Дикий альфа
Шрифт:
— Ты уже познакомился с Трис и Айвером, — говорит Мэдд, указывая в их сторону. — А это Арчер и его брат Арес.
Хави бормочет приветствия каждому из них, но я едва слышу его. Вместо этого я вздрагиваю, чувствуя под столом легкое прикосновение костяшек его пальцев к моему обнаженному бедру.
Черт, какого черта я надела сегодня платье?! Я имею в виду, я бы отреагировала на его прикосновения вот так, независимо от того, сколько слоев ткани было между нами, но это еще более мучительно, когда кожа прикасается к коже,
Я подавляю дрожь.
— Итак, Хави, как идут дела? — Тристан с любопытством спрашивает. — Как тебе старый мотель?
— Все хорошо, — холодно отвечает он, убирая руку обратно на колено.
— Это место — помойка, — бормочет Арес.
Хави издает тихий смешок, не обращая внимания на критику.
— Поверь мне, мы останавливались и в худших местах.
— Ах да, например, где? — спрашивает Тристан, кладя руки на стол и с интересом наклоняясь.
Очень тонко.
Хави не сбивается с ритма.
— Наше последнее место было в Тиффине, Небраска, — он поднимает руки перед собой. — И прежде чем ты скажешь, что никогда об этом не слышал, поверь мне, никто не слышал.
Остальные парни тихо смеются, Арчер пододвигает пиво к Хави через стол. Думаю, это означает, что он в деле.
Тристан задает еще один вопрос, хотя мне трудно сосредоточиться на разговоре, когда все в моем теле взывает к Хави прямо сейчас. Мы так близко, и в то же время так далеко друг от друга. Мое колено прижимается к его, ощущая его тяжесть. Его глаза косятся в мою сторону, и на мгновение мы обмениваемся напряженным взглядом. Затем он отводит взгляд.
Я бросаю взгляд через стол, замечая, как все парни пристально смотрят на Хави, впитывая каждое слово, слетающее с его губ. У меня перехватывает дыхание, когда мой взгляд скользит к Слоан, потому что она тоже не обращает внимания на разговор — она смотрит прямо на меня, ее глаза светятся восхищением. Как будто она что-то знает.
Почему мне никогда не приходило в голову, что Слоан — последний человек, с которым я должна быть рядом, храня тайну? Она чертов экстрасенс. Может, ее способности и не так развиты, как у ее мамы, но я знаю, что они становятся сильнее с каждым днем, теперь, когда она скрепила свою связь с Мэддом.
Черт, она определенно расскажет Мэдду. И тогда он усомнится в моей способности оставаться объективной при проверке Хави и его стаи и отстранит меня от задания, сделав бесполезной для остальных. Или, что еще хуже, что, если они узнают, что я спрятала видеозапись, на которой он пересекает границу в ночь полнолуния, и вообще лишат меня должности в отряде?
Костяшки пальцев Хави снова касаются моего бедра, вырывая меня из моих саморазрушительных мыслей и возвращая в настоящий момент.
— Я не знаю, Огайо или Кентукки, вероятно, были худшими местами, в которых мы оказывались, — говорит он, его пальцы задерживаются на моей ноге, медленно дразня кожу.
Мое сердце бьется быстрее, когда его
— Это место — рай по сравнению с теми. В нем много такого, что заставляет меня хотеть остаться.
Его большая рука сжимается вокруг моей ноги, слегка сжимая ее.
И вот так просто я паникую по совершенно другой причине. Я больше не думаю о своей работе или своих друзьях, но тепло разливается по моему телу при малейшем прикосновении мужчины рядом со мной, скапливаясь внутри, пока я сопротивляюсь желанию извиваться. Мало того, что вся эта ситуация чертовски неловкая, но я прямо сейчас хочу наброситься на него, потому что дурацкая связь между нами перевешивает любые рациональные мысли в моей голове.
Единственный выбор, который у меня есть, — это попытаться притупить свои чувства, выпив — и именно с этой мыслью я беру свое пиво, опрокидываю его и приканчиваю бутылку. Как ни странно, это, кажется, помогает. К тому времени, как я ставлю пустую бутылку на стол перед собой, я чувствую себя немного увереннее.
— Хочешь еще? — небрежно спрашивает Хави, подталкивая меня локтем.
И вот так я снова начинаю сходить с ума.
Какого черта он делает?!
— Конечно, — заикаюсь я, уставившись в стол, чтобы избежать его зрительного контакта.
Его рука соскальзывает с моего бедра, когда он слезает с барного стула.
— Кому-нибудь еще?
— Да, я выпью, — говорит Арес, который никогда не отказывается от выпивки.
Хави кивает, поворачиваясь, чтобы направиться к бару.
Ладно, он явно просто дружелюбен, не выделяя меня. На самом деле, он был спокоен как огурчик с тех пор, как сел рядом со мной. Никто бы и понятия не имел, что между нами что-то происходит, если бы судил об этом только по его поведению.
Он лучший лжец, чем я, и я не уверена, что чувствую по поводу осознания этого.
Хави проходит мимо Эйвери по пути к бару, и она проводит рукой по его руке, одаривая кокетливой улыбкой, от которой мне хочется вылезти вон из своей кожи. Моя внутренняя волчица поднимается с волной собственничества, и к тому времени, как Эйвери возвращается к нашему столику, я так раздражена, что готов выцарапать ей глаза даже за то, что она смотрит на то, что мое.
— Кто хочет еще шотов? — весело спрашивает она, ставя на стол стопку бокалов.
— Никому не нужны твои чертовы лимонные дольки, — огрызаюсь я.
Эйвери отшатывается, ее брови хмурятся, когда она в шоке смотрит на меня.
— Господи, тогда не бери. Нет никаких причин быть стервой по этому поводу.
Хотя я все еще злюсь, я могу признать, что веду себя иррационально. Ревную. Как будто брачное безумие крепко держит меня в своих тисках.
Черт, мне нужна минутка.
— Извини, — ворчу я, соскальзывая со своего барного стула на дрожащих ногах. — Я просто напряжена, я ничего такого не имела в виду.