Did that hurt?
Шрифт:
Идиотка.
— Я сделаю кофе, но сначала нужно обработать самую красивую задницу в моей жизни.
— Моя саднящая плоская попка счастлива это слышать.
— Плоская, как же, — Кристиан стягивает мои домашние спортивные штаны вместе с трусиками, и долго смотрит на свои старания, но быстро переключается только на меня. — Роскошная. Аппетитная. И идеального размера. Я бы укусил.
— Твоим зубам там не место, но я определенно знаю, куда можно пристроить твой язык. Ты ведь знаешь, что такое римминг, Кристиан? — его ладонь,
— Я бы попробовал.
— Хорошо, — Кристиан целует мои лопатки, продолжая втирать крем, и я мурчу от приятного ощущения прохлады от крема. — Пока ты даже не попытался зайти дальше, помой руки. Я не буду тебе благодарна, если ты сожжешь меня. И жди меня в игровой.
Месть — не выход. И срывать злость на нем никак нельзя. Но восстановить свои права я должна.
***
После душа с трудом натягиваю корсет, а натянуть кожаные штаны — вообще из области фантастики, но я справляюсь. Поправляю макияж, расчесываю волосы, и ловлю себя на том, что мои руки дрожат. Я напугана, что не справлюсь. И этого нельзя допустить, я знала это еще вчера, когда только думала о том, что он может меня отшлепать.
Ты никогда не сделаешь ему больнее, чем он сможет вынести.
— Ты ублюдок, Кристиан Грей, — он вздрагивает всем телом, буквально сжимаясь под моим взглядом, когда я вхожу в затемненное помещение.
— Госпожа…
— Закрой рот. Верно, Кристиан?
Я специально гремлю ящиками, разыскивая то, что мне нужно, специально пытаюсь запугать его. Мне нужен слабый человек, зверек, я не готова к Кристиану, такому, какой он есть.
Я знаю, что обязана, обязана сначала разогреть его кожу, но обида, злость, человеческий фактор и женское начало берут свое…
Немного боли ему не помешает.
— Перегнись над скамьей, — он быстро выполняет мой приказ, мудро не поднимая на меня взгляд. — Ты никогда не спрашивал, почему именно «мисс Стил», так обыденно. Стил созвучно со словом «сталь», об этом я говорила тебе. А «мисс» это сокращение от «Мистресс», Кристиан. И ты посчитал, что ты выше меня… — флоггер в моей руке поглаживает его спину, и Кристиан морально готовится к его удару, но… Кнут касается его кожи с жутким звуком, и я сама вздрагиваю, испугавшись, но не собираюсь прекращать экзекуцию.
Я только начала.
Я не слышу его, я лишь наблюдаю, я слежу за его состоянием по его дыханию, по пальцам его ног, по положению его головы. Язык тела никогда не обманывает.
Удар.
Удар.
Больно — да. Невыносимо — ложь.
Удар, удар, удар!
Удар за ударом, но в разные места. Я не хочу травм. Я не хочу лишней боли для него. Я не хочу… я больше не хочу.
Кнут в последний раз щелкает по бледной нежной коже, а крик Кристиана приводит меня в себя.
Дыхание тяжелое, плечи дрожат, пот градом льется по его мощной спине, и я тихо подхожу к нему, заставляя опустится на колени передо мной. Как во вторую нашу встречу, играюсь с
— Ты — прекрасный, красиво сложенный мужчина. Ты физически сильнее меня, и я восхищаюсь этим. Но ты никогда, Кристиан, не будешь использовать свою силу против меня. Я ставлю тебя на колени, я и сейчас сильнее тебя, но лишь потому что это добровольно, лишь потому что ты мне позволяешь. Как бы больно тебе ни было, ты вытерпел это, а я сдержала свое слово: «не больнее, чем ты сможешь выдержать». «SSC», Кристиан: безопасность, разумность и добровольность. Посмотри на меня, — сердце сжимается при виде его обкусанных губ, при виде слез на столь прекрасном лице, но я нахожу в себе силы на одобрительную, нежную улыбку, и Кристиан еле заметно улыбается мне. — Ты понял меня?
— Да, мэм. Простите, меня, пожалуйста. Я просто испугался, а вы столько раз просили верить вам…
— Молодец, — несколько раз шлепаю его по щеке и выхожу из комнаты, лишь на мгновение замерев на пороге. — Прими горячий душ и жди меня в своей спальне. Можешь взять мой ноутбук.
Самое время поговорить, но сначала мне надо снять с себя «госпожу». Он сломал меня, чёрт возьми, он меня сломал! Мне не хочется «как раньше», мне куда больше, до боли, понравились Ана и Кристиан, когда он лежал напротив меня, называл по имени, а я гладила его лицо. Не смотря ни на что.
Кристиан уснул, пока смотрел фильм, о чем свидетельствует мой ноутбук на тумбе и похрапывание, которое у него всегда, когда он спит на животе. Он без футболки, лишь в одних шортах, поэтому я могу видеть следы на его спине, которые сама же и оставила.
Повторяя за ним, я сажусь на кровать и осторожно втираю охлаждающий крем в ноющую спину. В отличие от меня, он не просыпается, лишь чуть громче всхрапывает и слегка дергается, когда я щекочу его, нанося крем на бок, куда так же угодил кнут.
— Ты сделал мне так больно… — шепчу, целуя его в плечо, но быстро отстраняюсь. Нельзя.
Чуть оттянув резинку, наношу крем, где только достаю, но он даже не просыпается. Похоже, тоже метался полночи.
Я люблю его.
— Мой глупый Котёнок, — целую его в макушку и тихо сползаю с постели. Пусть спит. Он, наверное, и сам перепугался до смерти.
Я мудрее. Я должна.
***
— Я так долго спал?! — Кристиан с легким ужасом смотрит на часы на духовке и широко зевает, устраиваясь на стуле рядом со мной. — Простите, что уснул.
— Я вымотала тебя. Что тебе снилось? — к моему сожалению, он в футболке, и я не вижу своих трудов.
— Не помню. Мисс Стил, я бы хотел… Нам необходимо поговорить.
— Да, я знаю… Я, может, и буду звучать нескладно, но попытайся понять, — он кивает, и я начинаю свою исповедь. — Мне пришло сообщение на телефон, недавно. Сообщение с угрозами, что если я не исчезну в течение шести недель — ты повторишь судьбу моего мужа. Он погиб в аварии, а ты сам знаешь, что у меня аллергия на твой байк. За грехи Трэвиса я готова отвечать, но только я, никто иной, тем более — ты. Алекс обещал помочь. Убийство Трэвиса никто не докажет, конечно, но…