Дикари

Беннетт Натали

Мгновенное притяжение между нами ощущалось почти магнетическим. Уверен, что это была не любовь, но определенно похоть, а может быть что-то еще. Не мог полностью осмыслить это и, честно говоря, не был уверен, что хочу.

– Кали жила с Орденом девятнадцать лет. Она знает о чем-то, что может нам помочь, - первым заговорил Кобра, передавая бутылку обратно мне.

– Ага... ну, в Ордене также заявили, что она мертва. Мы не знаем, что случилось за последние годы. Они сами могли ее послать, - подчеркнул Гримм. В его интонации звучала горечь, которую мы все испытывали.

Еб*ный

Орден был огромной занозой в моей заднице. Было столько всякого дерьма, с которым необходимо было разобраться, а Девид составлял пятьдесят процентов этого. У всех нас были причины жаждать разыскать ублюдка, и мы были чертовски близки к этому.

– Мы можем воспользоваться этим в своих интересах. Просто дайте подумать минутку.

Поскольку все, что у меня было - минута. Время заканчивалось, часики тикали быстрее с каждым днем, а это было то, с чем не готов был столкнуться.

Тщательно спланировав все дерьмо. Точно знал, когда на моем пути появятся преграды, ухабы и повороты, но вот этого никогда не предвидел.

Я не подозревал, что голубь приземлится среди ворон, и в то время как ее белоснежные перья олицетворяли чистоту, угольно-черное сердце породило прекрасную вероломную душу.

***

Калиста

Он был первым, кого я увидела, когда открыла глаза. На несколько секунд показалось, что вновь приснился один из редких прекрасных снов. Он отвернулся от меня, доставая из комода рубашку. Тело его было... потрясающим.

Узоры чернил и четко вылепленное тело, сделали его похожим на живое, дышащее произведение искусства.

Волосы были идеально уложены, подстрижены и зачесаны назад к татуировкам, повторяющим линию среза. Я все еще восхищалась им, когда он обернулся, что позволило быстро взглянуть на твердый пресс, также покрытый татуировками, одна из которых была почти скрытой козлиной головой Саббата (прим.: др. имя Бафомет — демон, идол. В Средние века было поверье, что имя Бафомет являлось одним из имен Сатаны. Изображение Бафомета является символом сатанизма), сопровождаемая цитатой, которая гласила: «Плоть костей и крови».

Облегающая черная футболка была надета и медленно все вернулось на круги своя. Пытаясь сглотнуть, чуть не задохнулась от горячего воздуха. Рот был словно набит горстью ваты. В разгар кашля мочевой пузырь дал понять, что находится в нескольких секундах от того, чтобы разорваться.

– Уборная?
– спросил он, вырывая мысль прямо из моей головы.

Взглянув на него, кивнула.

– Это вон там. Делай свое дело и приводи себя в порядок. В коробке есть всякое барахло.

Он указал на приоткрытую дверь слева, прежде чем выйти из комнаты, почти не обращая на меня никакого внимания. Слышала, как щелкнул замок, а затем звук удаляющихся шагов.

Откинув одеяло ногами, медленно села, взглянула вниз, чтобы обнаружить, что на мне огромная черная футболка, очень похожая на ту, что только что надел Ромеро. Лифчик все еще был на месте - не то чтобы меня волновало, если бы было не так.

Дорогой папочка позаботился о том, чтобы мне было комфортно находиться голой в компании незнакомцев. Просто интересно, кто взял на себя смелость оттереть грязь с моего тела.

Соскользнув с (удивительно удобной) кровати так быстро, как только могла, проверила состояние раны, с облегчением обнаружив, что, несмотря на болевые ощущения, все было не так плохо, как ранее.

Не торопясь, пошла в уборную, осматривая комнату по ходу дела.

Там не было ничего особенного. Серые стены были голыми, а постельное белье - черным, как и немногочисленные предметы мебели. Ванная комната выглядела столь же унылой, с той же холодной, стерильной атмосферой. Ни одно из помещений не раскрывало ничего о человеке, которому принадлежит, за исключением запаха.

Это был его аромат. Я вдохнула его в ту же секунду, как только парень не позволил мне упасть лицом вниз - дважды. Он не был синтетическим - полностью натуральным. Это было экзотично, немного расслабляло, а после сна в постели опьяняло.

Босые ноги несли меня по прохладному сланцевому полу. Плюхнувшись на металлическое сиденье, закрыла глаза. Теплый солнечный свет падал на лицо из овального окна над унитазом.

– Дерьмо, я влипла.

Глаза распахнулись, словно я только что проснулась. Сделав свои дела, бросилась к раковине. Вспышку боли в боку почти не заметила.

Слишком сосредоточившись на том факте, что проникла в это место, чем бы оно ни было, черт подери.

Волнение слегка поутихло, когда напомнила себе, что попасть внутрь должно быть было проще простого. Ничто из того, через что пришлось пройти, не представляло собой легкую прогулку. Скрытые препятствия, медленно, но верно становились очевидными.

В зеркале над раковиной взглянула на отражение, хмурясь на женщину, уставившуюся на меня. Светлые локоны были спутаны в колтуны, также имелось несколько ярких синяков от моей недавней эскапады, которые резко выделялись на коже. Мне не слишком понравилось это зеркало. В нем вообще не было никаких трещин.

Проведя пальцами по краю футболки, подняла ее и осмотрела колотую рану. Ромеро на удивление неплохо зашил меня. Немного крови и струпьев все еще цепко липли ко мне, хотя этого следовало ожидать. Область все еще была чувствительной на ощупь, вдобавок к уродливому красноватому цвету.

Дав футболке вернуться на место чуть выше колен, включила кран и, наконец, заглянула внутрь картонной коробки на стойке. Там были разные размеры мужской и женской одежды, а еще несколько пар обуви. Если Ромеро и его приятели не собирали вещи на черный день, то можно лишь предположить, что все это принадлежало каким-то жалким, несчастным, мертвым душам.

Вытащив клетчатую рубашку с длинными рукавами, которая была примерно на пару размеров больше, отложила ее в сторону. Еще через несколько секунд раскопок у меня была пара черных ботинок и чей-то кружевной бюстгальтер. Подняв и посмотрев на номер, пожала плечами. Было бы немного тесновато, но он выглядел чистым, и не похоже, что предыдущий владелец мог возразить.