Девятимечье
Шрифт:
Существовал свод правил как следует одеваться, как здороваться, как спрашивать о чем-либо. Девушка сама изучала все это и заставляла делать это недовольно бурчащую Нарин, которая никак не могла понять, что не во всем мире обычаи подобны принятым в Харнгирате. А затем Ларна начала выяснять, чем живут острова. Аллиорноин имел богатейшие рыбные промыслы, добывал руду, в том числе и со дна моря, вел активную торговлю со всем миром, везде можно было встретить корабли под их флагом. Но самым прибыльным товаром островов являлись девушки. Специально обученные, лишенные и не лишенные пола рабыни для удовольствий.
Ларна пришла в ярость, узнав об этом, но заставила себя успокоиться и, выпросив у капитана когга две толстые книги об Аллиорноине, погрузилась в чтение. Аллиорноинские рабыни любви почему-то
Условия и методы воспитания в этих самых Воспитательных домах вызывали ужас. Девочки попадали туда в пятилетнем возрасте, а то и раньше, их сразу же заставляли носить очень тесную обувь и перетягивали талии. У них не было ни единой свободной минуты, их дрессировали как животных, обучая пению, танцам, декламации, умению вести себя в обществе. Но главными науками были тайное искусство любви и столь же тайное искусство убивать. Именно убивать – аллиорноинки хорошо разбирались в самых хитрых ядах и точках на теле, которые требовалось нажать, чтобы человек сладко умер в истоме, сам того не заметив. Они выходили из Воспитательных домов тонкими, как тростинки, и грациозными, как лани.
Рабыни пользовались большим спросом, хотя стоили очень дорого – как минимум, пятьсот-шестьсот золотых каждая. Не слишком красивые девушки всю свою жизнь рожали новых рабов и рабынь от тщательно отобранных производителей. Мальчиков отправляли в специальные воинские школы, а девочек, понятно, в Воспитательные дома. Часть из них, не соответствующая высочайшему стандарту, лишалась пола и продавалась как рабыни для запретных удовольствий, тоже стоящие в десятки раз больше обычных. Их обучали необычным методам ласк, и они могли легко свести с ума хоть мужчину, хоть женщину. Только в Серую Башню бесплатно поставлялись знаменитые аллиорноинские рабыни любви, а все остальные, даже императорский двор Фофара, должны были платить. И далеко не всякий аристократ или богатый купец решался на такое разорение. Но тот, кто хоть однажды узнавал этих искусниц, не хотел больше никого.
Ларна всю дорогу продолжала читать выпрошенные книги и расспрашивать моряков об островах, но так и не смогла понять до конца как там живут. Ей, после прочитанного и услышанного, очень хотелось попробовать аллиорноинских девушек, но она понимала, что это невозможно – на двоих, после художеств рыжей, оставалось всего около трехсот двадцати золотых – этого явно недостаточно. Что делать дальше Ларна пока еще не решила, но думала, что найдет выход.
И вот, наконец, набережная Нунду-анг-Орма. Ларна немного побаивалась – теперь они остались одни, доброжелательные капитан и женщины-матросы с харнгиратского когга остались позади. С этого момента девушки могли полагаться только на самих себя. Нарин была до глубины души потрясена видом расхаживающих всюду мужчин. И не рабов, а свободных. Она до последнего момента не верила, что такое возможно. Девушка соглашалась, когда ей говорили, что в других странах власть мужчин, но в глубине души поверить в это так и не смогла, считая такой порядок вещей невозможным. Понимание, что это все-таки правда, стало для нее немалым шоком.
Подруги надели кожаные шорты и безрукавки, так как было очень жарко. За спинами они тащили мешки с одеждой и мечи. Ларна еще на корабле узнала название дешевой таверны, где можно снять комнату за половину золотого в день. А еще за полдарала там можно есть три раза в день, что немаловажно. Нарин Ларна не доверяла и денег ей в руки предпочитала не давать, на что рыжая очень обижалась, но терпела, понимая, что подруга лучше ориентируется во внешнем мире.
Девушек сильно удивляла одежда местных жителей – мужчины были одеты в широкие шаровары из цветастой материи и обтягивающие кожаные куртки рыжего цвета. Все они подпоясывались длиннейшими
Архитектура Нунду-анг-Орма оказалась не менее причудливой. Казалось, во всем городе нет ни одного прямого угла, дома были овальными или круглыми, а иногда вообще шарообразными. Улицы перетекали одна в другую плавно, без резких переходов. Как местные жители могли ориентироваться здесь? Ларна растерянно вертела головой во все стороны, пытаясь понять, где находится и как им добраться до нужной таверны. Она начала спрашивать прохожих и вскоре ей повезло – какой-то человек шел туда и взялся проводить чужеземок, благо недалеко – всего три квартала. Капитан харнгиратского когга посоветовала девушкам обратиться к хозяйке таверны и по поводу корабля на Колхрию. Наконец, впереди показалась вывеска с белым корабликом и птицей. Ларна перевела дух и поблагодарила провожатого, который буркнул: "Не за что!" и пошел своей дорогой. Обе подруги тяжело дышали – Дарин с Радой нагрузили их, как вьючных лошадей. Ларна толкнула дверь и вошла.
– Добро пожаловать в "Ветер странствий", милые девушки! И откуда это к нам таких красавиц занесло? – выкатилась из-за стойки бара невысокая полная женщина в красном берете с белым помпоном.
– Здравствуйте, да пребудет с вами мир! – поклонилась Ларна. – Мы из Харнгирата, хотели бы снять у вас на двоих недорогую комнату, да и столоваться предпочли бы здесь же. Нам порекомендовала вашу таверну капитан когга "Победительница".
– Я очень рада вам, милые девушки! – улыбнулась хозяйка. – Меня зовут Мизвах Сат Рид, можете звать меня просто тетушкой Мизвах. И передайте благодарность уважаемой капитану.
Девушка кивнула, внимательно глянула в хитрые глазки хозяйки и спросила:
– А во сколько нам станет день проживания вместе с едой?
– Совсем недорого! – взмахнула руками тетушка Мизвах.– Ну, просто задаром. Всего полтора золотых.
– Да что вы! – изобразила на лице ужас Ларна. – Да как можно! Это же грабеж!
Они понимающе глянули друг на друга и ухмыльнулись, а затем принялись отчаянно торговаться. В конце концов девушке удалось сбить начальную цену до приемлемого для них золотого в день. После этого появились слуги и унесли вещи подруг наверх, а сами девушки уселись за стол и со здоровым молодым аппетитом умяли поданный хозяйкой вкусный торт со взбитыми сливками. Покончив с ним, Ларна спросила у тетушки Мизвах то, что интересовало ее больше всего на свете.
– А не подскажите ли нам, уважаемая, скоро ли будет какой-нибудь корабль на Колхрию?
– Ох, милая! – снова всплеснула руками та, – Вот уж не повезло вам, так не повезло… Только через месяц, вчера полсотни шхун туда отвалило. А теперь, пока следующую партию рабынь не повезут, ни одного не будет.
Ларне едва не стало плохо от этого известия. Целый месяц торчать в незнакомом городе? Да еще и имея на руках такую оторву, как Нарин? Рыжая ведь обязательно чего-нибудь учудит. Тридцать золотых тоже было жалко до слез. Мало ли что еще непредвиденное может случиться? Но выхода, похоже, нет – они прибыли после окончания торгов, и даже случайные корабли вряд ли станут заходить на остров до следующих. Тяжело вздохнув, Ларна уплатила хозяйке за два дня и утащила Нарин наверх, переодеваться. Тетушка Мизвах посоветовала подругам носить местные платья и, желательно, ниже колен, чтобы не привлекать лишнего внимания – как и везде, чужеземцев в Аллиорноине не любили, а "харнгиратских стерв" вообще люто ненавидели. За эти платья и нелепые белые береты незамужних девушек Ларне пришлось выложить еще три золотых, и она кипела от возмущения.