Дикие орхидеи
Шрифт:
Эдвард Белчер тоже погиб в 1980 году. Инкассаторская машина только что забрала груз золота. Водитель нервничал из-за огромной материальной ответственности, груз оказался неожиданно тяжел — в итоге водитель неверно рассчитал угол поворота, машина вылетела из-за угла на большой скорости, перевернулась и рухнула на автомобиль Белчера, который ждал зеленого света.
Другими словами, Белчера раздавило насмерть.
— Деньгами, — сказал я вслух. — Как жил, так и помер.
Я нашел статью о гибели в автокатастрофе Генриетты Коул Ландрет.
Я встал и отошел от компьютера. Что это — месть? Неужели кто-то из родственников убитой женщины отомстил злодеям и проследил, чтобы они умерли той же смертью, что и она? Но как ему это удалось? Разве в человеческих силах подстроить сбой в работе самосвала? Заставить перевернуться грузовик с золотом? Сделать так, чтобы машина упала с обрыва и перевернулась, но не загорелась, а раздавила пассажирку?
Я вернулся к компьютеру и дочитал статью о Генриетте Коул. Ее пережили муж, дочка и мать, которая тогда ехала в машине вместе с ней. «Миссис Абрахам Коул находится в больнице, ее состояние врачи оценивают как критическое» — гласила статья.
Я глубоко вздохнул и открыл некролог Генриетты Коул. Она погибла в возрасте двадцати шести лет. В четырех абзацах рассказывалось о том, что ее предки входили в число основателей Коул-Крик. В заметке говорилось, что совсем недавно скончался ее отец, Абрахам Коул. О состоянии матери, Мэри Хетлин Коул, на момент похорон дочери ничего не было сказано. Мужа Генриетты звали Рис Ландрет, а дочь...
Прочитав это имя, я замер. Джеклин Амариса Коул Ландрет. Джеклин. «Лин» пишется как в имени Генриетты Лейн, прекрасной племянницы президента.
Я пулей выскочил из кабинета и помчался вниз с такой скоростью, что чуть не поскользнулся. Дверь в спальню Джеки была до сих пор заперта, и поэтому я прокрался в холл. На маленьком столике у двери лежала сумочка Джеки. Все мужчины на свете знают, что заглядывать в женскую сумочку — строжайшее табу, где-то на уровне каннибализма, наверное. Мужчина может даже украсть у женщины кошелек, но только распоследний извращенец станет копаться в дамской сумочке.
Я сделал два вдоха, прежде чем взяться за собачку молнии и осторожно расстегнуть замок. Сколько лет мы прожили с Пэт, а я никогда не рылся в ее сумке.
Учитывая преступность моих действий, я проявил максимальную деликатность, вытащив бумажник двумя пальцами. Я убеждал себя, что на самом деле это никакой не шпионаж. Мне нужно только взглянуть на одну вещь — ее водительские права.
Удостоверение лежало в маленьком прозрачном отделении бумажника. Я поднес бумажник к свету. Полное имя Джеки — Джеклин Вайолет Максвелл. ДжекЛИН. Снова написано как фамилия Генриетты Лейн, женщины, на которой помешался отец Джеки. А Вайолет — несомненно, в честь
Я тяжело опустился на стул. Мои поздравления, Ньюкомб, сказал я сам себе. Ты только что выяснил то, что не хотел знать. Женщина, которую ты нанял, почти наверняка — свидетельница убийства. Хуже того, возможно, она видела, как это убийство совершили ее мать и дед.
Так я просидел с водительским удостоверением Джеки в руках довольно долго. Время от времени я поглядывал на него. Я думал о том, что наделал. Я стал совать нос не в свое дело и этим подверг чужую жизнь опасности. Возможно, Джеки видела убийство, будучи совсем маленькой, но со времен своего первого пребывания в Коул-Крик она явно помнит очень многое.
Сомневаюсь я, чтобы какой-нибудь суд вынес кому-то обвинительный приговор на основании ее воспоминаний, но я никогда не считал убийц последовательными людьми, которые остановятся, чтобы лишний раз подумать о том, что делают.
С другой стороны, судя потому, что я прочел в Интернете, все убийцы — те, кого я считал убийцами, — умерли вскоре после совершения преступления.
Я положил права Джеки обратно в бумажник, бумажник — в сумку, в точности туда, откуда взял, — закрыл сумку и пошел наверх.
Поисковая служба нашла еще одно имя. Мисс Эсси Ли оказалась сестрой, единственной здравствующей родственницей Айси Ли Шейвер, которая тоже погибла странным образом.
Она гуляла по лесу и провалилась по шею в старый колодец. Бревенчатые стены уже почти сгнили, но все еще держали ее, позволяя дышать. День или два она пыталась выбраться, а потом стены обрушились на нее.
— Задавило, — сказал я вслух. Как убили, так и умерли. Я выключил компьютер и отправился спать, но сон не шел ко мне. Слова, которые я видел на экране монитора, складывались в образы, и эти образы преследовали меня, не давая покоя.
В три часа я прекратил бесплодные попытки уснуть, положил руки под голову и уставился на вентилятор под потолком. Он работал на полную мощность, и я следил за деревянной шишечкой на конце цепочки, как за медальоном в руке гипнотизера.
Когда в окно ударили первые лучи солнца, мне в голову пришла мысль, что, если я хочу узнать, кто действительно убил ту женщину, мне надо просмотреть все некрологи за 1980 год. Основываясь на том, что я уже выяснил, можно с уверенностью утверждать, что те, кто был каким-то образом раздавлен, скорее всего являлись соучастниками убийства.
Приведя мысли в относительный порядок, я наконец-то расслабился, заснул и проспал до полудня. Открыв глаза и взглянув на часы, я ударился в панику. Куда подевалась Джеки? Она такая деятельная, что по звуку всегда можно определить, где она в этот момент находится. А сейчас в доме царила абсолютная тишина.
Я обнаружил Джеки на кухне. Она сидела за столом и игралась с самыми миниатюрными устройствами, какие я когда-либо видел: крохотным цветным принтером «хьюлетт-паккард» и маленьким фотоаппаратом.