Дикая
Шрифт:
— Ты зависаешь с Дикой? — услышала я вопрос Волка.
— Нет, просто спросил, как у нее дела. — Ответил Домовой другу.
— С каких это пор тебя начали интересовать девчонки, а тем более такие, как она?
— Какие такие? — равнодушно бросил ему мой сосед по парте и отвлекся на чей-то вопрос.
Я бы и дальше торчала у барной стойки, чтобы подслушивать, о чем беседуют парни, но Лиза попросила меня шевелить ножками в сторону кухни. Пришлось послушаться и забить на Волка, Домового и всю их компанию, чтобы успеть обслужить всех жаждущих клиентов
— Устала? — спросил меня Николай в конце смены, пока я натягивала кофту и забирала у Лизы свои чаевые.
Кивнула головой и поцеловала хозяйку кафе, считавшую выручку.
— Иди-иди, — помахала Лиза в сторону двери, — отдыхай, детка, тебе еще завтра на меня работать.
Помахала на прощание баристе и парочке девочек-официанток и вышла в вечернюю прохладу, задрав голову и глядя на звездное небо. Легкий ветерок дул откуда-то с моря, принося с собой запах рыбы, крики чаек и шум разбивающихся о берег волн.
— Я подвезу тебя, — предложил Домовой, возникая из темноты.
Я прикрыла глаза.
— Спасибо, но это не значит, что мы друзья.
Отказывать парню я не собиралась, слишком устала, чтобы тащиться четыре квартала до дома по темным улицам, но и соглашаться на его условия тоже не хотелось, а я была уверена, что предложение о дружбе повторится.
— Давай начистоту, — предложила соседу по парте, влезая на заднее сиденье черного байка и принимая из рук Домового шлем.
— Ты всегда такая прямолинейная? — спросил парень, улыбаясь своей очаровательной улыбкой и демонстрируя ямочки на щеках.
— Всегда, — кивнула в ответ. — Мне нужно знать, с какой стати ты интересуешься моими делами и собираешься подвезти до дома?
Домовой потер бровь указательным пальцем и обреченно вздохнул, ища что-то в кармане джинсов.
— Только не кури! — догадалась я о причине рефлекторных движений парня. — Сигаретный дым меня убивает.
— Тогда перестань наседать на меня! — ответил он, забираясь на сиденье и снимая байк с ручника. — Куда едем?
Я назвала адрес дома, в котором проживала на данный момент и обвила Домового руками, прижимаясь грудью к его спине.
— Черт, — прохрипел мой сосед по парте, — ты не могла бы немного отодвинуться.
Я смутилась и порадовалась тому, что парень сидит ко мне спиной и на улице практически ночь. Байк рванул с места, и всю дорогу до дома ревел, как взбесившийся, отчего у меня даже уши заложило.
— Он всегда такой шумный? — спросила я у Домового, пока тот помогал мне встать на твердую почву обеими ногами. Голова кружилась, ноги подрагивали, желудок скрутило узлом.
— Ну да, — как само собой разумеющееся подтвердил парень. — Не понравилось?
— Не очень, но все равно огромное тебе спасибо.
Я уже повернулась в сторону калитки, как Домовой догнал меня и подозрительно покосился на темные окна дома.
— Ты ведь не одна здесь живешь? — спросил он с тревогой в голосе.
— А что?
Парень приблизился и посмотрел на меня с таким серьезным и строгим
— Ты знаешь, кем работает моя мать, но явно не знакома с профессией отца?
— Нет, — ответила я, вопросительно приподняв брови.
— Он мэр этого города.
— Вау! — ответила я, демонстративно округляя глаза в немом восхищении.
Домовой сжал руку в кулак и выругался так витиевато, что я даже рассмеялась.
— Не боишься, что соберу на тебя компромат?
— Боюсь, что ты что-то недоговариваешь. Постоянно опаздываешь на учебу, не спорь, ты у мамы числишься, как самая заядлая соня.
— Ого! А я и не знала, что директрисы теперь учитывают даже количество часто опаздывающих учеников. — Съязвила от того, что разговор мне начинал надоедать.
— Ты работаешь официанткой, хотя тебе еще нет восемнадцати.
— Хочу накопить на машину, — хмыкнула на его реплику и снова попыталась пройти мимо, но Домовой удержал меня за руку.
— Я могу помочь, — прошептал он, наклоняясь к моему лицу и проникновенно заглядывая в глаза.
— Спасибо, я в твоей помощи не нуждаюсь, — ответила парню решительно, — как и в твоей заботе. Мне не нравится, что меня опекают, как неразумное дитя, мне не нравится, когда незнакомые личности суют нос не в свое дело. Ты мне не нравишься! — произнесла я громко и отчетливо, после чего зашла в калитку и захлопнула за собой шаткую конструкцию на ржавых петлях.
Еще не хватало, чтобы сынок директрисы и мэра города ошивался где-то поблизости. Решил добавить мне к уже имеющимся проблемам пересуды общественности, которая любит делать из мухи слона и раздувать чужие конфликты до вселенского масштаба? А уж политики, чтоб им неладно было, кроме искалеченной психики, морального уродства и генетической наследственности ничем другим своих детей наградить не могут, известно на личном опыте. Я до сих пор с ужасом вспоминаю своего бывшего одноклассника Диму Гавриленко, у которого отец работает в министерстве образования. У меня всегда складывалось такое ощущение, что мальчика растили на шаблонных речах и идее мира во всем мире, который достигался бы методом «хождения по головам», что в принципе невозможно. В итоге к десятому классу наш Димочка уже состоял членом молодежной партии и стремился засветиться в газетных статьях, как ярый приверженец демократии, хотя по истории у него была твердая тройка, и вряд ли он вообще мог расшифровать значение данного термина.
За такими рассуждениями я незаметно для себя дотопала до кровати и упала в нее без сил, заснув практически мгновенно. Всю ночь мне снился Домовой, который стоял за кафедрой и провозглашал в школе новые правила, в которых запрещалось иметь собственное мнение всякому ученику, не достигшему восемнадцатилетнего возраста.
Глава пятая. Спортивное ориентирование
— Нееет! — простонала Марина, получив от учителя по физкультуре карту местности, — только не это.