Девятнадцать минут

Пиколт Джоди Линн

– Это последняя игра Питера.

– Как она называлась?

– «Кровавые прятки».

– О чем она?

– Это одна из игр, где нужно ходить и стрелять в плохих ребят.

– А кто в этой игре был плохим? – спросила Диана.

Дерек опять метнул взгляд в сторону Питера.

– Популярные ребята.

– Где происходит действие игры?

– В школе, – ответил Дерек.

Уголком глаза Диана заметила, как беспокойно заерзал Джордан.

– Дерек, вы были в школе утром шестого

марта 2007 года?

– Да.

– Что у вас было на первом уроке?

– Геометрия.

– А на втором?

– Английский.

– А куда вы пошли потом?

– На третьем уроке у меня был урок физкультуры. Но у меня незадолго до этого обострилась астма, и доктор дал мне освобождение. Поскольку я раньше написал контрольную работу по английскому языку, то попросил у миссис Эклз разрешения пойти к машине.

Диана кивнула.

– Где была припаркована ваша машина?

– На ученической парковке, за школой.

– Покажите, пожалуйста, на схеме, через какую дверь вы вышли после второго урока.

Дерек протянул руку и указал на одну из задних дверей школы.

– Что вы увидели, когда вышли на улицу?

– Ну, много машин.

– А людей?

– Да, – сказал Дерек. – Я увидел Питера. Похоже, он доставал что-то с заднего сиденья своей машины.

– Что вы сделали?

– Я подошел поздороваться. Спросил, почему он опоздал в школу, а он выпрямился и странно на меня посмотрел.

– Странно? Что вы имеете в виду?

Дерек покачал головой.

– Не знаю. Словно он не сразу понял, кто я такой.

– Он что-то вам сказал?

– Он сказал: «Иди домой. Здесь что-то должно произойти».

– Вам это показалось необычным?

– Ну, это немного напоминало реплику из триллера «Сумеречная зона»…

– Питер когда-нибудь раньше говорил вам что-то подобное?

– Да, – тихо сказал Дерек.

– Когда?

Джордан заявил о протесте, как и ожидала Диана, но судья Вагнер отклонил протест, как она и надеялась.

– За несколько недель до этого, – ответил Дерек, – когда мы впервые играли в «Кровавые прятки».

– Что он сказал?

Дерек опустил глаза и что-то пробормотал в ответ.

– Дерек, – сказал Диана, подходя ближе, – я должна попросить тебя говорить громче.

– Он сказал: «Когда это случится на самом деле, будет ужасно».

Зал загудел, словно потревоженный улей.

– Вы знали, что он имел в виду?

– Я думал… я думал, он шутит, – сказал Дерек.

– В день выстрелов, когда вы встретили Питера на парковке, вы видели, что он делал в машине?

– Нет… – Дерек замолчал и прокашлялся. – Я только посмеялся с его слов и сказал, что ему пора идти на уроки.

– Что случилось потом?

– Я вернулся

в школу через ту же дверь и пошел в приемную, чтобы миссис Уайт, секретарша, подписала мне освобождение. Она разговаривала с девочкой, которая отпрашивалась с уроков, чтобы пойти к ортодонту.

– А потом? – спросила Диана.

– Как только она ушла, мы с миссис Уайт услышали взрыв.

– Вы видели, что взорвалось?

– Нет.

– Что случилось после этого?

– Я посмотрел на экран компьютера на столе миссис Уайт – сказал Дерек. – Там появилась бегущая строка.

– Что там было написано?

– «Кто не спрятался… я не виноват», – Дерек сглотнул. – Мы услышали негромкие хлопки, словно открывались бутылки с шампанским, и миссис Уайт схватила меня и потащила в кабинет директора.

– В том кабинете был компьютер?

– Да.

– Что было на экране?

– «Кто не спрятался… я не виноват».

– Сколько времени вы пробыли в кабинете?

– Не знаю. Десять, двадцать минут. Миссис Уайт пыталась вызвать полицию, но ничего не вышло. Что-то случилось с телефоном.

Диана повернулась к судье.

– Господин судья, теперь обвинение хочет предъявить вещественное доказательство номер триста три, и мы просим разрешения продемонстрировать его присяжным.

Она увидела, как пристав выкатил телевизионный экран с подключенным компьютером, и теперь можно было вставить диск.

«Кровавые прятки, – появилось на экране. – Выберите первое оружие!»

Мультяшный трехмерный мальчик в очках в роговой оправе и в рубашке пересек экран и посмотрел вниз на стрелку, которую можно было установить на «УЗИ», на «АК-47» или на биологическом оружии. Он выбрал один из автоматов, взял патроны. Его лицо теперь было видно крупным планом: веснушки, брекеты, ярость в глазах.

Затем экран стал синим и появилась бегущая строка:

«Кто не спрятался, я не виноват».

Дереку нравился мистер МакАфи. Сам он, конечно, не был красавцем, но вот его жена была просто то, что надо. К тому же, он был единственным человеком, кроме самого Дерека, который, не являясь родственником Питера, жалел его.

– Дерек, – сказал адвокат, – вы дружили с Питером с шестого класса, правильно?

– Да.

– Вы проводили много времени вместе и в школе, и после уроков.

– Да.

– Вы когда-нибудь видели, как другие ребята приставали к Питеру?

– Постоянно, – ответил Дерек. – Они называли нас слабаками и гомиками. Они поднимали нас за трусы. Когда мы шли по коридору, они ставили нам подножки или заталкивали в шкафчики. Или еще что-то в этом роде.

– Вы когда-нибудь говорили учителям об этом?