Действуй, жена!
Шрифт:
— До свидания, — бормочет подавленный Пирогов. Поймать меня ему так и не удалось, да еще поссорился с Лешей. Не знаю, какие у них совместные дела. Но, видать, Лехин тон сильно его расстроил. — Я все равно докопаюсь, — шипит он на ходу. — И если эта дрянь виновата, я отомщу. Только и вам достанется, братцы-кролики.
Я всматриваюсь в разъяренное лицо и понимаю, что в мужчине, стоящем в дверном проеме, нет ничего человеческого. Сплошной мрак и хаос. Это уже не хомо сапиенс, а зверь.
— Мы вас поняли, — рычит Лом и сам решительно идет к выходу. — Миша, — просит кого-то из охраны. — Проводи
Он возвращается обратно в кабинет хмурый и злой. И вместо того, чтобы сесть в свое роскошное белое кресло, берет стул и усаживается напротив нас с Лехой.
— Итак, Шакира, — рычит недобро. — Твою задницу мы спасли. Теперь, моя дорогая, пришло время поговорить начистоту.
— Я не понимаю, о чем ты, — пытаюсь уйти в несознанку я.
— Кира, — нехотя замечает Леха. — Ты связалась с монстром. А сейчас и мы с Ромкой попали под раздачу. Ничего, прорвемся, — морщится он. — Но нам придется соблюдать правила игры. И если при этом мы будем честны и не станем использовать друг друга втемную, то сможем выиграть. Пирогов — поганый человек. Но трусливый. Он не попрет против нас, если будет уверен, что ошибся. Но один неверный шаг, Кира, и он просто грохнет кого-нибудь. Поэтому, раз уж мы все играем свои роли в этом чудесном водевиле, давай поговорим откровенно.
— Что ты предлагаешь? — шепчу я, понимая, что Воскобойников прав.
— Во-первых, пожениться, — рычит Леха. — Только так мы сможем обезопасить тебя. Считай это услугой с моей стороны, дорогая. Потом разведемся.
— Тебе зачем? — фыркаю я. — Просто проводи меня в аэропорт. Я улечу к сестре.
— Пирогов тебя везде найдет. Это отморозок из девяностых, — бубнит Ромка. — Я его хорошо знаю.
— Зачем жениться на мне? — я смотрю внимательно на Леху и пытаюсь понять, о чем он думает. Когда-то давно я бы голову отдала за подобное Лешкино предложение. Но, став старше, поумнела. Теперь на таких вот персонажей смотрю спокойно. «Улыбаемся и машем!» — самая лучшая тактика.
— Мы поженимся, — совершенно серьезно говорит Лехес. — Сыграем пышную свадьбу. Это обязательно, Кирюшенька. Я помогу тебе избавиться от Пирогова и пустить его по ложному следу. Не спорь, я точно знаю, что блог ведете вы с сестрой, — когда я подрываюсь с места, рычит он. Сильно сжимает мое запястье и признается как ни в чем не бывало: — Меня достали мать и сестры. Но мне с ними ссориться неохота. Ты, как моя жена, должна поставить их на место. Другого пути у тебя нет, Шакира, — заявляет этот нахал. — Или соглашайся, или я зову обратно Игоря Петровича. Извинюсь перед этим душевным человеком и верну тебя. Да еще и свои наработки представлю. Ты думаешь, я не искал эту Дерзкую Анжелику?
— Леша, — лепечу я, но натыкаюсь на строгий взгляд Ромки. Кошусь на Леху и вижу, как играют желваки на его скулах.
«Твою мать, — ужасаюсь мысленно, — кажется, я влетела по-крупному!»
— Я могу простить твои выходки, Шакира, — строго отчитывает меня Воскобойников. — Но другие люди не настроены так благодушно. Если я вычислил, найдут и другие. Поэтому пока блог свою работу не останавливает, но вы с сестрой тискаете пару статеек про меня, про Пирогова, а затем пишете о ком угодно из Голливуда. О Анджелине Джоли или Николасе Кейдже. Изредка публикуете статьи о третьеразрядных
— Ты должна так себя вести, — добавляет Роман, — чтобы потом любая другая невестка им показалась бы ангелом во плоти.
— Ну, ребят, я, конечно, стерва, но такой изощренной пытки не заслуживаю, — стараюсь отвертеться, понимая, что лучше быть убитой Пироговым, чем встретиться нос к носу с жабешками. В первом случае хоть мои мучения долго не продлятся. — Давайте вернем Игоря Петровича, — вздыхаю я. — Я перед ним повинюсь во всех грехах. Он вывезет меня в посадку и пристрелит. А вы останетесь со своими родственницами один на один.
— Так это все-таки ты писала обо мне гадости?! — подскакивает Леха и тут же корчится от боли. — Блин, Кира! Ну что я тебе сделал?
— Я! — кричу запальчиво. — И еще напишу, Леша! Страна должна знать своих героев. Нельзя в кино играть одно, а в жизни творить противоположное. Нельзя признаваться в любви с экрана, а в реале бросать девчонок незадолго до свадьбы. Нельзя творить подлости и считать себя чистеньким. Зовите Пирогова! — решаю я и, откинув затылок на изголовье дивана, закрываю глаза. — Пусть грохнет, что ли…
— Да кто тебе дал право судить? — кипятится Лешка.
— Кира, — тихо предупреждает Роман, — Пирогов — страшный человек. Наши мама и сестры гораздо симпатичнее. Мы с Лешкой тебе поможем с ними справиться. Ну, помоги, а? Уже сил нет терпеть…
— Тебе-то что? — вскидывается Леха и удивленно смотрит на брата. — Только не говори, что хочешь развестись со Светкой.
— Это вопрос времени, брат, — вздыхает Лом, — и если наше НКВД повязнет в борьбе с Кирой, то мне не придется воевать на два фронта.
— Погоди, бро, — изумленно шепчет Лехес, — как развестись? Светка — нормальная баба.
— Уже нет, — мотает головой Лом, — за двадцать лет брака мы надоели друг другу. Мне иногда кажется, что я родился женатым.
— Рома, — бормочу я и чувствую, как по щекам текут слезы, — ты с ума сошел. Светка любит тебя и детей. Поговорите друг с другом! Может, есть какая-то пустяковая причина, ставшая непреодолимой преградой.
— Странная ты, Кира, — усмехается Лом, с удивлением глядя на мое зареванное лицо, — когда тебя Пирог из офиса тащил, ты не отбивалась, когда Леха обвинял, защищалась, а когда узнала о моем предполагаемом разводе, заплакала.
— Ничего ты не понимаешь, Лом! — реву я, всхлипывая. — Против Светки вообще работать отказываюсь. Я ее уважаю очень. Тебе повезло с женой, а ты, дурак, не ценишь.
— Поговори у меня, — шипит Роман, — тоже мне Робин Гуд выискался. Бэтмен, твою мать!
— Бэтмен и Ретмен, — скалится Лешка и внезапно оказывается рядом. Вытирает широкой ладонью слезы, катящиеся по моим щекам. Прижимает к себе и неожиданно целует в лоб. — Ты попала, Кира, — торжественно заявляет с наглой ухмылкой. Как будто и без него я этого не знаю!