Дикари Гора

Норман Джон

– Вы хотите знать судьбу оставшихся в живых?
– поинтересовался Тыква.
– Вы кажетесь заинтересованными.

– Да, - согласился я.

– Кроме солдат, и животных, и тех, кто, возможно, убежал?

– Да.

– Некоторые дети были оставлены в живых, маленькие дети, - рассказал Тыква.
– Они были разбиты на небольшие группы и связаны за шеи. Было четыре таких группы. Пересмешники взяли одну группу, состоящую из шести детей. Другие три группы, состояли из пяти детей каждая,

и были поделены между Слинами, Жёлтыми ножами и Кайилиауками.

– А что же Кайила? – удивился я.

– Они не взяли ни одного из детей, - сказала Тыква.

– Детям очень повезло, - заговорили Ваниямпи.
– Да. Они будут взяты в загоны Ваниямпи, и поднимутся как Ваниямпи. Какое благословение для них! Всегда лучше, когда Учение может быть дано детям. Это - самый верный способ гарантировать, что они всегда будут Ваниямпи.

Я задавался вопросом, могли ли ужасы и преступления, совершенные друг другу взрослыми, когда-либо соответствовать жестокости, причиненной детям. Мне это казалось маловероятным.

– Были ли ещё оставленные в живых?

– Некоторые достаточно молодые и привлекательные женщины, - сказал Тыква, - но мы не смотрели на них. Они были голые. Им верёвками связали руки, и за шеи привязали к сёдлам. Они должны были сопровождать своих владельцев, на привязи, идя рядом с кайилами.

– И какова по-вашему будет их судьба? – спросил я.

– Мы не смеем размышлять об этом, - ответил Тыква, перепугано и встревожено смотря под ноги, густо краснея при этом.

– Их сделают рабынями, - безжалостно объясни я, - ползая на животе и стоя на коленях перед мужчинами, они будут служить им покорно, полностью и всеми способами.

Тыква задрожал.

– Это верно, не так ли? – спросил я.

– Возможно, - пробормотал Тыква. Он не поднимал глаз, и я видел, что он боялся своей мужественности, и своего пола.

– Разве Ты не хотел бы иметь их служащими тебе подобным образом?

– Нет, нет! – закричал он, не поднимая глаз.
– Нет, Нет, нет!

Страсть прозвучавшая в его ответе заинтересовала меня. Я посмотрел на других Ваниямпи, они отводили глаза, смотрясь смотреть в землю.

– Были ли другие оставшиеся в живых?

Он посмотрел на меня, с благодарностью и сказал: - Да, но, кажется, один из них очень ненадолго.

– Не понимаю, - удивился я.

– Мальчик, Пыльноногий, как мне кажется, - пояснил Тыква.
– Он был рабом у солдат. Его оставили привязанным к столбу, там, на том холме. Нам приказали поддерживать его, пока мы не покинем это место, а затем оставить его здесь умирать.

– Он говорит о том парне, которого держали рабом в колонне наёмников, они называли его Уртом, - растолковал я Гранту.

Грант пожал плечами. Он не знал об этом, так

как прежде мы не разговаривали на эту тему.

– Был кто-то ещё выживший?

– Взрослая женщина, - сказал Тыква, - та, что была с солдатами.

– Превосходно! – воскликнул я.
– Это блондинка и прекрасной фигурой?

– Да она блондинка, но нам не разрешено смотреть, на её тело.

– Это была Леди Мира из Венны, - пояснил я Гранту. – Превосходно! Отлично!

– Ты знаешь её? – удивился Грант.

– Мы повстречались однажды, на дороге. Но теперь наша встреча, будет сильно отличаться от того раза, - засмеялся я.

– Что-то не так?
– осведомился мой товарищ.

– Ничего, – на этот раз, я не стал объяснять.

Я был доволен, во-первых, что Леди Мира жива. Приятно, что такие женщины живут, особенно когда они закованы в цепи и ошейники. Во-вторых, меня развлекло, что деятельность очередного привлекательного агента Кюров внезапно и окончательно завершилась, причём столь неожиданным и прелестным способом. В-третьих, теперь её можно допросить, и так или иначе, получить рассказ очевидца сражения, по крайней мере, в той части, что касалась её лично.

– Где она? – потребовал я ответа у Тыквы.

– Там, позади того фургона, - указал он.
– Мы держим её там, так, чтобы не смотреть на неё.

Я вгляделся в Ваниямпи. Я не мог понять, почему они были такими.

– Задерите свою одежду, - приказал я им, - до талии, быстро.

Они пристыжено повиновались.

– Нет. Их не кастрировали физически. Просто это сделали психологически, через обучение, посредством Учения.

– Коварно, - пробормотал я.

– Да, - согласился Грант.

– Можете опустить свои платья, - разрешил я Ваниямпи. Они поспешно сделали это, разглаживая их, и краснея. Я понукнул свою кайилу к фургону, на который указал Тыква.

17. Раб

– Вы!
– закричала, дёрнув ногам.

Приблизившись к ней, я стремительно и легко спешился.

– Почему Ваш кайиловый хлыст отстёгнут? – спросила она с беспокойством.

Я сильно стегнул её хлыстом, попав слева между шеей и плечом. Я не видел смысла в том, чтобы напрасно тратить время на уговоры.

– На колени, - приказал я.

Она встала на колени, быстро, но неуклюже из-за приспособления, надетого на неё. Она испуганно смотрела на меня. В её глазах плескались слезы и удивление. Похоже, это был первый раз, когда она была, таким образом, поражена.

– Вы не отводите глаз от меня, - сказала она, поёжившись.

– Это довольно трудно сделать, - признал я.

Я больше не мог, продолжать своё предприятие в второпях, как планировал. Её очарование, просто, не позволяло мне этого.