Дина
Шрифт:
— Пожелания к макияжу есть? — интересуется девушка-стилист, закончив щедро орошать мою голову лаком.
— Только одно. Чтобы я не была похожа на отчаявшуюся проститутку, и чтобы мое лицо не блестело, как сопля.
— Я вас поняла. — На ее лице не мелькает даже тени улыбки. Вот что значит серьезное отношение к работе.
Но, несмотря на явное отсутствие чувства юмора (что-то мне стало везти на таковых), свою работу девушка выполнила хорошо. К моменту выхода из салона мои волосы красиво пружинят, лицо приобрело естественное
До начала торжества остается около двух часов, чего с лихвой хватает на то, чтобы добраться до ресторана, где намечено празднование, и купить цветы. И даже времени на то, чтобы выпить кофе, остается.
Прихватив букет голубых гвоздик, я захожу в кофейню по соседству и, заказав у стойки латте, прохожу к столику у окна. Расположившись там, еще раз оглядываю лицо в карманном зеркале, чтоб убедиться, что мне не показалось и выгляжу я действительно жизнерадостно и свежо.
— Какая встреча, — раздается смутно знакомый голос над столом. — Если бы я верил в знаки, то непременно бы решил, что это и есть знак.
Задрав голову, я в течение нескольких секунд разглядываю мужика в дорогом костюме, не слишком вписывающимся в местный хипстерский интерьер, и никак не могу вспомнить, где я могла его видеть.
— Виктор, — подсказывает он, поняв, что рассчитывать на остроту девичьей памяти не стоит. — В первую и последнюю нашу встречу мы беседовали по поводу сотрудничества.
— Да, точно, — киваю я, не утруждаясь быть приветливой. Мне не нравится то и дело сталкиваться с людьми, не представляющими для меня интереса. — Вы меня преследуете?
Мужик смотрит на меня с почти отеческой укоризной. Мол, что за нелепые предположения?
— Разумеется, нет. В прошлый раз вы довольно ясно дали понять, что работа на меня вас не интересует.
Я снова киваю, давая понять, что с того момента ничего не изменилось.
— Правда, я слышал, что из автосалона вы уволились. Отличное решение. — Запустив руку в карман, он выкладывает на стол бархатистую визитку с золотым тиснением. — Это мой телефон, если передумаете. Уверен, что мы сработаемся.
Я скептически смотрю на черный прямоугольник. Еще один мамонт. Кто в наше время пользуется визитками?
— Раз уж вы столько обо мне знаете, то в курсе, что у меня уже есть работа.
— В курсе, конечно, — улыбается Виктор. — Но работать у меня вам будет куда интереснее.
В этот раз он не пытается раздражать меня долго и, склонив голову, ретируется. Я допиваю кофе и встаю. Вот и все, пора ехать.
Взгляд падает на визитку и я, сама не зная почему, засовываю ее в сумку. Наверное, потому что не люблю оставлять мусор на столе.
5
Первое, что я вижу, подъехав к месту празднования — это автомобиль Камиля. Даже не помня номеров, не спутаю ни с
Руки слегка холодеют, и мне приходится немного замедлить шаг, чтобы напомнить себе, для чего я здесь. Я пришла поздравить подругу и отлично провести время после двухмесячного затворничества. Макияж и укладка обошлись так дорого, что даже присутствие всех бывших вместе взятых не испортит мне настроения.
— Вы на день рождения? — осведомляется парень в белой рубашке, выразительно посмотрев на букет в моих руках. — Я вас провожу.
Проходя мимо зеркала, я на всякий случай оцениваю свое отражение: точно ли платье сидит так хорошо, как я запомнила, и точно ли стилист стоил своих денег? Такая внезапная озабоченность внешним видом мне совсем не по душе. Раньше мне не требовалось по сто раз себя разглядывать, чтобы излучать уверенность. Я куда больше, чем привлекательная обертка, и ни одна неудача на любовном фронте не должна это знание поколебать.
— Дина! — Прямо у входа в зал празднование передо мной возникает сияющее лицо Таисии. — Я так рада, что ты пришла!
Мы обнимаемся, словно не виделись минимум год: инициатива, конечно, исходит от жизнерадостной именинницы, а я просто подхватываю. Холод в руках исчезает, и внутри становится спокойно и тепло. Такова магия Таисии, которую мне никогда не постичь.
— Это тебе, — я протягиваю ей гвоздики и пакет с подарком — сертификат в именитую студию фотографии. Таисия похожа на ту, кто любит семейные фотосъемки. Покупку косметики, белья и парфюма я решила оставить на совести ее мужа.
— Голубые! — восторженно произносит она, пробегаясь пальцами по лепесткам. — Идеально подойдут в спальню. А это… — Она ныряет в пакет и достает конверт с сертификатом… — Ох! Ну, вот откуда ты знала? Я уже который месяц думаю про фотосессию с детьми и никак не могу определиться со студией.
— Я с ними работала, — улыбаюсь я, польщенная такой бурной реакцией на свой, как мне казалось, не слишком оригинальный подарок. Определенно, общение с Таисией — то, что нужно, чтобы воспрять духом. — Уверена, вам там понравится. И Булата зови… — Машинально нащупав взглядом фигуру бородача, стоящего неподалеку с телефоном, я подмигиваю: — Пусть не отлынивает от семейных обязанностей.
— Булат и фотосессия? — вздохнув, Таисия берет меня под руку. — Не смеши. Его можно заснять только на телефон спящим. На снимки с детьми приходится уговаривать, не говоря уже о фото со мной.
Решив никак не комментировать подобную зловредность, я позволяю вести себя к гостям. Камиль вообще на мой день рождения не пришел, так что не мне рассуждать о том, что должны и чего не должны делать чужие мужчины.
— Даш, это моя подруга Дина, — говорит Таисия, подводя меня к симпатичной брюнетке в изумрудно-зеленом платье. — Я про нее рассказывала.