Дикий
Шрифт:
— Не такая уж и новая, — ворчу я, и мы гоним в Киев.
Викина родня рада нам, принимая по-прежнему как жениха и невесту. Я заваливаюсь спать, а Вика болтает на кухне. Пара часов крепкого сна — и я готов действовать. Звоню Валере, представляюсь, как учил Николай. Валера говорит адрес, и я еду.
В Киеве не так холодно, как в Харькове. Но зиму обещают на днях. Надо все провернуть до зимы.
Останавливаюсь у дома напротив. Я не знаю всех тутошних дел Валеры, нечего мне тачку засвечивать. Захожу во двор и оглядываюсь. Тишина вокруг. Нахожу парадную и поднимаюсь на четвертый
— Разведка пока работает хорошо, — говорит Валера. — Про этих моромоев я знаю все. Почти все. Что не знаю — узнаю.
— Отличная работа, — соглашаюсь. — Ты мнё колоссально помог. Если б еще узнать место передачи денег. Узнать сумму. Я с тобой с удовольствием поделюсь. Если удастся отбить, конечно.
Валера отвечает не сразу. И это тоже вызывает доверие.
— Я подумаю, — говорит он наконец. — Рисковая работа. Будет нужна моя бригада?
— Нет, — отвечаю я честно. — Если все делать толпой, то и тебя вычислят. Да и шуму будет много. Спасибо за предложение, но — нет.
— Ладно, — тут же соглашается Валера и диктует мне адреса наркобосса — домашний и офиса.
Я записываю на клочке бумаги. Запомню и уничтожу после.
— Посмотришь на него. Запомнишь машину.
— Посмотрю и запомню.
— Сделаю все возможное, чтобы узнать, где будут бабки. Но по моим данным… Где-то от трехсот до пятисот тысяч баксов.
— Хорошие деньги, — усмехаюсь. — Такие одному не унести. Шутка!
— Н-да, деньги, — проговаривает Валера неопределенно, и я ухожу.
Машина стоит возле офиса. Такой же, как и у меня, «мерс» с трехсотым двигателем, только другого цвета. Я тормознулся за грузовичком напротив и жду, когда интересующая меня морда появится на улице. За «мерсом» шефа стоит такой же «мерс» охраны. Машина черного цвета. Черная, как могила. В ней только водила. Не заметил бы этот водила меня. Нет, он спит, кажется…
Жду долго. От бездействия начинают затекать ноги. Хочется выбраться из тачки и размять их. Этого делать нельзя. Не делаю. Изучаю улицу. Напротив офиса небольшой скверик, в котором мамаши выгуливают карапузов, а бабульки кормят голубей крошками черствых батонов. За сквером в первом этаже пятиэтажки гастроном. Возле него люди с кошелками…
Открывается дверь офиса, и появляются двое, в которых по фигурам, движениям, поворотам головы я узнаю охранников. За ними вываливает мужичина килограммов на сто в дорогом пальто. Он! Точно он! Рожу эту я хорошо выучил по фотографиям! Сразу за рожей появляется женщина в короткой искрящейся шубке… Женщина. Нет, девушка. Женщина или девушка. Какая разница, как называть. Как звать эту женщину или девушку — я знаю. Ее зовут Лика!
Дерьмо! Какое начинается дерьмо!
Хочется закрыть глаза и улететь, не глядя. Но я не улетаю. Я говорю себе: «Море, море». Просто смотрю, как тачки отъезжают от офиса. Разворачиваюсь и еду к Валере.
«Море, море, море, море, море…»
— Нужно будет пофотографировать, — говорю я, а Валера отвечает:
— Нет проблем.
— И еще… Можно
Валера кивает понимающе и отвечает честно:
— Аппаратура у нас имеется, но сделать запись будет очень сложно.
— А если постараться?
— Если постараться… Мне нужно три дня. Посмотрим, что получится. Товар приходит через пять дней.
— Еще б прослушать некоторые места… Но главное — запись встречи или встреч. Будет легче заниматься самими людьми.
— Постараюсь.
Появляется первая информация от Валеры. Ему кое-что удалось. Он установил звукозаписывающую аппаратуру по тем адресам, которые я назвал. Его люди работают и по видеозаписи, снимают и на фотоаппарат. Дело у Валеры поставлено с размахом. У спецслужб так не получится! А может, на него и работают бывшие специалисты из этих самых служб. Теперь безработных навалом.
Я забираю кассеты и спускаюсь по лестнице. Прохожу дворами и нахожу свой «мерс», который поставил возле невзрачного деревянного заборчика. Сажусь за руль и ставлю первую кассету в магнитофон. Слушаю, курю, не думаю ни о чем. Слушаю еще одну. И еще.
То, что люди дышат и стонут во время полового акта, мне достаточно хорошо известно. Этот хренов шеф дышит, это… Лика дышит и стонет вместе с ним. Интересно послушать. Но интереснее всего другое… Однажды она заговорила обо мне. Это важно. Важно и омерзительно. Она знала все. Она и поддержала Анвера, когда тот рассказал ей о моем предложении устроить инсценировку на дороге. Анвер обработал меня с помощью Лики и по ее согласию. Они нашли лоха и сделали его. Лохом оказался я. «Не верь! Не бойся! Не проси!» — так гласит старая каторжная мудрость. А я поверил. Я просил. А если поверил и попросил, то, значит, и боялся. Боялся обидеть, потому что любил. Любил, как лох. Не верить! Не верить никому? А как же Николай? Нет, с ним я был на зоне. Это другое. Здесь не продают. А если и здесь продают, то просто жить не стоит. Не стоит жить среди людей. Стоит жить только среди диких…
Моими руками Анвер убирает конкурентов.
«Нет, братец. — Он, Анвер, ублюдок, ведь меня братом называл! Нет, братец, — повторяю я. — Лафа кончилась. Я для тебя весь выложусь. Птица может быть слепой. Но все равно остается дикой. А я не слепой теперь».
Лечу на переговорный пункт и звоню Андрею. Застаю его. Говорю, что если вдруг позвонит Анвер, скажи ему — я в Одессу выехал. Срочное дело подвернулось. Андрей обещает.
— Вика, — говорю я, — позвони, пожалуйста, в Харьков и скажи родителям, что ты сейчас в Одессе. Киевскую родню тоже предупреди. Нас в Киеве нет!
Вика сидит напротив меня в кресле, закинув ногу на ногу. Красивая, черт, но уже не моя.
— Почему так? — спрашивает.
— Жить хочешь? — отвечаю вопросом на вопрос.
— Хочу.
Я знаю, она все сделает правильно.
У Валеры БМВ. Он советует взять его тачку. Я так и делаю. Лечу обратно в Харьков и нахожу Леху на нашей конспиративной даче. Говорю, что времени нет, что в дороге все объясню. Летим на БМВ в Киев. На полях уже снег кое-где. Плевать на зиму!