Дезертир

Гиренко Геннадий

– Что тебе втирает этот говорящий электрочайник? – злым голосом спросила она, всё ещё переживая за недавний конфуз.

Кинтар и Зувр мылись в душе вместе, дабы не терять ставшее теперь таким бесценным время. Ангел всё разложила по полочкам. Нельзя вот так, бездумно, сорить деньгами, оставаясь при этом незамеченным. Ладно бы они прилетели на богатой яхте, а то ведь…

Стив улыбался. На душе у него было тепло. Он вспомнил Лию, выскочившую из душа, – голенькую и такую хорошенькую. Конечно же, ИС права. Но после всего пережитого так захотелось маленького кусочка

радости, а тем более доставить его девушке, всего несколько часов назад лишившейся собственного дома.

– Красавица, а тебе не мешало бы быть рассудительней, – переключилась на арианку Ангел.

Глаза у Лии удивлённо расширились.

– С чего бы это? – буркнула она.

Смотрелась она действительно великолепно. Высокие сапожки на каблучках, выглядывавшие из-под них полосатые чулки, прикрывавшие ноги до середины бедра и непонятным образом подчёркивавшие их точёность. Коротенькая юбка. Шикарная блузка, игриво демонстрировавшая наиболее аппетитные формы её груди, переливавшаяся всеми оттенками цветов и сливавшаяся с прядями волос, лазурным водопадом спадавшими на плечи девушки. Шикарно!

Глядя на неё, Стив постоянно сглатывал слюну. Внизу живота тоскливо щемило, а при виде подобного великолепия сдерживать себя ему становилось довольно-таки сложно.

Из душа, весело переговариваясь, вывалились уже переодетые арианцы. Похоже, они натянули одежду прямо на мокрое тело. Стив глянул на них мельком и, не удержавшись, съязвил:

– У вас рожи по жизни такие красные или вас распарило?

После нагоняя от ИС всякое веселье казалось ему кощунственным. Арианцы недоумённо посмотрели на него. Понимающе кивнули друг другу и прошли к сумкам – собирать вещи.

– На себя посмотри, земляшка, – проходя мимо, добродушно обронил Кинтар.

Одеты они были более чем экстравагантно. Широкие, высокие ветровки прикрывали верхнюю часть тел почти до горла, а ставшие автоматически в обтяжку брюки неестественно бугрились от разутых мышц, заставляя задуматься, на что способны эти существа в порыве бешенства.

Всё бы ничего, но при средней температуре окружающей среды в сорок градусов по Цельсию такой наряд невольно бросается в глаза. А куда деваться? Стив не мог себе даже представить, чтобы они хотя бы на время согласились расстаться со своими гривами. И теперь эти гордые дети Ари выглядели горбатыми и несуразными эскимосами, непонятно как попавшими в жаркие тропики Изерии.

– Ангел, хватит уже! – не выдержав, возмутился Стив. – Всё понятно. Теперь ничего не изменишь. Сейчас сядем на такси и свалим отсюда куда подальше. Что ты зудишь всё время?

Он подцепил одной рукой сумку с поклажей и направился к выходу, где на пороге их поджидал оставленный гид. Он растянулся рядом, прямо под дверями на полу, так никуда и не уходя, – вероятно, перестраховываясь, чтобы не потерять столь выгодных клиентов.

– Давно сизу, – сообщил он, увидев, как выходит Стив.

Тот остановился, пропуская вперёд своих спутников. А после подошёл к нему и протянул руку, чтобы помочь подняться.

– Так и просидел? – сочувственно спросил

он.

Тот утвердительно качнулся всем телом. Стив понятия не имел, к какой расе он принадлежит. Такие раньше ему не встречались. Нечто промежуточное между разумным пеньком и земным насекомым палочником. Чудно слышать, как из щели, служившей тому ртом, раздавались членораздельные звуки.

– Веди на стоянку орбитальных такси, – дал указание Стив.

Инопланетянин поднялся самостоятельно, хотя удалось ему это нелегко. Услышав слова Стива, он что-то очень быстро защебетал – так, что парень едва смог разобрать его отдельные слова. Если вкратце, то он был в корне не согласен с предложением человека, предлагая взамен свою эксклюзивную постановку развлекательной программы.

– Зачем он тебе нужен? – нашёптывала Стиву на ухо Ангел. – Гони его, это же шарлатан.

– Засем такси? – в свою очередь, убеждал его гид. – В терминале развлечений сегодня даёт концерт несравненная Энола Гэй. Землянка, – вожделенно нашёптывал совет инопланетный змей-искуситель. – В программе красочный Хикосима и большущий фейерверк. Сходи – не пожалеешь.

– Такси, – твёрдо повторил Стив, понимая, что своим отказом он лишает гида дополнительного заработка.

– А может, кусать? – с надеждой снова переспросил тот. Он указал сухой рукой, сильно напоминавшей ветку, лишённую листьев, на остановившуюся при этом предложении Лию. – Матиса мама, совсем худой. Кусать надо.

Стив повернулся к девушке.

– Ты как? – спросил он, предвидя, что Ангел снова примется ныть.

Лия даже не раздумывала. Она очень быстро закивала головой. А ей с частотой метронома, в знак солидарности с девушкой, закивали арианцы. Складывалось впечатление, что это раскачиваются китайские болванчики, ненароком задетые за головёнки. И тогда Стив понял: все ужасно хотят жрать!

– Ладно, веди, – согласился он, чувствуя, как при воспоминании о пище у самого засосало в желудке. – Уймись… – кратко обрезал он как всегда не согласную с решением ИС.

Гид-инопланетянин резво заскакал по винтовой лестнице, полого ведущей на нижние уровни космопорта. Остальные за ним еле поспевали.

Круглый зал. Не очень большой, но и не маленький. Это по меркам космической станции, чьи рамки внутреннего пространства сильно ограничены размерами самого космопорта, дрейфующего в пустоте по орбите.

Царящий полумрак – вследствие экономии энергии – и редкие посетители, но уже вследствие экономии бюджетных средств. Столики, стулья, приткнутые друг к дружке так, что, кажется, если их заполнить клиентами, то можно смело есть с соседнего столика. Так как с твоего, по причине неимоверной тесноты, будет лопать уже кто-нибудь другой.

Идиллию дополняла колоритная изерианская музыка, от которой пробуждалось желание сильно дёрнуть себя за ухо и взвыть на самой высокой ноте, дабы прекратить подобное безобразие. Они гуськом, следуя друг за дружкой, осторожно продвигались вперёд, приподняв до уровня плеч руки, чтобы не перевернуть сконцентрированную на периферии зала мебель.