Дикий мед

Финч Кэрол

Мориа очень скоро поняла, что уснуть ей будет нелегко. Перед ее глазами чередой проходили события последних дней. Ей будет невероятно трудно выбросить из головы этого человека. Но она обязана это сделать. Им не суждено быть счастливыми вместе. Если Белый Призрак способен забыть ее столь скоро, то как она доверит ему свою судьбу? К тому же и Джессика относится к ней крайне враждебно.

С этими безрадостными мыслями Мориа начала погружаться в сон, удивляясь лишь, почему больше всего в жизни ей хочется того, что ей недоступно.

Глава 27

Сдавленный

стон Девлина разбудил Мориа. Открыв глаза, она обнаружила, что Макадо и Чанос куда-то исчезли, оставив ее наедине с мечущимся в жару больным.

Первое, что решила сделать Мориа, это дать Девлину напиться. Хотя он и был без сознания, ей удалось заставить его сделать несколько глотков.

Скоро Девлин стал бредить. Мориа пришлось его успокаивать, и она смогла уделить для сна всего лишь несколько часов. Проснувшись утром, она, к своей радости, услышала, как Девлин недовольно ворчит по какому-то поводу. Жар уже прошел, и к Белому Призраку вернулось сознание, а вместе с ним и отвратительнейшее расположение духа. Когда он попытался подняться на локоть, Мориа поспешила остановить его.

– Ты потерял много крови, а от инфекции у тебя начался сильный жар, – сказала она. – Для тебя сейчас самое лучшее – спокойно лежать до тех пор, пока силы не восстановятся.

– Со мной все в порядке, – попытался сопротивляться Девлин.

– Конечно, конечно, – ответила Мориа. – Именно поэтому у тебя такое бледное лицо и синие круги под глазами. Теперь ты уж точно Белый Призрак.

– Тогда ты должна стать Ангелом Ветра, ангелом-хранителем, который будет опекать меня, пока я не встану на ноги, – произнес Девлин. – Надеюсь, ты не возьмешь золото, чтобы удрать с ним, пользуясь тем, что я не имею возможности тебе помешать? – Он поднял на нее глаза. – Почему ты этого еще не сделала? Из жалости?

– Конечно, из жалости, – согласилась она.

Девлин внезапно нахмурился.

– А когда это ты вновь обрела зрение? Может, на ранчо ты просто притворялась – ждала, пока я уеду, чтобы вернуться к золоту апачей? Все твои слова о любви, как я сейчас вижу, оказались притворством. На самом деле ты просто тянула время, выжидая, когда я отправлюсь на поединок с Беркхартом. Тебе удался бы твой замысел, не попади ты в ловушку, которую я расставил для подполковника.

Ошеломленная Мориа молча слушала его обвинения.

– Неправда! – вдруг взорвалась она. – Я любила тебя с самого начала, и я никогда ни в чем не думала тебя обманывать! Мое зрение вернулось только две недели назад. Я покинула ранчо потому, что у меня не оставалось никакого другого выхода. А в горы я вернулась от отчаяния.

– Ну, у тебя были и другие возможности, – недоверчиво буркнул Девлин.

– Это у тебя были возможности, – прервала его Мориа. – После того как я оставила тебя, ты стал развлекаться с каждой индейской девушкой отсюда и до Тусона.

– Я не делал этого, – энергично возразил Девлин. – Я вообще не приближался ни к одной индианке.

– Макадо мне все рассказал! – выпалила Мориа.

Девлин закатил глаза к небу.

– Так ты веришь

не мне, а Макадо? Он хочет прибрать тебя к рукам, а ты не смогла этого понять. И Чанос хочет того же, и даже мой родной брат, черт бы их всех побрал! – Глубоко вздохнув, Девлин откинулся на соломенный тюфяк. – И почему я с тобой спорю? Тебя все равно ни в чем не переубедишь. – Отвернувшись, Девлин показал рукой на выход из пещеры. – Если ты хочешь меня покинуть, то сейчас самое время. Больше за мной ухаживать не надо. Поскольку ты уверена, что нас привязывала друг к другу одна лишь жалость, теперь ты можешь идти куда хочешь, и я не буду тебя останавливать.

Прозвучавшее в голосе Девлина пренебрежение окончательно вывело Мориа из себя.

– Кто ты такой, чтобы указывать, когда мне надо уходить? Если я решу сделать это, то не стану спрашивать твоего разрешения.

– Тогда считай, что я с тобой уже простился. Когда я проснусь, надеюсь, тебя здесь не будет.

Повернувшись лицом к стене, Девлин закрыл глаза.

Мориа некоторое время молча глядела на него. После этих слов ей следовало бы немедленно подняться, но пока Макадо и Чанос не появятся в пещере, она не может оставить раненого в одиночестве. Однако благодаря его словам одно она поняла наверняка – его чувства к ней не могли быть любовью. Если бы это было не так, он никогда не стал бы произносить то, что сказал минуту назад.

Тяжело вздохнув, Мориа поднялась на ноги, раздумывая, не искупаться ли ей в озере. После больших потерь, понесенных от руки Девлина, змеи перебрались куда-то в другое место. Однако Мориа не успела сделать и нескольких шагов, как ее остановил голос Девлина:

– Черт возьми, Мориа, не выходи отсюда, пока я не наберусь сил. Ты опять попадешь в какую-нибудь историю, а я не смогу тебе помочь.

Обернувшись, Мориа прямо посмотрела ему в глаза.

– Мне показалось, ты сам просил меня уйти.

– Ты желала это услышать, – поворачиваясь на тюфяке, ответил Девлин, – но я не хочу, чтобы ты исчезла навсегда. Я действительно тебя люблю, что бы ты об этом ни думала, и не могу себе представить, что за жизнь может быть у меня без Ангела Ветра. Ты настолько отличаешься от других женщин, что я даже не смогу и взглянуть в их сторону.

Губы Мориа тронула печальная улыбка.

– Даже если я поверю тебе, между нами все равно останется непреодолимая преграда. Твоя сестра меня просто ненавидит. К тому же в Тусоне у меня появился еще один враг. Он пытался меня убить.

Девлин нахмурился.

– Кто?

Мориа неопределенно пожала плечами:

– Я была еще слепа и не смогла узнать его.

– Так вот, с Джессикой у тебя больше не будет проблем, – заверил ее Девлин. – Единственное, что сейчас имеет значение, это то, что ты чувствуешь ко мне.

Мориа недоверчиво прищурилась. В последний раз, когда она видела Джессику, та прямо пылала ненавистью.

– Не знаю, что ты ухитрился сказать Джессике такого, что смогло бы ее переубедить, – усомнилась Мориа. – Она относится ко мне очень плохо и, думаю, будет относиться так всегда.