Дежа вю
Шрифт:
Теперь ее голос звучал совсем жалобно. Олег закатил глаза.
— Почему обязательно в выходные?..
— Потому что тяжело, черт тебя подери! Потому что я должна подготовиться!
— Я купил вэн, — внезапно сказал он другим голосом.
— Что?!
— Вэн.
— Что это за дерьмо?
Он сел в ее кресло и лихо закинул ноги на стол. Вся эта канитель проделывалась исключительно из-за страха.
— Вэн — это не дерьмо, как ты изволила выразиться, а машина. Хорошая машина. В ней есть кухня и туалет.
— Убери ноги, — поморщилась
— Ага. Плевать. Поцелуй меня, а?
— В честь какого праздника? Ты врываешься ко мне в офис посреди бела дня, несешь какую-то хрень, требуешь, чтобы я бросила мужа…
— Я не требую!
— Не перебивай меня! — взвизгнула Тина, и Леночка по ту сторону двери принялась шарить в тумбочке в поисках валерьянки.
На всякий случай.
— Ты требуешь, — просипела Тина настойчиво. — Да, я сама обещала, сама решилась на это, но ты должен понять, что это не легко, дай мне привыкнуть к этой мысли…
Он не мог позволить ей и дальше быть несчастной. Он не знал точно, сделает ли ее счастливой. Но слушать ее завывания сил уже не было.
Конечно, она сопротивлялась. Конечно, выворачивалась, выкручивала шею, убегая от его губ, извивалась, дрыгала ногами и шипела.
Львица, подумал бы он с гордостью и опаской, если бы не был так занят ее укрощением.
Поцелуй, на миг лишив сознания, медленно, но верно возвращал осмысленность ее глазам.
— Я люблю тебя, — сказала Тина.
Он сосредоточенно кивнул.
— Послушай меня, ладно? Только не перебивай и не ори сразу.
— Что ты задумал?
— Я не задумал. Я уже сделал.
Она напряглась в его руках.
— Олег?
— Помолчи, хорошо? Я виделся с твоим мужем. И с Катериной Андреевной. С твоей мамой.
— Слава богу, я знаю, как зовут мою мать! — выкрикнула она.
— Тина, пожалуйста, заткнись, а? И вот еще, как это я забыл… Посидишь минутку одна?
Она сглотнула. Значит, с мужем и с матерью. И делегация уже, наверное, здесь. Теперь предстоит перекрестный допрос. Очная ставка.
Почему бы ей сразу не выпрыгнуть в окно? Пятый этаж, все шансы решить проблему.
— Олег, куда ты? — запоздало испугалась она.
— Минутку, одну минутку.
Показалось, что прошла неделя. За эту неделю Тина успела переделать кучу дел. А именно: отключить телефон, отказаться от валерьянки, попробовать забаррикадироваться, перестать баррикадироваться, выпить валерьянку, поплакать навзрыд, вспомнив о своем решении стать приходящей матерью.
Как это у нее язык не отсох тогда?! И что делать теперь? Идти на попятную? Или сделать приходящими Ефимыча с мамой?
— Познакомься, — возник в кабинете чрезвычайно серьезный Морозов. — Это Павел Леонидович.
Должно быть, адвокат, безучастно решила Тина. Должно быть, Олег предусмотрел все, чтобы отрезать ей путь к отступлению.
— Тина, это твой управляющий. Конечно, если вы поладите.
— Здравствуйте.
— Мой — кто?!
— Управляющий, — терпеливо повторил Олег, — Паш, будь добр,
— За обедом?! — очумело переспросила Тина. — Да что вообще происходит?!
— Ты умеешь водить вэн? — Морозов повернул к ней озадаченное лицо. — Никогда не пробовала? В общем-то, там категория «В», но с непривычки все-таки трудновато, надо будет потренироваться… где-нибудь… на пустых трассах… хм… если такие есть. Кстати, где твой загранпаспорт?
Не дожидаясь ответа, он полез в ее сумочку.
— Ага, вот он. Отлично. Паша, вы пока пообщайтесь, а я…
— Стой!
— Я обед закажу, — отчеканил он. — А ты посмотри документы Павла.
Мечтая грохнуться в обморок, Тина схватилась за его рукав.
— Прекрати закатывать сцены, — прошептал он нежно.
— Объясни мне немедленно, что происходит, — прошипела она злобно.
— Паша, мы отлучимся, — через плечо бросил Морозов и увлек ее в приемную, где Леночка в ужасе пряталась за компьютером.
— Нам бы поговорить, — интимно обратился к ней Олег, — вы не подскажете, где это можно сделать… конфиденциально?
— Как? — открыла рот Леночка.
— Я сама прекрасно знаю свой офис! — возмутилась Тина и пихнула его куда-то вперед и влево.
Они оказались в уборной. Обстоятельства складывались весьма романтическим образом.
— Ну?! Ты можешь мне сказать четко и внятно…
— Не могу! — простонал он. — В том-то и дело, что не могу! Я по горло сыт разговорами с твоей мамашей, которая озабочена только тем, чтобы очередную серию «Санта-Барбары» не пропустить!
— «Санта-Барбара» давно кончилась, нынче показывают «Бедную Настю», — уточнила Тина.
Олег, не слушая, подвинул ее, попил воды из-под крана и сказал, что разговорами с ее мужем он тоже сыт по горло. И что не думал, что ей тоже придется все объяснять. И что Павел Леонидович отличный малый и профессионал, а по большому счету она может засунуть свое агентство в задницу, потому что уже всем доказала, какая она независимая! И что под окном стоит вэн — целый дом на колесах. И что Ксюшка, очевидно, уже приступает к испытанию двигателя, а Сашка, как пить дать, скормил Кузьме все запасы, и что Тина теперь останется без обеда, и сама виновата, потому что дура…
— Кто такой Кузьма? — спросила она безо всякого выражения.
— Водолаз, — буркнул охрипший Морозов, — не тот что с трубкой, а тот что с хвостом.
— У…
— Угу.
Она подняла на него воспаленные сухие глаза.
— Ты что, Морозов, серьезно считаешь, что все так просто, да?
— Что ты! — картинно всплеснул он руками. — Все очень сложно! Мы еще не получили клятвенных заверений от твоей мамы, что она будет счастлива, и гарантий от твоего мужа, что он простит твое подлое предательство, а еще ведь Ксюшка с Сашкой, им тоже нужно будет бумагу подписать и на крови поклясться, что они к тебе не в претензии за то, что ты полюбила вовсе не их отца, а другого человека!