Девятая надежда

Аск Рона

– Это я вытащил из бедра лошади, перед тем, как стража отнесла ее в замок, – он промокнул губы салфеткой и откинулся на спинку стула, а герцог Хастор, указав дрожащим пальцем на дротик, громко заявил:

– Я же говорил! Говорил, что не виновен!

– Успокойся, Растис, – мягко осадила его Астария. – Мы все знаем, произошедшее – не ваша вина. И очень рады, что беда обошла нас стороной.

Последние слова она произнесла с чувством и посмотрела мне в глаза, а я почувствовала себя неуютно. Было что-то в ее взоре. В ее выражении лица… Что я не могла

понять, а она отчаянно хотела до меня донести. И это что-то вызвало во мне гнев, который я с трудом подавила и отвернулась.

– Но… Кто это мог сделать? – я стиснула подол платья, чтобы руки перестали дрожать. – И почему не выстрелили в меня, а в Злату?

– На последний вопрос ответить легко, – заметил принц. – Убийца был далеко, чтобы его не увидели. А с большого расстояния проще попасть в крупную цель, например, в лошадь. Ну, или все должно было выглядеть, как несчастный случай.

– Потому что были свидетели… – догадалась я.

– Да, – кивнул он. – Потому что были свидетели.

Рензел опустил руку к поясу и вытащил из черных ножен кинжал. Тот самый, который был в руках убийцы в ночь покушения. От его вида у меня внутри все похолодело.

– Сэр Ларис долго пытался разузнать, кому принадлежал этот кинжал или хотя бы где его могли сделать. Но ни королевский оружейник, ни городской не смогли его опознать. Но отсутствие каких-либо признаков на кинжале, – поспешил он нас утешить, – тоже в своем роде подсказка. Им владел наемник.

– И ты выяснил кто он, раз всех нас собрал? – задумчиво погладил бороду король.

– Не совсем, отец, – склонил голову принц. – Но кое-что узнал.

Он взял дротик и вытер его о белую салфетку, на которой остался темный след, будто от сажи.

– Меня заинтересовала грязь на острие, – он поднял дротик, показывая всем, что чистый металл опять начал темнеть. Постепенно. Будто стекло запотевало от дыхания или расползались круги жира. – И благодаря Арону выяснил, из-за чего она появляется.

– Только один яд способен зачернить металл, – заговорил лекарь, а я выдохнула, когда поняла, почему он не удивился, увидев на столе дротик. – Сок морского дракона – рыбы, обитающей…

– Исключительно возле побережья южных королевств – Альтарии и Дракилании, – закончил за него король.

– Именно, – кивнул Арон. – В малых количествах этот яд не убивает, только парализует. Основная его задача – доставить жертве боль и страх близкой смерти, чтобы она потеряла рассудок.

У меня мурашки поползли по спине, когда я поняла, что испытывала Злата, когда мы неслись через поля и леса. Страх. Боль… Странно, как она, вообще, не спрыгнула с утеса, а остановилась.

– Если это правда – здесь может быть замешана политика, – нахмурилась Астария. – Слышала, король Дракилании очень любил пытать соком дракона преступников и пленных.

Чашка с чаем загремела о блюдце в руках герцога Хастора, и тот поторопился поставить ее на стол:

– И не только он… – тихо добавил лорд. – Многие южные страны использовали разбавленный яд морского дракона

для пыток.

Все с удивлением на него покосились. Похоже, никто не ожидал, что у него могут быть хоть какие-то познания в использовании ядов. И в свое оправдание герцог заметил:

– Узнал от леди Гретты, когда…с ней беседовал.

– Леди Гретты? Жены столичного фармацевта? – вскинула бровь Астария. И, когда Хастор кивнул, королева с выражением полной безнадеги покачала головой.

Мне тоже стало стыдно за лорда Растиса. Пусть Гретта выглядела привлекательной, но она уже немолодая…чтобы с ней «общаться», а еще немного безумная и совсем помешанная на ядах и противоядиях. Сколько животных эта дама загубила ради своего любопытства – трудно сосчитать. Однако осудить ее тоже сложно. Одержимость ядами леди Гретты спасла многих людей.

Обычно мужчины опасаются с ней связываться – в том числе ее супруг, судя по тому, что она совсем не боится при нем заигрывать с другими молодыми людьми. А лорду Растису, порой кажется, совсем без разницы какой даме составлять компанию на вечер. Лишь бы она была при деньгах и с громким именем.

– Когда Арон рассказал мне о морском драконе, я сразу предположил, что покушение спланировано, – принц продолжил испытывать взглядом герцога Хастора. – Он знал, что леди Цессаре подарят лошадь, заранее все продумал и подготовил дротик с разбавленным ядом.

– Что сложно, – пояснил Арон. – Яд морского дракона маслянистый и с водой его не смешать.

Принц кивнул:

– После наемник нашел способ проникнуть в поместье, хотя я приказал усилить наблюдение на стене и не пускать никого, кроме гостей из списка, их слуг и трех снабженцев из замка, – он немного помолчал прежде, чем добавить: – И, кроме вас, лорд Растис, за эти два дня больше никто сюда не приезжал.

– Думаете… – побледнел Хастор. – Думаете, это я привел в замок убийцу?

– Не думаю, а подозреваю, – прямо сказал принц. – Вы помните, сколько слуг с вами прибыло?

– Пятеро… Может, шестеро.

Рензел вскинул бровь, а лорд Растис всплеснул руками:

– Да не помню я! Кто же будет запоминать всех своих слуг? Они же… слуги!

– Я помню каждого своего слугу, – принц грозно сверкнул глазами. – И вам, герцог Хастор, советую тоже лишний раз присматриваться к подчиненным. Ваша беспечность когда-нибудь сыграет с вами злую шутку, если уже не сыграла. Поэтому будьте добры, выясните и запомните, кто с вами прибыл.

Герцог нахмурился. Бледность никуда не исчезла, но его руки вдруг перестали дрожать, а во взгляде проскользнуло упрямство.

– Вы сказали, убийца не в первый раз появился, – зацепился он взором за кинжал. – Почему вы решили, что он с самого начала не прятался в замке? Не выжидал удачного момента, чтобы навредить леди Цессаре?

– Потому что, – подался чуть вперед принц, – у меня есть причины так думать. И не одна. И даже не две. А вам, лорд Растис, о них знать не полагается, но… – он взял в руки вилку с ножом. – Кое-что я все же скажу.