Дикие сердцем
Шрифт:
— Замечательно? Да.
Мне показалось, что в черной вьющейся бороде появилась расщелина — Лемми широко улыбнулся. Я осторожно ступила на доску и сделала несколько шагов. Я двигалась очень медленно, мне не хотелось его спугнуть. Лемми выпрямился. Его рука покоилась на голове Хлои. Собака прижалась к нему всем телом и продолжала повизгивать от удовольствия. Руки Лемми были грязными. Под ногтями чернели ободки грязи.
— Я решила восстановить небольшой участок сада, — продолжила я. Лемми трудно было назвать хорошим собеседником, но, по крайней мере, он стал смотреть на меня более дружелюбно. —
— Вы очень добры, — прозвучало в ответ. Голос Лемми оказался на удивление низким и приятным. — Вы очень добры, мисс?..
— Мисс Сванн. Но, пожалуйста, зови меня Фредди.
— Спасибо, — Лемми учтиво поклонился.
— Надеюсь, ты разрешишь мне называть тебя Лемми?
— Конечно.
Теперь я была уверена, что увидела улыбку, спрятанную в густой бороде.
— Тогда до свидания, — произнесла я.
Разговор окончательно зашел в тупик. Лемми снова поклонился, развернулся и направился в сторону леса. Хлоя последовала за ним, даже не бросив взгляд в мою сторону.
Я равняла граблями вскопанный участок и думала о встрече с Лемми. Я так боялась спугнуть его, что держалась неловко и застенчиво. В следующий раз следует быть более естественной и не пытаться навязать разговор. Я должна позволить Лемми определять направление наших отношений. Воткнув бамбуковые прутья в землю в центре вскопанного участка и связав их вместе, я опустила в лунки семена сладкого горошка — по три у каждого прута. Затем щедро полила их принесенной водой. Отступив несколько шагов назад, я долго любовалась плодами своего труда. Работа на земле оказалась самой лучшей терапией. Я не чувствовала себя такой счастливой в течение долгих месяцев.
Час спустя я уже посеяла свеклу, латук и морковь. Закончив работу, я выпрямилась и вздохнула с удовлетворением. Чьи-то ладони закрыли мои глаза так быстро, что я не успела обернуться. Я стояла неподвижно, пытаясь угадать, кто мог находиться за моей спиной. Должна признаться, с самого детства я терпеть не могла эту игру. Лемми? Совершенно точно, что это не мог быть Дасти. Вдруг ужасающая мысль о том, что сзади может быть Алекс, пронзила меня. Я изогнулась и бешено рванулась, чтобы освободиться.
— Привет, дорогая!
— Гай!
— Рада видеть меня?
Я не стала отрицать того, что действительно обрадовалась. Гай выглядел превосходно в розовой полосатой рубашке и голубых джинсах. Солнце окрасило его мягкие волосы в бронзовый цвет. В отличие от бедняги Лемми, холеные руки Гая были чисты, ногти аккуратно подстрижены, а туфли начищены до блеска. Я не сомневалась, что обувь Гаю чистила мисс Глим.
— Мне показалось, что ты решил отправить меня в отставку, — вместо ответа сказала я с напускной строгостью.
— Не знаю, что на меня нашло.
Гай взял мою руку и поцеловал внутреннюю поверхность запястья. Я попыталась проигнорировать эффект, который произвел его поцелуй на мою центральную нервную систему, — меня словно ударило током.
— Я вел себя недопустимо: эгоистично и глупо. Я понял это сразу, как только захлопнул за собой дверь. Но проклятое упрямство не позволило вернуться и попросить прощения. — Гай смотрел на меня с непривычной серьезностью. — Я так
Я была поражена. Опыт подсказывал, что обычно мужчины не довольствуются дружбой с женщиной. Если вы не привлекаете мужчину сексуально, то он и не подумает предпринять попытку сблизиться. Если же вы ему нравитесь, он постарается втереться в доверие, притворится, что без ума от богатства вашего внутреннего мира, и станет терпеливо ждать своего часа.
Гай обнял меня за талию и крепко прижал к себе.
— Я прощен? Скажи, что я прощен, Фредди. Быть с тобой, держать тебя в объятиях, как сейчас, — разве это не счастье? Но все же я не могу удержаться от нескромных мыслей, время от времени они приходят в голову. Тебе не следовало иметь такое лицо. Я не в силах сдержать желание. — Гай отпустил меня так же внезапно, как и обнял. Я отошла на шаг. — Отлично. Хорошее поведение. Давай поговорим о другом. Как тебе работается на старого дьявола? Я мучаюсь, когда представляю, как ты надрываешь спину, таская тяжелые мешки.
— Я неплохо справляюсь. Мне уже намного легче, чем поначалу. Не имею ничего против этой работы. Она скучна, но я могу думать о своем. Единственное, к чему пока не удается привыкнуть, — это крысы. Вчера я подняла мешок, а огромная крыса выпрыгнула из него прямо на меня. Я завизжала и бросилась наверх. Знаю, крысы не причинят мне вреда, но не могу ничего с собой поделать. Дасти ставит силки вокруг, но я ужасно боюсь, что кто-то попадется в них. Мне это кажется ужасно несправедливым. Ведь крысы хотят жить, так же, как и мы.
— Дасти бессердечный негодяй, не правда ли?
— Я счастлив, что вы называете меня разбойником и негодяем, мастер Гай, — голова Дасти показалась из отверстия в крыше. Он все это время, пригнувшись, стоял на чердаке и, вероятно, слышал наш разговор до последнего слова.
Гай засмеялся.
— Продолжай заниматься делом, ты, старый лентяй! Фредди, отставь, наконец, мотыгу, давай прогуляемся. У меня появилась идея.
Гай повел меня через сад, и вскоре мы оказались в лесу. Мы стали спускаться по длинной извилистой тропинке, которая огибала коттедж Бар и доходила до самой реки. Черный дрозд выводил волшебные трели. Он прыгал на тонких ножках прямо перед нами. Птица казалась чем-то взволнованной. Вдруг неподалеку, в кустах, я заметила желтые горящие глаза Макавити. Кот притаился в засаде и не отрывал хищного взгляда от дрозда.
— Где Хлоя? — спросил Гай. — Мне казалось, что вы неразлучны.
— Она покинула меня и куда-то отправилась с Лемми, — я старалась не выказать обиду.
— А, так ты уже видела таинственного свистуна! Надеюсь, он не испугал тебя.
— Совсем нет. Лемми оказался более цивилизованным, чем я предполагала. Сегодня он был полностью одет.
— Однажды я видел, как миссис Крич пыталась отхлестать голые ягодицы Лемми своим зонтом. Вместо того чтобы бежать, бедняга Лемми стал вертеться на месте и прикрывать руками самые уязвимые места. При желании он мог бы уложить миссис Крич на землю одним щелчком. У него полностью отсутствует инстинкт самосохранения.