Дикий
Шрифт:
Вечером встречаюсь с Андреем и объясняю. Он соглашается. Мы разъезжаемся. Мне нужен отдых и время для мыслей о другом. Отдыхаю и размышляю весь следующий день. Андрей звонит только вечером и говорит, что все нормально, можем сегодня не встречаться, разговор состоялся, к его предложению отнеслись внимательно, похвалили нас, мол, за искусство ведения…
— Ну, ты сам понимаешь, босс, о чем шла речь.
— Понимаю. Звони, если что. Подождем результатов.
На следующий
Наехали те же, дали Андрюхе по лбу, но не сильно. Дали три дня на раздумья и обещали зарыть в братской могиле вместе с эшелоном нашего риса…
Останавливаю его монолог и велю приехать на место наших конспиративных встреч.
Встречаемся. На щеке у парня ссадина. Бледный опять. Бледный, но довольно бодрый.
— Я звонил «папе», — говорит Андрей. — «Папа» хренов сказал, что беседовал с наезжающими на нас. Но, говорит «папа», лидер у них тупой, и поэтому мы, мол, можем теперь делать с ним все, что пожелаем.
— Круто! — зло смеюсь я. — Нашими руками он хочет убрать конкурента! А его команду себе заберет. Потом к нам придет деньги получать. Я даже уверен, что он с этими, новыми ублюдками, даже не разговаривал. Хочет нас проверить. На что мы способны. Вдруг недавняя стрельба — не наша работа!
Андрей только поддакивает. Он все время касается пальцами ссадины на щеке. То он бледнеет, то синеет от страха. А фингал у него красно-бордовый. Вообще, не рожа, а российский флаг.
— О’кей! — заканчиваю я. — Ничего, Андрюха, не бойся. «Папик», гад, ведь тоже рискует. Можем мы и его подвинуть. Пусть шебуршит пока.
— Пусть, — соглашается Андрей.
На этом мы и разъезжаемся.
Света мне звонит постоянно, и я с трудом отделываюсь от нее. Мне самому хочется увидеть ее, но я ждал, чтобы прошли три предтриперных дня. Не стоит любовь начинать с гонококка. Сегодня третьи сутки миновали успешно. С конца, пардон, не закапало. Забираю ее из общаги. Катаемся по городу и сидим в ресторане. Света — это не Вика. И это не Лика. Света — это Света. С Ликой у меня была чистая лирика, а с Викой — чистое желание. Света — это желание и лирика вместе.
Мы уже успели изрядно попортить спальню, когда раздался условный звонок и мне пришлось отсоединиться от девушки и, набросив халат, идти к дверям.
— Леха! Черт! Бодигард! — Я по-настоящему обрадовался, увидев моего бывшего охранника в дверях.
Закутавшись в одеяло, в коридор выглянула Света.
— Вот. — Я даже как-то смутился. — Девушку зовут Светлана.
Леха только брови поднял.
— Что ж, — сказал он. — Будем дружить.
Света быстро оделась и стала
Мы садимся в кресла друг против друга, и Леха долго и подробно рассказывает про свои рисовые дела. Описывает в красках свои встречи в Крымске с местными бандюками, как те съезжались на дорогих тачках, какие у них свирепые охранники… Мы ужинаем. После ужина Света уходит в ванную комнату, а Леха вдруг заявляет:
— Я, босс, жениться хочу. Что скажете?
— А что я должен сказать! Женись. Я рад за тебя.
— Нет, босс, мне как-то не того… Мы же вместе, босс. Правда?
— Леха, все отлично! Мы, конечно, вместе. Но жениться ты будешь все же сам по себе.
Мысленно я уже решаю с Лехой расстаться и не втягивать его больше в опасные дела.
— Можешь со мной к Анверу сгонять? — спрашиваю его.
— О чем речь?!
«Ничего, — думаю, — последний раз возьму его. Нет времени искать замену. А одному ехать не стоит».
— Давно от Анвера не было известий. Нет, известия, конечно, были, но мне хочется с ним лично пообщаться, а не через посредников.
Света выходит из ванной и уходит в спальню. Мы болтаем с Лехой до первых петухов.
Света будит меня часов в двенадцать. В полдень. Она уже оделась и собирается уходить.
— Ты спи, — улыбается девушка. — Только дверь за мной закрой. У меня в час собрание в техникуме. Сказали быть обязательно.
Я говорю что-то о мужском долге и порываюсь отвезти ее, но Света решительно отказывается и убегает. Готовлю кофе и выпиваю сразу литр, наверное. Пора шевелиться, дел невпроворот.
Леха спит еще. Пусть отдыхает. Намотался с дороги. Я вынимаю из его куртки паспорт и ухожу. Еду в автомагазин. Выбираю тачку жениху — «мерседес» со сто девяностым двигателем. Отгоняю «мерс» на Сумскую, поднимаюсь в квартиру и бужу парня.
— Да, босс! — вскакивает тот. — Заспался. Подъем!
Он быстро одевается и моется.
— Пойдем, — говорю почти сурово. — Поможешь мне кое-что принести из машины.
Спускаемся. Протягиваю ему ключи и киваю на тачку.
— Пользуйся, жених! Ее, правда, наверх не поднимешь.
— Босс! — это все, что он может произнести.
Ему страшно к машине даже прикоснуться. Теперь станет каждые пять минут с нее пыль сдувать. Но ничего, привыкнет. Человек ко всему привыкает. Проще всего привыкнуть к фирменной тачке…
— Плохо, что гараж один, — говорю.
— Ничего страшного, босс, — улыбается бодигард. — Я могу и в доме Андрея пожить. В частном секторе! Там и гараж вроде есть.