Дикий
Шрифт:
Но народ уже понял и без всяких приказов бросается прочь от червя. Хорошо, что в не успели подойти близко.
Дружный «чпок» подтверждает – догадки верны. Шишки лопаются придавленными фурункулами.
– На землю!
Ору и, как тогда в академии, валю Толу с Ферцем. Сам падаю сверху и подгребаю всё понявших и потому не мешающих мне ребят под себя. Боковым зрением вижу, что Грай проделывает с нашим Червём то же самое. Народ вокруг опытный. Краем глаза замечаю поднимающиеся воздушные и водные щиты.
Ляп, ляп,
– Ой, мамочка-мамуля! Как жжётся!
Выбравшийся из-под дикого видящий трясёт левой рукой, на которой чуть ниже локтя въедаются в кожу шипящие жёлтые капли. Грай лежит статуей. И понятно – у него вся спина в слизи изверга. Жилетку разъело, вялые струйки ползут на бока. Снимать! Быстро! Но, как снимать? Взяться не за что, он весь перемазан.
– В сторону! – орёт Ферц. – Грай, не убирай кожу!
И, стоило мне отскочить от дикого, как Джи тут же жахнул в спину лежащего огненным шаром. Небольшим. Дозу держит, или… Нет, ресурс кончился.
– Лекаря! О Древо! Лекаря! – вперемешку с руганью доносится отовсюду примерно одно и то же.
Грай недвижимым трупом пылает на земле. Кракл выдрал кусок мха и оттирает им руку. Вокруг паника и несмолкаемый ор. Не зная, что делать, бросаю взгляд на червя. Дыры от лопнувших прыщей на его теле уже зарастают. Заледеневшая часть так и не порублена полностью. Но сквозной проход всё же есть. Именно в нём и сидит старший физик. Молодец! Успел спрятаться!
А вот его однодарцы мертвы. Обстрел не был прицельным и, если до нас долетели только плотные сгустки, то вблизи изверга словно кислотный ливень прошёл. Десяти метровая полоса вдоль тела червя превратилась в выжженную пустыню. От силаров, кто был рядом с ним, почти ничего не осталось. Исключение – маршал. Брего, видно, имел при себе дежурную ёмкость с водой и на последних остатках ресурса успел создать щит. К сожалению маленький, прикрывший его одного. Так и не вонзивший в тело изверга свою спицу сборщик лежит рядом чадящим пятном.
Всё пропало! Поход за экспой завершился полным провалом. Теперь забрать её некому. Ведь даже убей мы червя, выхлоп в десять процентов не стоит тех жертв, что понесла империя Нардо. Да и срать я хотел! Что там Грай?!
Огонь Ферца почти догорел. Голая спина друга блестит чистой кожей. Пора тушить, а то у дикого ресурс вот-вот кончится. Сбрасываю свою желетку и начинаю сбивать последние языки пламени.
– Хорош, – перекатывается на живот Грай. – Я пустой. – И тут же добавляет уже другим голосом: – Ферц, молодца! Ты вовремя. Я твой должник.
Да, Джи умница. Здорово придумал с огнём. Слизь изверга отлично горела. Наверное и сам он бы неплохо горел, найдись у нас сотня-другая
– Как рука? – склонилась тем временем Тола над сидящим на земле Краклом.
– Болит, но работает, – сообщил тот, показывая обширные ожоги, покрывающие предплечье. – Мне повезло.
Червь был прав. Вокруг нас лежали десятки трупов. Ещё до сотни навскидку людей получили ранения разной степени тяжести. Над самыми обожжёнными, но живыми, уже вовсю колдовали лекари. Паника постепенно стихала, благо из командиров никто сильно не пострадал, и руководство вовсю наводило порядок.
– Уходим! Уходим!
Я задрал голову вверх. Принц Хельвальд спускался к нам, поддерживаемый сзади под мышки левитантом-пятёркой. По стволу хаджа вниз уже тоже вовсю полз народ.
– Ваше Высочество, если…
– Никаких если! – оборвал четвёрку-водника сын императора. – Нужно уметь проигрывать, Драз. Этот изверг нам не по зубам. Будем встречать на корнях. Живо к прорыву!
– Отступаем! – разнёсся по поляне подхваченный офицерами клич.
И в этот момент что-то хрустнуло – громко и звонко. И тут же ещё раз. Все взгляды разом переместились к источнику звука. Мёд мне в рот! Каким-то хреном изверг умудрился сломать сам себя. Оба замороженных куска отделились от тела червя и лежали уже отдельно, шипя разъедаемой под местом отрыва землёй, что плавилась под сочащейся из открытых ран слизью.
– Гляди, что делает, мразь!
От возгласа Грая мороз пробежал по коже. Слишком много эмоций для нашего вечно спокойного дикого. Но я и сам видел, что дело наше – дерьмо. Обе освободившиеся от ледяных якорей части червя, огибая оторванные куски, поползли навстречу друг другу. И это было ещё не всё. Одновременно с этим движением, сорняк по всей окружности поляны ожил. Скрывавшееся там до поры остальное тело червя решило себя, наконец, показать восторженным зрителям. Круг замкнулся. И хуже того – условный хвост чудовища поравнялся с условной же головой и устремился дальше мимо неё по внутреннему радиусу живого кольца.
А что совсем плохо, происходило всё это на удивление быстро. Оказывается, когда надо, изверг мог двигаться со скоростью харца. Ещё чуть-чуть – и прореха в теле червя, пока ещё не успевшая сомкнуться краями раны, окажется закрыта вторым слоем этого кислотного поезда. Решение, которого лично у меня не было, требовалось принимать стремительно. Атаковать? Как? Чем? Бежать? Куда? Выход для нас уже, считай что, закрылся.
Для нас, но не для маршала с физиком. У этих двоих выбор был не богат – к нам, или от нас. Они ожидаемо выбрали второе и, прошмыгнув сквозь стремительно исчезающую дыру, скрылись в лесу.