Дикая утка

Ибсен Генрик

Грегерс не шевелится.

И с вами тоже, Экдал. За столом как-то не пришлось. Из маленькой двери выглядывает бухгалтер Гроберг.

Г р о б е р г. Извините, господин Верле, но я не могу выбраться.

В е р л е. Что же, вас опять заперли?

Г р о б е р г. Да, и Флакстад ушел с ключами.

В е р л е. Так проходите.

Г р о б е р г. Но тут еще есть один...

В е р л е. Проходите, проходите оба, не стесняйтесь.

Гроберг и старик Экдал выходят из конторы. У Верле невольно вырывается досадливый возглас.

Смех и говор гостей смолкают. Ялмара передергивает при виде отца, он поспешно ставит стакан на стол и поворачивается лицом к камину.

Э к д а л (проходит, не поднимая глаз, отрывисто кивая на обе стороны и бормоча). Прошу извинения. Не туда попал. Ворота заперты... ворота заперты. Прошу извине-(*647)ния! (Уходит вслед за Гробергом во вторую комнату направо.)

В е р л е (сквозь зубы). Дернуло этого Гроберга!..

Г р е г е р с (уставившийся с открытым ртом на Ялмара). Да не может быть!..

Р ы х л ы й господин. Что такое? Кто это был?

Г р е г е р с. Никто. Просто бухгалтер и еще человек.

Б л и з о р у к и й господин (Ялмару). Вам он знаком?

Я л м а р. Не знаю... не обратил внимания...

Р ы х л ы й господин (встает). Да что же случилось, черт возьми? (Подходит к группе других гостей, беседующих вполголоса.)

Ф р у С е р б ю (шепчет Петтерсену). Суньте ему там что-нибудь получше.

П е т т е р с е н (кивая). Слушаю. (Уходит.)

Г р е г е р с (тихо, взволнованно Ялмару). Так это был он?

Я л м а р. Да.

Г р е г е р с. И ты сказал, что не знаешь его?

Я л м а р (с горячностью, шепотом). Да как же я м о г!..

Г р е г е р с. ...Признать своего отца?

Я л м а р (горестно). Ах, побывал бы ты на моем месте!

Перешептывание и тихий говор между гостями сменяются вдруг деланно громким разговором.

П л е ш и в ы й господин (приближаясь к Грегерсу и Ялмару, дружеским тоном). А! Обновляете старые воспоминания из времен студенчества? Что?.. Вы курите, господин Экдал? Хотите огоньку? Ах да, ведь тут нельзя...

Я л м а р. Благодарю, я не...

Р ы х л ы й господин. Не почитаете ли вы нам какие-нибудь хорошенькие стишки, господин Экдал. Прежде, я помню, вы премило декламировали.

Я л м а р. К сожалению, теперь ничего не припомню.

Р ы х л ы й господин. Жаль, очень жаль. Ну, так что же бы нам придумать, Балле?

Оба прохаживаются по кабинет у, потом направляются во вторую комнату.

(*648) Я л м а р (мрачно). Грегерс... я уйду! Тот, над чьей головой разразился сокрушающий удар судьбы, видишь ли... Передай мой поклон твоему отцу.

Г р е г е р с. Хорошо. Ты прямо домой?

Я л м а р. Да. А что?

Г р е г е р с. Я, может быть, загляну к тебе потом.

Я л м а р. Нет, не надо. Ко мне не надо. Невесел угол мой, Грегерс... особенно после такого блестящего пиршества... Мы всегда можем повидаться где-нибудь в другом месте.

Ф р у С е р б ю (подходя,

вполголоса). Вы уходите, Экдал?

Я л м а р. Да.

Ф р у С е р б ю. Кланяйтесь Гине.

Я л м а р. Благодарю.

Ф р у С е р б ю. И скажите, что я как-нибудь на днях загляну к ней.

Я л м а р. Благодарю. (Грегерсу.) Не провожай меня. Я хочу уйти незаметно. (Медленно, словно прохаживаясь, направляется во вторую комнату и уходит направо.)

Ф р у С е р б ю (тихо Петтерсену, который вернулся). Ну, дали что-нибудь старику?

П е т т е р с е н. Как же. Сунул ему в карман бутылку коньяку.

Ф р у С е р б ю. Не нашли ничего получше.

П е т т е р с е н. Он лучше-то ничего и не знает, фру Сербю.

Р ы х л ы й господин (в дверях, с нотами в руках). Не сыграем ли мы с вами в четыре руки, фру Сербю?

Ф р у С е р б ю. Хорошо, пойдемте.

Г о с т и. Браво, браво!

Фру Сербю и все гости уходят во вторую комнату направо. Грегерс остается у камина. Верле ищет что-то на письменном столе, по-видимому, выжидая, чтобы Грегерс ушел, но последний не шевелится, и Верле сам направляется к дверям.

Г р е г е р с. Отец, нельзя ли уделить мне минутку? Верле (останавливаясь). Что тебе? Грегерс. Мне надо сказать тебе пару слов.

В е р л е. Нельзя ли отложить, пока мы останемся одни?

(*649) Г р е г е р с. Нет, нельзя. Может быть, выйдет так, что нам с тобой и не придется больше остаться одним. Верле (подходя ближе). Что это значит?

В течение следующей беседы из залы глухо доносятся звуки фортепиано.

Г р е г е р с. Как можно было дать этой семье так опуститься!

В е р л е. Ты, вероятно, говоришь о семье Экдала, насколько я понимаю.

Г р е г е р с. Именно. Лейтенант Экдал когда-то был очень близок с тобой.

В е р л е. К сожалению, слишком даже близок. И мне годами пришлось расплачиваться за это. Ему я обязан, что на мое доброе имя легло что-то вроде пятна.

Г р е г е р с (тихо). А он действительно был один виноват?

В е р л е. Кто же еще, по-твоему?

Г р е г е р с. Но вы ведь затеяли эту скупку лесов сообща...

В е р л е. Да, но разве не Экдал снимал планы участков... неверные планы? Это он затеял незаконную порубку на казенной земле. Это он же и заведовал всем делом. Я был в стороне и даже не ведал, что там творил лейтенант Экдал.

Г р е г е р с. Лейтенант Экдал и сам-то, верно, не ведал, что творил.

В е р л е. Может статься. Но факт тот, что он был осужден, а я оправдан.

Г р е г е р с. Знаю, что улик против тебя не оказалось.

В е р л е. Оправдан - значит оправдан. Но с чего ты вздумал копаться в этих старых дрязгах, от которых я поседел раньше времени? Пожалуй, вот о чем ты размышлял все эти годы на заводе? Могу тебя заверить, Грегерс, у нас в городе все эти истории давным-давно забыты... поскольку они касались меня.