важно, по делу или ради удовольствия. — Король удовлетворенно

вздохнул. — Как бы я хотел, чтобы и наши женщины надевали такие вот обтягивающие брюки. Солдаты часто носят нечто подобное, но не столь тесное.

— Наверное, я должна сказать вам спасибо.

Мы неспешно прогуливались. Небо постепенно приобретало оранжево–красный цвет.

— Итак, полагаю, со времени нашей последней встречи вы в чем–то изменили свое мнение. Сам факт того, что вы явились сюда, служит доказательством этого.

— Да, — прищурилась я. — Знаете, я как–то не оценила вашей сказочки о короле Бурь. Притом вы с самого начала знали, что я не в курсе происходящего.

— Ну, может, это и нечестно, зато забавно. Будь вы на моем месте, оценили бы. Кроме того, я оказал вам своего рода услугу, снабдив вас необходимой справочной информацией, леди Маркхэм.

— Не зовите меня так. Это звучит странно.

— Но должен же я хоть как–то вас называть. Стандартные правила этикета не дают точного описания ситуации, похожей на вашу. Вы — принцесса без владений, особа королевской крови, но не вполне благородная. В общем, с вами следует обращаться как с титулованной дамой.

— Тогда делайте это исключительно на публике или зовите меня Одиллией.

— Как насчет Эжени?

— Отлично.

Мы замолчали. Мне казалось, что сад тянется бесконечно.

— Вы еще не хотите рассказать, зачем оказались здесь? Или мне нужно придумывать новые темы для приятной беседы?

Я подавила смешок. Дориан играл роль легкомысленного сибарита, но дураком он не был.

— Я прошу об одолжении.

— Ага, так, значит, все–таки это бизнес.

Я остановилась, он замер рядом со мной. Дориан глядел на меня сверху вниз и терпеливо ждал. Его лицо хранило выражение приятной безмятежности. Налетел очередной порыв ветра. Я поежилась. Король забрал у меня плащ и помог накинуть его.

Я обхватила себя руками, радуясь теплу. Красота требовала жертв, но я замерзла.

— Вчера я устроила бурю.

— В самом деле? — Легкомыслие в его голосе сменилось задумчивостью. — Что произошло?

Я рассказала ему то же, что и Кийо с Майвенн.

— О чем вы думали, когда все случилось?

Сначала я предположила, что он решил устроить мне нагоняй. Примерно так мама спрашивает дочку, когда та сотворит какую–нибудь глупость: «Ты что, с ума сошла? О чем ты только думала?»

— Хотите знать, что я чувствовала? Что происходило у меня в голове?

Он кивнул.

— Не знаю. Кажется,

я испытывала множество ощущений. Когда все началось… Если честно, я переживала то же, что и во время любого другого нападения, прикидывала, что делать, сосредоточивалась на изгнании врагов. Но как только мама оказалась втянута в это, я начала терять контроль.

— А когда Корвин поймал вас?

— Кто?

— Тот элементал. Он служил Эзону. Духи, изгнанные вами, вернулись с рассказами, хотя надо признать, что последнюю часть не слышал никто, поскольку вы не оставили свидетелей.

— Я чувствовала страх, слабость, беззащитность.

— Вы не производите впечатления человека, которого легко запугать.

— Нет, это правда. Я все время боюсь. Да и глупо было бы не бояться. Как там говорится? Только мертвые не знают страха? Или надежды? Не помню. В тот момент я была абсолютно уверена, что все безнадежно, чувствовала полнейшее бессилие.

— И воспользовались своим единственным козырем.

— Я сделала это не намеренно.

— Да. Но иногда наши души и тайные уголки разума знают, что нам необходимо.

Он подошел к огромному раскидистому клену. Вероятно, его листва была великолепной, но сгустившиеся сумерки не позволяли ничего различить. Дориан снял мантию, расстелил ее на траве и присел, оставив место возле себя. Через секунду я устроилась рядом.

— Итак, о чем вы собирались просить меня, Эжени Маркхэм?

— Вы уже знаете. Я слышу это по вашему голосу.

— Какая искусная отговорка!..

— Мне нужно, чтобы вы научили меня использовать эту магию. Чтобы такого больше не повторилось. Я не хочу в следующий раз убить кого–нибудь, когда выйду из себя.

— Вы говорите о намеренном убийстве.

— Может быть, — вздрогнула я. — Не знаю.

Он ответил не сразу. Сумерки стали гуще.

— То, что вы сделали с Корвином, похоже на стрельбу из пушки по воробьям. Здесь сгодились бы более тонкие и эффективные методы. Грозы, которые вы можете вызывать, — бесспорно, величественные и могучие явления. Но я думаю, что ваша истинная сила заключается в умении контролировать более тонкие составляющие любого шторма. Ребенок измажет холст краской, но мастер станет работать тонкими кистями. Научитесь малому, тогда грозы окажутся вашим вторым «я».

Я глубоко вздохнула.

— Вы можете помочь мне, научить меня?

Даже в темноте я смогла различить легкую улыбку, появившуюся на его губах.

— Если бы во время нашей предыдущей встречи кто–нибудь сказал мне, что между нами состоится этот разговор, то я велел бы высечь его за наглость.

— Мне не к кому больше идти. Майвенн предлагала помощь, но у нее нет…

— Майвенн? — Дориан перебил меня так резко, что его тон испугал меня. — Когда вы виделись с ней?

— После нападения.