Дикари Гора
Шрифт:
— Я не думаю, что — лично я, это то, что у них вызвало такой ужас, — усмехнулся он.
— И в чём тогда источник их трепета перед тобой? — уже не на шутку заинтересовался я.
— Кто знает, что происходит в головах симпатичных маленьких рабынь, — попытался уйти от ответа мой собеседник.
— Ты, кажется, пытаешься отмолчаться — сказал я, внимательно к нему присматриваясь.
— Возможно, — признал он.
— Твой караван, меня поражает, отличная подборка закованных красоток. Но всё же, мне кажется, что различие между первыми тремя девушками и последними семью просто бросаются
— Да, — не стал он спорить, — это верно. Присмотрись к последним семи. Обратил внимание на их особенности? Ты видишь, что они довольно сильны?
— Ну и что? — переспросил я, всё ещё не понимая.
— Вьючные животные, — бесстрастно пояснил он. — Они — вьючные животные.
— Да, я думаю, что они смогут быть таковыми, — согласился я, присмотревшись к рабыням повнимательнее. Его маршрут теперь казался открытой книгой. Не больше двух кайил вспомнил я, может быть введено любым белым.
— А первая девушка, она также будет вьючным животным?
— И она тоже, по крайней мере, на первом этапе, будет, как и все они нести поклажу, но в дальнейшем, у меня есть на неё некоторые другие виды.
— Это я уже понял.
— Она принесёт мне пять шкур желтого кайилиаука.
— Тогда Ты получишь с неё роскошную прибыль
— Да, — согласился он, усмехнувшись. Одежда из шкуры желтого кайилиаука, даже среднего качества, может стоить целых пять серебряных тарсков.
Я смотрел на рыжеволосую девочку в караване, прежнюю Миллисент Обри-Уэллс. Она даже не знала, что была предметом нашей беседы.
— А что на счёт двух других? — показал на Джинджер и Эвелин.
— С их помощью я смогу общаться с рыжеволосой, — объяснил он. — Должен же кто-то дать ей понять, и желательно быстро, характер её положения, а также эффективность, хорошее знание и всю полноту тех услуг, которые будут от неё требоваться. Также, они смогут преподавать ей гореанский, что будет держать их всех занятыми, и помогут мне выдрессировать её до должного уровня.
— Теперь, я понял.
Он переложил поудобнее остаток караванной цепи с ошейниками на своём плече. Очевидно, он пришёл в павильон продаж, ещё не зная точно, скольких девушек он купит. Довольно трудно спрогнозировать такие вещи точно, особенно покупая оптом. Многое зависит от представленного ассортимента невольниц и от цены живого товара, в данном конкретном случае.
— Переходы могут быть длинными, — сказал он.
— Переходы? — переспросил я.
— Да.
— Я смотрю, что все эти рабыни — варварки, даже вторая и третья девушки. А почему Ты не приобрёл нескольких гореанок для своего вьючного каравана?
— В качестве вьючных животных, более уместно использовать бестолковых варварок, чем гореанских девушек.
— Конечно, — поддержал его я.
— Но есть, — конечно, и другая причина, — усмехнулся он.
— Какая же? — мне стало любопытно.
— Эти варварски пройдут вперед в караване, будучи столь же неосведомленными и невинными как кайилы, — высказал он своё видение вопроса.
— Это почему же? — не понял я.
— Да потому, что, — он усмехался вновь, — гореанки могут умереть от страха.
Джинджер и Эвелин застонали.
— Эти
— Даже эти рабыни, — сказал он, — что кажутся настолько пронизанными ужасом, уверяю тебя, пока даже не начинают понимать, что может с ними случиться на этом пути.
Две девочки уже тряслись в панике. Однако их желание, конечно, было ничем. Они, как животные, вместо которых их будут использовать, должны идти, туда, куда приказал их хозяин.
— Я понимаю это так, что Ты со своими вьючными рабынями, намереваешься отправиться в Прерии.
— Да.
— Завтра утром?
— Да.
— Значит Ты — торговец?
— Да.
— Я искал вдоль границы одного такого по имени Грант.
— Мне это известно.
— И как оказалось, никто ничего не знал о его местонахождении.
— О?
— Мне это показалось несколько необычным.
— И что же тебя так удивило?
— Этот парень, Грант, очень известный здесь торговец. Не кажется ли Тебе странным, что ни у кого не было бы ясного представления относительно его местонахождения?
— Да, это действительно может показаться немного странным.
— Вот я так подумал, — заметил я, — у этого парня, Гранта, похоже, немало друзей, очень хорошо к нему относящихся, и эти друзья желают защитить его.
— Если это так, — заметил он, — то тогда этот Грант, по крайней мере, в некоторых отношениях, просто везунчик.
— Ты его знаешь.
— Да.
— Ты знаешь, где его можно найти?
— Да, знаю.
— И Ты сможешь проводить меня к нему?
— Я и есть Грант, — рассмеялся мой новый товарищ.
— Почему-то я так и подумал, — рассмеялся я в ответ.
9. Мы пересекаем Иханке
— Это здесь, — сказал Грант, сидя верхом и повернувшись лицом ко мне. — Видишь те шесты?
— Да, — ответил я, вглядываясь вдаль. Мы уже отъехали приблизительно на два пасанга на восток от Кайилиаука.
— Вон один, — показывал Грант, — там следующий, и дальше ещё.
— Я вижу, — сказал я, прищуривая глаза.
Трава доходила да колен кайил. Это приблизительно по бедра рабыням, что шли следом за нашими кайилами, в коротких рабских туниках, сделанных из лоскута коричневой ткани с глубоким разрезом на груди, с соединёнными цепями ошейниками, держа поклажу с товарами на своих головах.
Шест перед нами был высотой приблизительно семь или восемь футов. Видимо высота подбиралась из того расчёта, чтобы шесты были видны из — под снега, во время зимних лун, таких как Ваийетуви и Ваникоканви. Шест представлял собой обесшкуренный побег дерева Ка-ла-на, на его верхушке висели два длинных, узких, желтых, пера с черными концами, взятыми с хвостового оперения птицы херлит. Это большая, ширококрылая, плотоядная птица, иногда на гореанском называемая Солнечным бойцом, или, в более буквальном, хотя в более неуклюжем английском переводе, «Нападающая из-за солнца», по-видимому, из-за её повадки нападать, пикируя на добычу, как и тарн, со стороны солнца. Подобные же шесты я мог видеть на расстоянии приблизительно в двести ярдов, в обе стороны, налево и направо.