Девятый конвой
Шрифт:
Он изъяснялся по-русски, что логично. На каком еще языке все поймут тебя правильно?
Бежать никто не пытался, да и не было возможности. В считаные мгновения водителей вышвырнули на поляну, согнали в кучу. Над ними встали два бойца с автоматами. Нестерова кто-то крепко ударил под зад. Если бы его не поймал Володька Журавлев, водитель второго «КамАЗа», он точно свернул бы шею! У реанимобилей и пассажирской «Газели» царила возня. Бойцы диверсионного отряда «Днестр» воевали с российскими медиками!
– Живо из машины, пока целы! – прорычал
– Вы не имеете права! Нам разрешили ехать в Холмодол! – выкрикнул старший в бригаде хирургов, Василий Сергеевич Зуев, анемичный мужчина предпенсионного возраста.
Но его даже слушать не стали, заломили руки.
– Езжайте, кто вас не пускает! – заявил какой-то спецназовец и захохотал.
Бледных, взволнованных врачей вытаскивали из машины и гнали на поляну. У хирурга Маслова из кармана выпали ранетки, которые он грыз по дороге, и это тоже вызвало взрыв веселья.
– Смотрите, конь в яблоках! – заявил здоровенный детина.
Последними из машин выбрасывали женщин – грубо, с солдафонской жестокостью.
– Вылезайте, ведьмочки! Всех приглашаем на шабаш! – выдал какой-то остряк.
– Отстаньте, не трогайте меня! – закричала хирург Екатерина Савицкая, статная женщина лет тридцати.
Она отбивалась, но ее хватали, лапали, ржали!
– Смотрите, хлопцы, эка гарна дивчина! Вот это запальный темперамент! Эх, показать бы ей свою палочку-выручалочку!
– Да и вот эти тоже ничего! – Спецназовцы ржали, отправляя на поляну перепуганных медсестер.
– А вот тут косметика бессильна! – Кряжистый боец вытаскивал за ногу из «Газели» Людмилу Гришину.
Она кричала, огрызалась, норовила попасть ему в мошонку каблуком.
Через минуту взбудораженных людей согнали на поляну. Мужчины старались прикрывать женщин. Ругался как сапожник водитель «КамАЗа» Копылович, простой рязанский мужик.
– Объясните, что вы делаете! – прохрипел Нестеров, зажимая пострадавшую руку. – Это незаконно! Кто вы такие? У нас имеется официальное разрешение!
Тот человек, который подошел к нему, по-видимому, был здесь старшим. Рослый плечистый мужчина не снимал маску, из-под балаклавы цепко смотрели глаза. Не говоря ни слова, он наотмашь хлестнул Дмитрия Алексеевича по лицу. Тот ахнул и повалился на Ильина, который едва успел подставить руки.
– Такая боль!.. – заявил один из автоматчиков.
– Добро пожаловать на Украину, дорогие граждане соседнего государства! – объявил спецназовец. – Вас приветствует специальный диверсионный отряд «Днестр». Не будем ничего объяснять, хорошо? Мы очень рады, что вы здесь. Надеемся, вам у нас понравится. За работу, хлопцы!
К колонне подъехал грузовик. Люди в камуфляже выгружали из кузова, затянутого брезентом, какие-то ящики. Они работали осторожно, но быстро. Ящиков было много. Их растаскивали по «КамАЗам». Звучали лаконичные команды. Кто-то выгружал провода с клеммами, загадочные механические приспособления, коробку, напоминающую осциллограф. Люди носились
– Груз не трогать! – раздалась команда. – Пусть лежит, времени нет.
– Ребята, они же минируют нашу колонну, – пробормотала доктор Савицкая и побледнела. – Это что же творится? Вот ублюдки!
Мужчины зароптали, но люди с автоматами угрожающе передернули затворы, сжали кольцо вокруг кучки россиян.
Фургон, перегородивший дорогу, без усилий выбрался на проезжую часть. Взъерошенный тип, якобы не справившийся с управлением, в два приема развернул машину, съехал с дороги в том месте, где сглаживался водосток. На поляне он развернулся и задом подогнал фургон к группе пленников.
Загрузить двадцать человек в небольшой кузов было трудновато, но бравые военные справились с этим делом. Людей гнали прикладами, били по почкам, не оставляя иных вариантов. Ильин и Беляк первыми вскарабкались в кузов, помогали другим. Ругань и возмущение пользы не приносили. Людей утрамбовали в кузов, створки захлопнули и заблокировали.
– Ты знаешь, куда везти, – бросил старший водителю.
Тот кивнул, переключил передачу. Грузовик, набитый пленниками, неторопливо выбрался на дорогу. Из леса выехал открытый джип. Несколько спецназовцев по приказу старшего бросились к нему, расселись. Внедорожник пристроился в хвост фургону, и машины исчезли за поворотом.
В колонне продолжалась работа. Подъехал еще один грузовик, бойцы сноровисто выгрузили из него какие-то ящики.
Командир отряда нетерпеливо посмотрел на часы. Лично он – майор Петро Заяц, командир диверсионной группы – свою задачу выполнил. Какого черта возятся эти «смежники»? Прозвучал тревожный вскрик – солдат не удержал ящик! Но нет, все в порядке, ловкий парень успел подставить плечо. Майор на всякий случай отошел подальше. Не стоит находиться рядом с сапером в тот момент, когда он ошибется!
Заяц стащил маску – какой теперь в ней смысл? Его и раньше не было, так, всего лишь глупая условность. Открылось обветренное щекастое лицо, близко посаженные глаза. Остальные бойцы, беря пример с командира, тоже стали стаскивать балаклавы.
Заурчал мотор на примыкающей дороге, и вскоре из леса появился невысокий сухопарый мужчина со шрамом на челюсти. Он подошел к майору. Тот подобрался, впрочем, честь отдавать не стал.
– Неплохо, майор, быстро справились, – заявил визитер, глянув на часы.
– Минеры еще возятся, господин генерал-майор.
– Ничего, время есть. Потеряем несколько минут, но в пути сможем наверстать. – Оба уставились на группу людей в штатском, выходящих из леса. Это были новые водители конвоя. Их уже проинструктировали, пообещали не допустить никаких неприятностей на блокпосту у Холмодола. Мужчины рассаживались на водительские места. Минеры заканчивали работу. Кто-то задернул шторки в «Газели», чтобы не бросался в глаза вызывающе пустой салон. Заработали мощные двигатели.