Дикий наездник
Шрифт:
Нуаду насупился, и через мгновение Нэмих, ужаснувшись тому, как она оскорбила Друткхалу, закрыла рот рукой и устремила на посланницу Иврайны испуганный взгляд. Впрочем, извиняться она все равно не стала. На стыд кузины дикого лорда Друткхала ответила лишь легкой улыбкой.
— Чтобы выпустить Иврайну из безопасности Паутины, определенно понадобится больше, нежели воля клана Огненное Сердце. Как-никак мы — ненадежные скитальцы и чужаки. Иврайна хочет, чтобы вы собрали всех возможных союзников, которые смогут дать такое приглашение и позволить ей лично
— Это мы можем, — сказал Нуаду чересчур быстро, что не понравилось его тете и единокровной сестре, которые метнули в его сторону неодобрительные взгляды. Он не стал обращать на них внимания и повернулся к вождю. — Конечно, если ты того захочешь, отец.
Найалл промолчал, и Нуаду подавил желание переспросить, неуверенный, раздумывает отец над вопросом или вновь погрузился в пучины недуга. Друткхала зачарованно подступила ближе. Она осторожно поднесла ладонь к вождю и прищурилась.
— Как он это выдерживает? — спросила она.
— Что выдерживает? — спросила Марифса и шагнула к Кровавой Невесте, которая тут же убрала руку и отступила назад.
Изящно нахмурившись, Друткхала повернулась к Алиасе:
— Ты же это видишь?
Ткач ветра насупился и покачал головой.
— Любопытно, — только и произнесла посланница иннари.
Нуаду слушал разговор лишь вполуха, больше обеспокоенный отцом. Он уже намеревался закончить аудиенцию, когда Найалл протяжно вздохнул, и его глаза сфокусировались. Он посмотрел на Друткхалу.
— Сначала мне нужно встретиться с Иврайной. — просипел он. — Увидеть посланницу Иннеада лично.
— Она не может явиться в Сайм-Ханн, — сказала Друткхала. — У нас тут мало союзников, и Открывающая Седьмого Пути не хочет конфликтовать из-за того, что прибыла без спросу.
— Я… Я приду к ней сам, если она разрешит.
— Это слишком опасно. — Предупреждение Нуаду затерялось среди таких же возражений остальных членов семьи. Когда прочие затихли, он сжал руку отца и продолжил: — Даже сама попытка оставить Пламенные Поляны может стоить тебе слишком дорого, отец. Какая причина мешает тебе дать свое благословление сейчас?
Найалл не ответил, только лишь направил вопросительный взгляд на Кровавую Невесту.
— Мы можем собрать поддержку, прежде чем ты сделаешь какое-либо заявление, — сказал Нуаду, оглянувшись на остальных в поисках содействия. Они согласились, хотя Нэмих и Марифса кивнули с очевидной неохотой. — Если хочешь привести сюда иннари, мы поможем, но прошу, не рискуй собой ради них.
— Дело не в них, — не сводя глаз с Друткхалы, ответил Найалл.
— Я передам вашу просьбу Иврайне, однако могу с уверенностью посоветовать вам начать приготовления к путешествию. Ваш вызов очень заинтригует и порадует ее.
— Тогда пусть всё организуют, — промолвил вождь, кинув взгляд на членов семьи. — Таково мое желание.
Больше никто ему перечить не стал. У Нуаду имелись возражения, однако он не собирался еще больше подрывать здоровье отца своими пререканиями. Друткхала коротко кивнула и отбыла,
— Чего ты добиваешься, Найалл? — гневно спросила она. — Это что, глупая попытка вернуть себе подобие былой ретивости? Если ты не будешь осторожным, тебя это прикончит.
Найалл не ответил, его взгляд стал отстраненным, хотя он определенно был еще с ними, но просто решил игнорировать сестру. Нуаду вспомнил загадочные ответы оракулов Последней Истины об отце, стоящем между жизнью и смертью. Дальше дикий лорд припомнил их слова о царствах живых и мертвых, не касающихся его нынешнего состояния. Еще провидцы были предельно ясны относительно того, что если клан Огненное Сердце попробует прорваться в склеп некронтир в одиночку, то «лорд и весь его клан» погибнут. В своем заявлении они особо выделили Нуаду, однако он понятия не имел, что этими намеками те хотели ему сказать.
— Отец, я могу поговорить с тобой наедине?
Вождь вздрогнул от резкости в голосе Нуаду. Он кивнул, после чего обратился к другим:
— У меня есть свои причины, будьте уверены. И не тщеславие, но забота о будущем клана. Сделайте все необходимое, чтобы подготовить нас к аудиенции с Иврайной и собрать для дома всю возможную поддержку. И для сражения с некронтир. Помните, наша цель — предоставить иннари союзников для ужасной войны. Войны, которой нам, по всей видимости, избежать не удастся, решим мы вести ее одни или ждать, пока ужас не обрушится на Сайм-Ханн.
Тетя с кузиной Нуаду явно не обрадовались решению Найалла, но согласно буркнули, прежде чем развернуться и уйти. Алиаса, с выраженным на лице сомнением, задержался на пару мгновений, но ничего не сказал и последовал за остальными.
— О чем ты хотел поговорить, сын мой?
Нуаду дождался, пока двери закроются, оградив зал для аудиенций от острого слуха родни. Хотя в часы помутнения отец, словно параноик, рассуждал о заговорах внутри семьи и даже намекал на шпионаж, Нуаду был почти уверен, что сейчас их не подслушивают.
— Дело в матери, верно?
Найалл втянул воздух и метнул на сына резкий взгляд, после чего кивнул.
— Некоторые говорят, будто ты слишком ветреный, — произнес Найалл. — Даже для дикого наездника. Но ты хорошо видишь сердца других, когда хочешь того.
Наследник клана подождал, надеясь молчанием выудить из отца новое признание, так как не желал прямо расспрашивать его. Найалл умостился в большое кресло, по-видимому, не желая больше ничем с ним делиться.
— Это все, что мне нужно знать, — сказал Нуаду. Дикий лорд опустился на колено и склонил голову перед вождем, положив руку ему на колено. Второй он коснулся камня душ, что пульсировал в такт с его учащенным сердцебиением. — Я всегда буду с тобой и любой ценой принесу победу.