Диктатор
Шрифт:
— Мы, кажется, заключили с тобой сделку, девочка. И ты забываешь правила. Мы всего лишь проводим с тобой хорошо время, и тебя не должны интересовать ни моя жена, ни любовницы, которых я трахаю помимо тебя. Я звоню, и ты должна быть готова к встрече. Это все, что от тебя требуется. И я не хочу, чтобы от тебя воняло дешевым дезодорантом какого-то студента.
Его слова бьют наотмашь. Не зря он не понравился мне при первой встрече, но я ж глупая и наивная, привыкла в людях видеть только лучшее, купилась на его сладкие речи.
— Я передумала. Выпусти меня.
Я
— Нельзя просто так взять и изменить решение, Малышка, — его голос звучит холодно и отстраненно. — Успокойся, и чтобы этого я больше не видел. — Он выдирает из моих рук букет и выбрасывает его через окно прямо на тротуар. Я наблюдаю, как ветер разносит по земле оторвавшиеся лепестки роз, а прохожие с удивлением смотрят под ноги.
Я замолкаю. У меня нет слов. Просто смотрю перед собой и изо всех сил стараюсь не разреветься перед ним. Это были мои цветы. Неважно, с какими намерениями их подарил Артур. Они были мои. И он не имел права так поступать.
Исаев бесчувственная скотина. Ненавижу его. Как же быстро с него слетела маска обходительного парня. Во что я только ввязалась?
Слёзы срываются с моих глаз одна за другой, я всхлипываю и отворачиваюсь к окну. Через какое-то время мы паркуемся около одноэтажного здания, и Олег без лишних слов покидает салон автомобиля. Не забыв, конечно же, закрыть меня изнутри…
Глава 13
Диктатор
Благодаря Марине у меня был иммунитет к женским истерикам. А еще вакцина. Надо было просто дать ей то, чего она хочет, и все прекратится. Правда, с Малышкой хорошо отлаженная система иногда дает сбой. Ее слезы были мне неприятны, как и то, что их причиной послужил я.
Но я был зол.
Чертовски.
Ведь предупреждал ее о других мужиках? Говорил, чтобы она даже не смела думать о встречах с другими, пока рядом со мной? Проклятье, да я с трудом сдержался, чтобы не выйти из машины и не расквасить этому сопляку смазливую физиономию. Ехал к ней с хорошим настроением, а превратился в разъяренного быка.
— Розы, — обращаюсь к продавцу в цветочном магазине и бросаю на стойку несколько крупных купюр.
— Какие именно? Есть…
— Любые. Мне все равно. И, если можно, побыстрее, — раздраженно перебиваю девушку, не желая слушать о всех сортах, оттенках и их значениях.
— Тогда красные? Их только привезли, будут стоять долго.
— Нет, только не красные.
Получается слишком резко, и блондинка бросает на меня испуганный взгляд.
— Вот те белые. Идеально. Беру все.
Я выхожу из магазина, чувствуя себя долбаным романтиком. Если Полине так хочется цветов, будут ей цветы. Пусть порадуется, мне не нужна обиженная баба в постели.
Открываю дверцу и ловлю на себе ее затравленный и заплаканный взгляд.
— Вот, это тебе, — протягиваю в ее сторону шикарный букет, но она не спешит принимать его. Не спешит бросаться мне на
— Выпусти меня, и я просто уеду домой, — хныкает она, и ее голос режет мне душу.
— Нет, Малышка, у тебя был шанс уйти и никогда больше не пересекаться со мной, но ты сделала свой выбор. Поэтому успокойся и наслаждайся прекрасными выходными, которые ждут нас впереди.
— Выходными?
— Да, мы поедем в одно красивое место, где никто не потревожит нас. Ты ведь любишь сюрпризы?
Она не отвечает. Я осторожно перекладываю тяжёлый букет на заднее сиденье автомобиля и завожу мотор. Ничего, через часик оттает и хорошенько поблагодарит меня за все.
Мы летим по автостраде, и я не могу дождаться того момента, когда окажемся в моем доме у озера. Я купил его несколько месяцев назад, и жене о нем ничего неизвестно. Это мое маленькое пристанище, где я планирую провести много тихих и спокойных дней. И, конечно же, жарких ночей.
Я притормаживаю у двухэтажного дома и искоса поглядываю на то, как Малышка с интересом разглядывает пейзаж за окном.
— Идём, тебе понравится.
Несколько минут я стою на выстеленной гравием дорожке, разрываясь между тем, чтобы утянуть Полину в дом и начать с десерта, и тем, чтобы достать из багажника пакеты с едой и выпивкой и отнести их в кухню. Быстро расставляю приоритеты и понимаю, что за несколько часов с продуктами точно ничего не случится. На дворе далеко не лето. А вот я могу и пострадать.
— Идём, потом все рассмотришь, — хватаю растерянную девушку за руку и дарю ей многообещающие взгляды.
— Я…
— Тс-с-с, никаких возражений. — Я провожу большим пальцем по ее губам, заставляя помолчать. Быстро открываю входную дверь, затаскиваю девушку в дом и с порога набрасываюсь на неё с поцелуями. Она что-то мычит мне прямо в рот, но я лишь углубляю поцелуй, перекрывая ей все пути отступления.
Я толкаю ее вглубь дома, на ходу стягивая с ее плеч куртку, зарываюсь пальцами в шелковистые волосы и толкаю дверь спальни, в которой из мебели только огромная кровать.
— Олег, я не…
— Никаких разговоров, Малышка, меня сейчас разорвет на хрен от желания оказаться внутри тебя. Ты ведь уже мокренькая для меня, а? Ну же, посмотри на меня. — Я замечаю, как на ее щеках проступает румянец, и это заводит меня вдвойне. Недотрога. Сколько у неё мужчин было до меня? Один? Два? Кончала ли она под ними? Выкрикивала ли их имена, содрогаясь в оргазме? Мысли о том, что ее мог касаться кто-то еще, только разозлили меня еще больше. Я хотел, чтобы она принадлежала только мне. В своих грязных эротических фантазиях представляла рядом с собой только меня.