Девять принцев Амбера
Шрифт:
Тогда он выругался, а я засмеялся. Это была опасная игра, и может быть, не выпей я столько виски, я не затеял бы ее, но дело было сделано.
— Мне просто захотелось тебе сказать, что у меня все в порядке. Хотелось еще напомнить тебе нашу семейную поговорку о перекладывании с больной головы на здоровую. Хотя твою голову тебе долго не носить. Так что привет, братец! Тот день, когда я снова войду в Эмбер, будет днем твоей смерти! Просто мне захотелось сейчас тебе об этом сказать — ведь этот день не за горами.
— Приходи, — ответил он. — Только на этот раз я тебя не пожалею.
Глаза
Я сделал ему нос и закрыл карту ладонью. Это произвело тот же эффект, как и повешенная телефонная трубка, и я засунул Эрика к остальным картам.
Однако, засыпая, я подумал о войске Блейза там, внизу, и о том, как будет защищаться Эрик.
Это будет нелегко.
6
Это место называлось Авернус, и набранное войско состояло не совсем из людей. Я внимательно осмотрел их на следующее утро, идя вслед за Блейзом, который совершал обход.
Каждый из воинов был семи футов ростом, с очень красной безволосой кожей, кошачьими глазами и шестипалыми руками и ногами. Их серо-голубые формы были настолько легкие, что напоминали шелк, хотя явно были сотканы из другого материала. На поясе висели две короткие сабли. Уши у них были остроконечные, а пальцы оканчивались когтями.
Климат здесь был теплый, цвета приятные для глаз, и все думали что м ы — боги.
Блейз нашел такое место, где религия говорила о братьях-богах, похожих на нас и воюющих друг с другом. Неизбежно в их мифологии злой брат захватывал власть и пытался угнетать хороших младших. И конечно среди них бытовала легенда из Апокалипсиса, по которой сами они будут призваны сражаться на стороне добрых братьев.
Моя рука была на черной перевязи, я осматривал войско и размышлял о том, что скоро они погибнут.
Перед одним воином я остановился и окинул его взглядом.
— Знаешь ли ты, кто такой Эрик?
— Князь Тьмы.
Я поощрительно кивнул:
— Молодец!
Затем пошел дальше.
Прогремел пушечный салют в честь меня и Блейза.
— Какова численность твоей армии? спросил я.
— Примерно пятьдесят тысяч.
— Приветствую тебя, идущего на смерть, — перефразировал я. — Ты не только не сможешь завоевать Эмбер со своими пятьюдесятью тысячами, тебе не удастся довести их даже до подножия Колвира. Смешно даже думать выставить этих несчастных с их игрушечными саблями и пушками против бессмертного города.
— Знаю. Но это не все, что у меня есть.
— Да скорее можно считать, что этого у тебя просто нету.
— А что ты скажешь о трех флотилиях, примерно в половину сил Каина и Жерара, вместе взятых?
Это было уже серьезно.
— Все еще недостаточно, — сказал я. Можно сказать, что это только начало.
— Знаю. Я набираю силы.
— И чем скорее ты это сделаешь, тем лучше. Эрик будет отсиживаться в Эмбере и уничтожать наши войска, когда мы будем идти по Отражениям. Когда остатки армий дойдут до подножия Колвира, там тоже погибнет множество людей. Затем надо будет подняться до Эмбера. Как ты думаешь, сколько сотен наших воинов останется в живых, когда мы достигнем города? Остатки наших сил можно будет уничтожить в пять минут, причем безо всяких усилий
— Эрик объявил свою коронацию через три месяца, сказал он. — К этому времени я смогу по меньшей мере утроить свои силы. Наверное, мне удастся собрать четверть миллиона воинов из Отражений, чтобы бросить их в бой против Эмбера. Существуют другие миры, похожие на этот, и я наберу такие силы святых крестоносцев, какие еще никогда не осаждали Эмбер.
— А у Эрика будет ровно столько же времени, чтобы усилить свою защиту. Не знаю, Блейз, не знаю… Это почти самоубийство. Я не знал истинного положения вещей, когда пришел сюда…
— А что есть у тебя? — спросил он. Ничего! Ходили слухи, что когда-то ты командовал великолепным войском. Где оно?
Я отвернулся.
— Их больше нет в живых, — сказал я. Я уверен.
— Может, тебе удастся найти Отражение твоего Отражения?
— Не хочу даже пытаться. Прости.
— Тогда какую же ты можешь принести мне пользу?
— Я уйду, — сказал я, — если пушечное мясо — все, что ты от меня хотел.
— Подожди! — вскричал он. — Я сказал не подумав. Даже если у тебя ничего нет, мне не обойтись без твоих советов. Пожалуйста, останься со мной. Я даже извинюсь, если хочешь.
— Это необязательно, — ответил я, зная, что значит для принца Эмбера просить прощения. — Я останусь. Я думаю, мне удастся помочь тебе.
— Чудесно!
И он дружески хлопнул меня по здоровому плечу.
— И я достану тебе войско — можешь не беспокоиться.
Войско я ему достал.
Среди многих Отражений, которые я прошел, обнаружилась раса мохнатых существ, с когтями и клыками, похожих более-менее на людей, но с интеллектом тупоголового учителя начальных классов — прошу прощения, мальчики — я хочу сказать, что они были преданы, честны, и их очень легко было обмануть таким негодяям, какими являлись мы с Блейзом. Чувствовал я себя при этом по меньшей мере неуютно.
Примерно сто тысяч этих созданий буквально молились на нас, вплоть до того, что целовали наши руки.
На Блейза это произвело впечатление, и он заткнулся. Примерно через неделю плечо мое выздоровело. Через два месяца у нас было более четверти миллиона солдат.
— Корвин, Корвин! Ты все еще прежний Корвин! — сказал он, и мы выпили по этому поводу.
Но чувствовал я себя несколько странно. Почти всем нашим солдатам была уготована смерть. И ответственен за нее буду я. Я чувствовал некоторое раскаяние, хотя прекрасно понимал разницу между Отражениями и действительностью. Тем не менее каждая смерть будет самой настоящей смертью — это я тоже знал.
Много ночей я раскладывал карты. Тут были и те, кто отсутствовал у Флоры: на одной из них был рисунок самого Эмбера, и я знал, что с его помощью могу в любой момент проникнуть в город. На других были наши погибшие братья. А на одной из них был Отец, и я быстро убрал ее обратно в колоду. Он пропал без вести.
Я долгое время всматривался в каждое лицо, пытаясь сообразить, чего можно добиться от них. Несколько раз я раскладывал карты, и каждый раз выпадало одно и то же.
Его имя было Каин.