Дискорама
Шрифт:
Джек прекрасно понимал их всех, а потому вернулся к известковому оврагу и, запарковав «грея» под чахлым кустом, дождался темноты, а потом, томимый приступами голода, пешком пошел к дороге, имея при себе один лишь пистолет и ничего более.
Нужный объект появился не сразу, до этого Джек пропустил кучу машин, при том что лишь некоторые из них останавливались неподалеку.
Замечая в свете фар стоявшего на обочине человека, водители притормаживали, спрашивая, нужна ли помощь, и Джеку было чуточку стыдно, что
Не поддался он и блондинке с пышными формами, которая добрых четверть часа уговаривала его сесть в шикарное купе стоимостью в триста тысяч ливров.
— Я жду друга, мисс, мы договорились здесь встретиться, так что извините…
И она уехала, покачивая головой от досады, и он тоже очень сожалел, что все так получилось. Она была хороша, она была чудо как хороша! Но у нее не оказалось лишних ста пятидесяти литров горючки, а уж тем более двух запасных канистр, которые были так нужны Джеку и его роботу.
Без них вся эта любовь ни хрена не стоила. Хотя блондинка, конечно, была хороша.
Потом были два грузовика, но в одном у водилы была отвратительная рожа, которой позавидовал бы любой разбойник, а другой и вовсе не остановился, только прибавил газу, обдав стоявшего на обочине Джека едким выхлопом.
Вскоре появился «правильный» грузовик, огромный, словно речная баржа. Он притормозил рядом с Джеком, тот подбежал к распахнутой кабине и, вскочив на подножку, приставил к голове удивленного водителя пистолет.
— Прошу прощения, сэр, но мне нужно топливо в ваших канистрах…
— Сколько? — спросил водитель и судорожно сглотнул.
— Две по пятьдесят литров.
— Ну хорошо, если только это…
Джек убрал пистолет и посторонился, когда водитель спустился на землю, открыл под кабиной боковые карманы и вытащил пару канистр, как раз такие, какие Джеку и требовались.
Потом они прошли к огромным бакам, и Джеку подумалось, что такая малость, как эти две канистры, совсем не отразится на возможностях грузовика. Однако тут же одернул себя, понимая, что пытается оправдаться. Он чувствовал себя сукиным сыном — последним сукиным сыном.
Загудела помпа, и в первую канистру полилось топливо. Когда она наполнилась, водитель ловко перебросил шланг во вторую, и скоро она тоже была полна.
Водитель выключил помпу, смотал шланг и спросил:
— Это все?
— Все, сэр. А вы не могли бы дать мне свою визитку?
— Визитку? Ты хочешь ограбить меня еще раз?
— Нет, сэр. В этой ситуации я не могу вам заплатить, но, когда доберусь до места, вышлю деньги за топливо.
Водитель вздохнул, взвешивая слова грабителя и не понимая, что тому еще нужно.
— Пожалуйста, транспортное предприятие Турнафа из Ливланда, — сказал он,
— Спасибо, сэр, — поблагодарил Джек, пряча визитку в карман.
Водитель взобрался в кабину и хлопнул дверью. Грузовик взревел двигателем и помчался прочь, и, пока Джек оттаскивал канистры подальше от дроги, Турнаф из Ливланда разгонял грузовик и держал в руке рацию, сомневаясь, включать полицейскую волну или не стоит. Еще минуту назад он собирался это сделать, как только окажется подальше от грабителя, но этот фокус с визиткой смутил его. Хотя, может, и впрямь только фокус?
В конце концов Турнаф швырнул рацию на соседнее сиденье и прибавил газу. Подумаешь, сотня литров, может, он действительно в сложной ситуации? С кем не бывает!
42
С утра накрапывал дождик, который то прекращался, то начинался вновь. А к обеду он превратился в короткий тропический ливень, да такой сильный, что с корпуса столовой сорвало два кровельных листа.
— Чилатс! Бойт! Собирайтесь на прогулку! — объявил лейтенант Хирш, заходя в ротную комнату отдыха.
— Я готов, сэр! — тут же откликнулся Чилатс, который прибыл на пополнение прямо из школы пилотов.
— Но, сэр, скоро же обед, — заметил Бойт, бывалый боец, прибывший в роту после госпиталя и небольшого отпуска.
— Какой такой обед, Бойт? Обед будет, когда я скажу, а не тогда, когда ты думаешь! Марш в парк, машины вас уже ждут. И прихватите у хозяйственника сухой паек, потому что на обед действительно не попадем… Никак!
Бойцы тотчас выбежали, в помещении остались только Хирш и старший сержант Риканелли — Папа Рико.
— Обкатывать потащишь? — спросил Папа Рико.
— Хольмер сказал — надо…
— Конечно, надо, только чего ты этого старичка таскать будешь, по нему и так видно, что он на «гассе», как на своих двоих. А вот молодой — да, в бой рвется, но кто его знает, чего наработать сможет…
— Ну конечно, старенького не трожь! Любишь ты, Папа Рико, солдатскую номенклатуру разводить. А если он после ранения сдвинулся? Помнишь, как я хромым тут скакал? А если он сломался и в бою труса сыграет? Ты же знаешь, как это бывает?
Папа Рико знал. Такое случалось, кота проверенные в боях пилоты вдруг срывались посреди атаки и бежали в тыл, а позже даже объяснить не могли, почему это случилось. Таких никто не осуждал, их списывали в подразделения обслуживания, где они, со своим опытом, могли еще принести немало пользы.
— Вообще-то ты прав, — сказал Папа Рико. — Обоих проверять надо. Хотя этот Бойт выглядит молодцом.
— Это не я прав, это Хольмер прав. А он, как ком-роты, прав всегда.
— Тут не поспоришь. Слушай, так может, когда обкатаешь этого Бойта, бросишь его ко мне во взвод?