Дикий мед
Шрифт:
Бэррет дернулся на стуле, словно под ним была горячая сковородка.
– Я тоже принадлежу к мужскому племени, – пробормотал он, отводя глаза в сторону.
– Уклончивый ответ, – усмехнулся Девлин. – Не все же мне объясняться с Джессикой. Ты тоже ее брат.
– А ты всегда перекладываешь на меня самые трудные вопросы, – огрызнулся Бэррет.
Затем бросил нерешительный взгляд на Джессику, которая все еще продолжала ждать ответа.
– Думаю, мужчинами двигают не только чисто физические желания. Им надо доказать себе и другим, что они действительно мужчины. Правда, временами физические
Видя полное замешательство Бэррета, Девлин решил наконец вмешаться.
– Иногда на пути мужчины встречается совершенно особенная женщина, к которой мужчина чувствует не только физическое влечение. В такой женщине его интересует не страсть ради страсти, а ее индивидуальность. У мужчины возникает желание видеть рядом с собой такую женщину постоянно. Я правильно выразил свою мысль, Бэррет? – Девлин чувствовал себя очень неловко от того, что ему приходится касаться столь интимных вопросов.
– Я так и не поняла, – взорвалась вдруг Джессика, – когда мне надо быть благосклонной к мужскому вниманию, а когда его отвергнуть.
– Возможно, после того, как ты подружишься с Мориа, она сможет объяснить тебе это, – предположил Девлин. – Если я скажу, что ты не должна позволять своему кавалеру ничего лишнего до того, как он наденет тебе на палец кольцо, я тем самым стану осуждать собственные действия по отношению к Мориа, а если у тебя от беседы со мной создастся впечатление, что ты можешь уступить мужчине, не требуя от него определенных обязательств, ты рискуешь попасть в серьезную беду. Даже если тебе будут даны такие обязательства, может оказаться так, что на тебе хотят жениться лишь из-за твоих денег. Ты можешь подвергнуться множеству опасностей, если будешь слепо следовать своим чувствам.
– Бог мой, я никогда не представлял, как трудно быть женщиной, – пробормотал Бэррет. – Думаю, мы сейчас запутаем несчастную Джессику еще больше.
– Это точно, – мрачно буркнула Джессика. – Одно я поняла – во всем, что касается сердечных дел, мужчинам нельзя доверять. Но как тогда женщине следует вести себя с мужчинами? Если она отвергает их, ей наклеивается ярлык «синий чулок», если проявляет к ним благосклонность, это позорит ее имя. После ни один порядочный джентльмен не захочет на ней жениться.
Джессика устремила на братьев осуждающий взгляд. Теперь она видела в них только представителей странной породы мужчин.
– Почему это Мориа должна считать, что ты действительно ее полюбил? Она очень эффектно выглядит, и все мужчины пытаются ее облапать. – Темные глаза Джессики беспощадно буравили Девлина. – Ты воспользовался ее минутной слабостью, совсем не обременяя себя обещанием надеть ей на палец кольцо. Если бы я была на месте Мориа, я бы тоже решила, что ты испытываешь ко мне лишь вожделение.
Она остановилась, вспомнив, каким похотливым взглядом Бэррет смотрел на обнаженную Мориа.
– Похоже, вы лишаете меня последних иллюзий относительно представителей мужского пола. Наверное, женщинам было бы лучше, если бы мужской
Девлин почувствовал, что их дискуссия затягивается. Но, черт побери, что же именно он сказал ей не так? Отчего Джессика смотрит на него и на Бэррета, словно они говорящие двуногие крысы?
– Бог мой, Девлин, скажи о нас хоть что-нибудь хорошее, а то Джессика будет думать, что мы самые большие негодяи на свете, – взмолился Бэррет.
– Скажи это сам, – буркнул в ответ Девлин. – Я совсем запутался. С тебя не убудет, если ты придешь мне на выручку.
Бэррет сел на самый краешек стула.
– Послушай, Джессика... – начал он, надеясь, что нужные слова сами собой явятся eму на ум, – ты должна решить для себя, какой женщиной собираешься стать – такой, которая нужна мужчинам для свадебного кольца или только для забав в постели.
Девлин закатил глаза к небу.
– Бэррет, я давно подозревал, что тебе надо отрезать язык.
Джессика только недоумевающе хлопала ресницами.
– А разве от жены не требуется и того и другого? Значит, женатый мужчина всегда должен иметь любовницу, а с женой встречаться в кровати лишь для производства наследников? Тогда, похоже, жена – это просто что-то вроде кобылы, которую держат для сохранения породы!
Скрестив на груди руки, она гордо выпрямилась.
– Если дело обстоит именно так, я вообще не хочу выходить замуж. Боже милосердный, как моя бедная мать могла прожить с отцом половину жизни! Могу представить, что это было за мучение! И какая же Мориа несчастная – думает, что Девлин желает взять ее замуж лишь потому, что она слепая.
Бросив искоса взгляд на сестру, Девлин сразу понял, как она относится к ним обоим.
– Ну спасибо, Бэррет, – поблагодарил он брата. – Теперь моя родная сестра стала меня ненавидеть. Наверняка она попытается сделать все возможное, чтобы убедить Мориа не выходить за меня замуж.
– Ты прав – подтвердила Джессика. – Ты превратил Мориа в свою любовницу, но я помогу ей начать новую жизнь. Вы двое, сами того не желая, раскрыли мне глаза на мир. – В напряженной тишине раздался ее холодный смех. – Зачем женщине жить в доме, где один глазеет на нее, когда она желает принять ванну, а второй прыгает к ней в постель каждую ночь, не спрашивая у нее, хочет она этого или нет?
– Между прочим, я люблю ее... очень, – попытался защититься Девлин.
– Ну, меня-то ты уже не убедишь. Я поняла, что всех мужчин на этой планете надо держать под замком, – безапелляционно заявила Джессика.
– Боже правый, – всплеснул руками Девлин, – не слишком ли суровая оценка?
– Джессика, ты что-то не так поняла, – решился подать голос Бэррет. – Все же среди нас есть немало хороших и порядочных людей!
– Среди вас? К моему глубокому сожалению, мои братья к числу хороших и порядочных не относятся! Думаю, мужчинам надо навешивать специальные знаки, которые позволили бы женщинам сразу видеть, от кого им следует держаться подальше. Мне очень стыдно, что я оказалась в одной компании с двумя самыми разгульными повесами на всем континенте. Если Мориа согласится, я хотела бы бежать из этого дома с ней вместе. Я стану ее глазами.