Девятимечье
Шрифт:
— Надеюсь, что да. Точно сказать не могу, хоть я и более сильный маг Предела, чем Саллан, но мы не знаем, что ему дала энергия шиина и что он вообще сейчас собой представляет.
— Постарайтесь. Я же отправляюсь во дворец. У меня будет возможность ударить по остальным в тот момент, когда они этого не ждут.
— По кому именно? — уточнил маг, внимательно глядя на ученицу.
— Для начала — по заговорщикам. А потом — в зависимости от ситуации.
— Жаль будет, если ты не успеешь и они успеют прикончить Синклит, — вздохнул Вангейт. В его ярко-синих глазах
— Да, жаль, — Мария понимающе улыбнулась. — Учитель, давайте напрямую. Вы хотите, чтобы я под шумок прикончила и Синклит, дабы он нам не мешал?
Вар Гаррех поморщился — он не любил при ком-то лишнем называть подобное своими именами.
— Да. Глупо было бы упускать такой шанс, не правда ли? Из всего Синклита мне хотелось бы оставить в живых только одного мага — вар Гаделаха. Но, к счастью, его на сегодняшнем собрании быть не должно. Ты справишься?
Ведьма вскинула голову, провела кончиками пальцев по шее, демонстрируя отсутствие ошейника. Вангейт только усмехнулся.
— Справлюсь.
— Тебе открыть портал или правишься сама?
— Лучше откройте — у меня слишком маленький опыт в этом деле…
— Хорошо.
— Учитель, а что вы собираетесь делать с этой? — эльфа кивнула в сторону по-прежнему парализованной заклятием Тирэн'лай.
— Там разберемся, — отмахнулся маг. Закрыл глаза, проговорил сложную формулу — перед ним возникла светящаяся арка портала. — Иди и… удачи тебе.
Девушка кивнула и сделала шаг в проход, ведущий в королевский дворец Эгленора, прямо к залу, в котором сейчас собрались восемь из тринадцать магов Синклита. Как они думали — для того, чтобы найти способ защитить город от Черного Мага, или же того, кто прикрывается этим именем.
«На самом деле, они собрались здесь, чтобы умереть», — со злой радостью подумала Мария.
— …а поскольку нам абсолютно точно известно, что выплесков силы Предела в городе за последние две декады не замечено, это позволяет полностью опровергнуть навязываемую нам мысль о том, что за этой кровавой бойней стоит Черный Властитель.
— Вы забываете, дорогой коллега, о чудовищном выплеске энергии Предела прошлой ночью, — встал со своего места худой старик с длинными волосами и гладко выбритым лицом.
— Отнюдь, отнюдь. Но выплеск носил явно стихийную форму, не был приложен к какому-либо заклинанию, был единичным и не повлек за собой прекращения жестоких ритуальных убийств, — возразил первый. — Я считаю, что Черный Властитель не причастен к происходящему в Эгленоре.
— Что не должно помешать нам именно на него повесить все эти убийства, — вставил грузный пожилой мужчина.
— Разумеется.
— А что вы скажете по поводу подозрительного отсутствия наших коллег
— Хотите намекнуть на их причастность? — понимающе хмыкнул грузный.
— Нет, вар Гаррех и вар Гаделах ничем подобным заниматься точно бы не стали, — покачала головой седоволосая маленькая чародейка, единственная женщина, входящая в Синклит. — Они слишком большие чистоплюи, эти двое. А вот дорогой Саллан подходит, и подходит вполне — ни для кого из нас не секрет его милые увлечения… А вар Эйзенкель и вар Мерритан вполне могли соблазниться возможностью заполучить побольше силы, они же у нас самые слабенькие…
— Я все равно не понимаю, зачем им это. Ведь не могут не понимать, что рано или поздно, но их выходка всплывет, и тогда им конец.
— Еще не факт, что именно они стоят за убийствами. Это только одно из двух десятков предположений и оно не обоснованно никакими фактами, — охладил пыл магов высокий темноволосый мужчина лет сорока, сидящий во главе стола. Его лоб охватывал тонкий золотой обруч, ничем другим король Алеарта не выделялся среди остальных членов Синклита. Не считая уровня силы, конечно.
Внезапно затемненная арка в конце зала осветилась вспышкой, и из нее в зал по очереди шагнули двое магов.
— Господа вар Мерритан и вар Эйзенкель, — холодно констатировал король. — Чем изволите объяснить ваше отсутствие?
— А ничем, — грубо бросил Эйзенкель, поднимая руку, и демонстрируя собравшимся предмет, который он сжимал в пальцах.
Изящный стеклянный кувшинчик, в котором причудливо перемешивались струйки дыма всех оттенков алого, игриво посверкивал бликами от высоких светильников, хаотично расставленных по залу.
Реакция магов была разной — кто-то замер, не шевелясь и, кажется, даже не дыша, кто-то осторожно начал отодвигаться к стене вместе с креслом, кто-то судорожно схватился за край стола, кто-то вполголоса ругался последними словами…
Король медленно поднялся на ноги.
— Что это значит? — ледяным тоном спросил он.
— Всего лишь то, что вашему балагану пришел конец, — ухмыльнулся Мерритан, подходя к приятелю. Он тоже держал артефакт — правда, не столь узнаваемой конструкции и назначения.
— Вы отдаете себе отчет в том, что творите?
— Более чем, — осклабился Эйзенкель. — Ваше время прошло, коллеги. Отныне это будет наша страна.
Мария медленно шла по пустынному коридору, опоясывающему зал собраний Синклита. Со стороны она выглядела странно — казалось, каждый шаг дается ей с неимоверным трудом, будто она волокла за собой какой-то невозможно тяжелый груз. В какой-то степени так оно и было.
«И как я могла наивно полагать, что магия — это просто?» — тихо стонала она про себя. Мысли путались, ей не хватало способностей и возможностей, чтобы удерживать в голове настолько тонкий расчет. Однако у ведьмы не было права ошибиться, и она делала то, что пока еще лежало за пределами ее возможностей. Через «не могу» и через «невозможно».