Девятнадцать минут

Пиколт Джоди Линн

Питер побрел по дорожке в сторону дома соседа, живущего через дорогу. Мистер Уизерхолл был полицейским на пенсии – это было понятно при одном лишь взгляде на его дом. Посреди двора стоял большой флагшток, летом трава была подстрижена ровно, как голова у новобранца, а осенью на лужайке никогда не было ни одного листика. Питер даже думал когда-то, не выходит ли Уизерхолл с граблями по ночам?

Насколько Питер знал, мистер Уизерхолл либо проводил время у телевизора, где смотрел канал с игровыми шоу, либо занимался садом – в своих вечных сандалиях и черных носках. Поскольку он никогда не

позволял траве на своей лужайке вырастать больше, чем на полдюйма, у него всегда в запасе была канистра с бензином. Питер от имени отца иногда одалживал немного для газонокосилки или для снегодува.

Питер позвонил в дверь, звонок напел мелодию «Президентского марша», и мистер Уизерхолл появился на пороге.

– Сынок, – сказал он, хотя знал, как зовут Питера уже много лет. – Как дела?

– Хорошо, мистер Уизерхолл. Я хотел спросить, не могли бы вы одолжить немного бензина для снегодува? Ну, чтобы я мое его использовать. В смысле, я не смогу вам вернуть долг.

– Заходи, заходи.

Он придержал дверь, пропуская Питера в дом. Пахло сигарами и кошачьим кормом. Рядом с диваном стояла миска с попкорном, а в телевизоре ведущая открыла очередную букву.

– «Большие ожидания», – закричал мистер Уизерхолл на спасовавшего игрока. – Ты что, идиот?

Он провел Питера на кухню.

– Подожди здесь. В подвале тесновато. – Это, как понял Питер, означало, что на какой-нибудь полке не протерта пыль.

Он прислонился к кухонному столу, прижав ладони к пластиковой поверхности. Мистер Уизерхолл нравился Питеру, потому что, даже когда он старался быть грубым, было понятно, что он просто скучает по работе в полиции и ему не на ком попрактиковаться. Когда Питер был младше, Джойи с друзьями постоянно доставали мистера Уизерхолла, то завалив снегом его расчищенную дорожку, то выгуливая своих собак на его вылизанной лужайке. Он вспомнил, как Джойи где-то в одиннадцать лет забросал дом мистера Уизерхолла яйцами на Хеллоуин. Его с друзьями поймали на месте преступления. Уизерхолл затащил их в дом для серьезного разговора.

– Этот мужик просто придурок, – говорил Джойи Питеру. – Он хранит пистолет в банке для муки.

Питер прислушался к звукам на лестнице, ведущей в подвал. Он слышал, как мистер Уизерхолл возится внизу, доставая бензин.

Он боком передвинулся ближе к раковине, где стояли четыре начищенные до блеска металлические банки. На самой маленькой было написано «Сода», а дальше по возрастающей: «Коричневый сахар», «Сахар», «Мука». Питер осторожно открыл банку для муки.

В лицо ему взлетело облачко белой пыли.

Он кашлянул и помотал головой. Надо было сразу догадаться, что Джойи врал.

По инерции Питер открыл стоявшую рядом банку с сахаром и обнаружил, что смотрит на девятимиллиметровый полуавтоматический пистолет.

Это был «глок-17», скорее всего тот самый, который Уизерхолл носил с собой, когда работал в полиции. Питер знал это, потому что разбирался в оружии – он вырос среди оружия. Но была определенная разница между охотничьим ружьем, обрезом и этим аккуратным, компактным пистолетом. Его отец говорил, что любой, кто не работает в силовых структурах и держит у себя огнестрельное оружие, просто идиот: шансов пострадать

от него куда больше, чем получить защиту. Проблема с пистолетом была в том, что дуло у него настолько короткое, что человек забывает о том, что нужно держать его подальше от себя в целях безопасности; целиться им так же легко и просто, как показывать пальцем.

Питер потрогал его. Холодный, гладкий. Гипнотизирующий. Он потер пальцем спусковой крючок, обхватив ладонью пистолет, этот легкий, начищенный груз.

Шаги.

Питер закрыл банку крышкой и развернулся, сложив руки на груди. Мистер Уизерхолл появился на верхней ступени, держа в руках красную канистру для бензина.

– Готово, – сказал он. – Вернешь назад полную.

– Хорошо, – ответил Питер. Он вышел из кухни, даже не взглянув на банку, хотя именно этого ему хотелось больше всего.

После уроков приехал Мэтт с куринным бульоном из местного ресторана и кучей комиксов.

– Почему ты не в постели? – спросил он.

Он суетился возле нее, словно у нее мононуклеоз или рак, а не обычная простуда, как она сказала ему, когда он позвонил ей утром из школы со своего мобильного. Уложив ее в кровать, он поставил ее на колени чашку с бульоном.

– Это должно тебя вылечить лучше всяких лекарств, правда?

– А как же комиксы?

Мэтт пожал плечами.

– Мама всегда мне их покупала, когда я в детстве болел и оставался дома. Не знаю. Благодаря им мне всегда становилось лучше.

Когда он присел рядом с ней на кровать, она взяла один журнал. Почему у Чудо-женщины такая огромная грудь? Неужели, имея шестой размер, можно прыгать по крышам и бороться с преступниками без хорошего спортивного белья?

Эти мысли напомнили Джози о том, что она почти не носила собственный бюстгальтер в последние несколько дней. Ее грудь стала очень чувствительной. А это, в свою очередь, напомнило о тесте на беременность, который она завернула в бумажное полотенце и выбросила в мусорный бак на улице, чтобы мама его случайно не нашла.

– Дрю собирается устроить вечеринку в эту пятницу, – сказал Мэтт. – Его родители уезжают в Фоксвудс на выходные. – Мэтт нахмурился. – Надеюсь, к тому времени тебе станет лучше и ты сможешь пойти. Как ты думаешь, что у тебя?

Она повернулась к нему и набрала воздуха в грудь.

– Главное, чего у меня нет. Месячных. У меня задержка две недели. Сегодня я провела тест.

– Он уже договорился с ребятами из Стерлингского колледжа, чтобы они купили пиво. Поверь, будет весело.

– Ты слышишь меня?

Мэтт улыбнулся ей так, как успокаивают ребенка, который говорит, что небо падает.

– Думаю, ты зря беспокоишься.

– Тест позитивный.

– Это бывает из-за стресса.

У Джози отвисла челюсть.

– А если это не стресс? А если это на самом деле, понимаешь?

– Тогда мы вместе с этим справимся. – Мэтт наклонился вперед и поцеловал ее в лоб. – Малыш, – сказал он, – ты от меня никогда не избавишься.

Спустя несколько дней, когда пошел снег, Питер специально слил весь бензин из снегодува и перешел на другую сторону улицы, к дому мистера Уизерхолла.