Дискорама
Шрифт:
Сойдя с грунтовой дороги, Джек повел робота ближе к известковому оврагу, чтобы в случае чего иметь хоть какое-то укрытие. Он уже решил, что в крайнем случае бросит машину и прыгнет в овраг.
Вдруг, совсем некстати, о себе напомнил голод, и Джек поморщился от спазма в желудке. Он давно ничего толком не ел, ну если не считать нескольких таблеток фруктозы, нашедшихся у Плунжера, да каши на кухне у старика. Как там, интересно, Плунжер? Небось ждет, когда уберется Фогель, чтобы раздобыть одну из тех старых колымаг, которые попались Джеку
До шоссе оставалось метров триста, для скоростного робота — пустяк. Джек с сожалением оставил уходивший в сторону овраг и, глянув в экран заднего вида, начал разгонять робота, чтобы перескочить шоссе.
Все шло гладко, мимо проскочили несколько машин, пассажиры которых удивленно таращились на «грея». Потом робот перебрался через асфальт, и Джек снова дал ему полный ход.
Вперед, приятель, еще немного, и все проблемы останутся позади!
Сменяющиеся цифры на карте показывали, как быстро он приближается к границе боевой зоны. Мягкий песчаный грунт сменился известковым, и робот пошел еще быстрее. Джек лишь изредка вмешивался, направляя машину на участки поровнее.
До границы оставалось метров девятьсот или даже меньше, когда снова послышался тревожный сигнал радара и на его экране появилась жирная метка тяжелого штурмовика.
Разогнавшись за холмом, он сделал большую горку и теперь несся на суетившуюся точку, которую летчик пока что плохо различал, но желтое перекрестие прицела цепко держалось за добычу, и полутонная бомба под брюхом штурмовика готовилась к решающему прыжку.
Нетрудно было догадаться, что в чистом поле уйти невозможно. Да, Джек включил заряженную батарею, и теперь его «грей» несся, как птица, чтобы оказаться за границей, ему всего-то и нужно было — секунд двадцать. Но штурмовик его скорость и за скорость-то не считал. Там, где робот мерил десятками километров в час, штурмовик мерил сотнями.
«Бу-бу-бу… Трам-пам-пам…» — напевал пилот штурмовика, пряча лицо за огромными зеркальными очками.
Теперь, когда дистанция стала короче, он хорошо видел убегавшего от него робота. Водиле удалось хорошо разогнаться, машина летела, словно хороший спринтер, но работа есть работа.
«Бу-бу-бу… Тири-дари-там… Парам-пам…» — пропел пилот, и в этот момент аппаратура прицеливания открыла «ударное окно» — самое подходящее для сброса бомбы. Однако неожиданно корпус робота развернулся, и его автоматические пушки отстучали длинную серию снарядов.
Изгибаясь дугой, серия потянулась к штурмовику, но, конечно, едва ли до него дотянулась бы, однако снаряды шли кучно.
«Молодец», — подумал пилот штурмовика и взялся за рычаг сброса. Однако тут вдруг обнаружил, что робот, сменив направление на девяносто градусов, мчится вправо — прочь из зоны поражения.
— Ах ты сучонок! — воскликнул пилот и навалился на штурвал, но чуткая аппаратура тут же заголосила о недопустимости резкого маневра.
— Значит, на полный разворот… Ничего, еще успею… — сказал пилот
Следивший за штурмовиком Джек тотчас выправил курс и снова поскакал к заветной линии.
— Давай, дорогой! Давай! Еще немного, дружок! — просил он, и арконский «грей», позабыв своих прежних хозяев, до боли в опорах несся к границе. Еще немного, еще и еще… Песчинки молотили по обшивке, ветер гудел в сухой траве, а пилот штурмовика нервно смахивал со лба пот, приподняв таинственные зеркальные очки.
— Получи, тварь! — закричал он, и тяжелая чушка с маленькими электронными мозгами скользнула в воздушный океан и понеслась навстречу жалкой, незначительной для ее мощи цели.
В экране верхней полусферы Джек видел, как штурмовик освободился от ноши и лег на обратный курс.
Карта пролистала последние метры до нуля, а потом, перемахнув линию, стала листать эти же метры со знаком минус. Джек и его «грей» теперь выполняли правила игры, однако летящая за ними бомба в этом плохо разбиралась. Она неслась, разрезая рулями воздух, свободная, могучая, невозмутимая, но вдруг нарвалась на невидимую стену и рванула так, что в городке Тройбель вздрогнули стекла, а в некоторых домах в сервантах завалилась посуда.
Джек видел эту вспышку в задней полусфере и даже интуитивно пригнулся, но лишь спустя полминуты, отойдя от первого шока, понял, что они с «греем» победили в этой отчаянной, смертельной гонке.
Еще минуту назад он был готов к любому исходу и знал, как мало у него шансов, и вот все вдруг закончилось. Остался лишь рев насосов и пощелкивание амортизационных колонн — робот продолжал нестись по известковой долине.
— Стоп, приятель, — скомандовал Джек, останавливая машину. Казалось, его скакун слегка удивлен и, уже остановившись, недовольно повел кабиной.
Джек вытер со лба пот, потом отер с лица слезы. Кажется, пронесло, но полное понимание этого приходило не сразу.
Бомба была, она преследовала их и непременно бы настигла, но взорвалась, пересекая запретную черту.
Пилот штурмовика мог преступить закон и атаковать за разрешенными пределами, но спутниковая навигация чтила закон строже и подорвала бомбу, едва та пересекла черту боевой зоны.
— Очень мило, господа… Очень мило… — произнес Джек и засмеялся. А через пару минут, когда нервный приступ отпустил его, он спросил:
— Что, «грей», думаешь, я с дуба рухнул? Нет, приятель, жратвы у нас нет, но мозги в порядке. Разворот на сто восемьдесят — мы возвращаемся, кто бы что ни думал!
41
Что думал промахнувшийся пилот? Он был уверен, что сорвавшийся с крючка, «грей» во все лопатки несся в боевую зону.
Что думали посланные на задание лаунчмодули? Они не сомневались, что перемахнувший через границу «грей» их законная добыча и они порвут его, как бы он ни резал их зенитными пушками.