Девять дней волшебства
Шрифт:
Мне снился Артем. Он ползал вокруг меня, похожий на гигантского таракана. А я никак не могла сдвинуться с места. Не могла пошевелиться и скинуть его мерзкие лапки, которыми он цеплялся за мою одежду, пытаясь забраться на меня. Я кричала, но ни звука не вырывалось изо рта.
Мне снился Харт. Он смотрел на меня с презрением. Медленно отворачивался и уходил, оставляя меня одну. А вокруг сгущалась тьма, которой он мог управлять. Она засасывала меня, поглощала и я сливалась с ней в единое целое, не в силах противиться.
Никогда до этого я не видела таких кошмаров. Обычно снилось только как меня опять насилуют. Но теперь
***
Рзартарихарт не мог унять злость, даже когда Рина развернулась и ушла, послав его по интересному адресу. Он метался по поляне, пытаясь найти что-нибудь, что можно сломать. А потом вдруг споткнулся о сумку девушки. И его накрыло осознанием ситуации. Что там сказала девчонка? Ревность? Именно она пробралась в душу и разъедала ее. Каких-то два дня, а он уже ревнует девчонку так, будто она его жена!
Опомнившись, Харт сложил разбросанные по поляне вещи на лежанку из веток и побежал за Риной. Его Риной. Но скоро он понял, что догнать ее так вряд ли сможет. Рзартарихарт не был следопытом, но он мог найти ее с воздуха. Резко взмахнув крыльями, он поднялся над деревьями высматривая в сумерках тоненькую фигурку.
Он пролетел совсем немного, как правое крыло пронзила острая боль. Кожа хоть и срослась, но еще не окрепла. Лететь дальше было невозможно. Пришлось возвращаться пешком на поляну и седлать недовольного этим виверна. Давно наступила ночь, но это ничуть не мешало лиссару. Он прекрасно видел в темноте, благодаря строению зрачка. Но Рины нигде не было. Как же он пропустил ее? Он облетал округу уже который раз, все медленнее и ниже, зовя девушку по имени.
В небе полыхнуло и началась гроза. А лиссар продолжал тщетно искать девушку, пролетая все дальше. Но тут в голове возникла мысль, так неожиданно, будто кто-то ее туда вложил. Что если она вернулась сама? И теперь мокнет на поляне одна, в темноте, думая, что он ее оставил? Натянув повод виверна, Рзартарихарт развернул его и полетел обратно.
Его девочка лежала на сосновых ветках, завернувшись в промокшее одеяло. Она вся дрожала, на лбу выступил пот.
– Рина. – Харт присел рядом с ней, девушка не отозвалась. Она спала.
Рзартарихарт убрал с ее лба мокрые пряди волос и резко отдернул руку. А потом приложился этому месту губами, проверяя не показалось ли ему. Увы. У Рины был сильный жар.
– Демоны! – выругался Харт.
Он подхватил вещи и закрепил их на седле. Осторожно взяв Рину на руки он плотнее закутал ее в одеяло и вместе с ней забрался на виверна.
– Потерпи, девочка. – успокаивал он, казалось, самого себя. – Тут не долго лететь. Еще до рассвета будем у целителя. Потерпи, милая.
Харт прикладывался ко лбу Рины то щекой, то губами и с ужасом понимал, что жар усиливается. Она начала метаться у него на руках, и мужчина не знал как ей помочь. Ей явно снилось что-то плохое. Она кричала и пыталась размахивать руками. А лиссар прижимал ее к себе, такую хрупкую, маленькую, гладил по голове и шептал ласковые слова, не заметив, что давно перешел на родной язык.
– Шаве, ратраимас вер, шаве! (тише, хорошая моя, тише) – уговаривал он бессознательную девушку,
До приграничного Дзартийского города Фартис они долетели, когда только начало светать. Местный целитель был давним знакомым Рзартарихарта, именно поэтому он летел сюда, а не в Сиатр, который был восточнее и ближе к Виртрасу.
Рзартарихарт приземлился прямо во дворе дома друга. Аккуратно, чтобы не потревожить лишь недавно успокоившуюся девушку, он спланировал на землю и подошел к двери. Минуту он примеривался как ему постучать, ведь у него заняты руки, он уже замахнулся на ни в чем не повинную дверь ногой, как ее распахнул заспанный хозяин.
– Харт? – от удивления маг даже проснулся, – ты что тут делаешь? Да еще и в такую рань?
– Пациента тебе принес. Может пустишь нас в дом, у нее сильный жар.
– О, Создатель! Никогда не зайдешь просто так, пропустить стаканчик, вечно с проблемой! – сокрушался человек, лет сорока на вид, пропуская друга с девушкой на руках и закрывая за ними дверь.
День третий
Я просыпалась тяжело. У меня все болело. Ломило каждую клеточку тела. Стоило вздохнуть, и я зашлась в ужасном сухом кашле, который обжигал мне легкие и горло. Дыхание тоже было горячим, что свидетельствовало о высокой температуре. Эх, не помогли мои таблетки. Теперь помру, вот незадача-то. Я разлепила веки с невероятным трудом. Глаза сразу же заболели тоже.
Взору предстал вовсе не лес, и это очень радовало. Судя по всему, я лежала на мягкой кровати в каком-то доме. Вертеть головой я не могла, хоть и хотелось осмотреть комнату полностью. Из того что я видела был стол, он стоял на против меня. Рядом с ним тумбочка, а за ней дверь. Все это было на расстоянии метра в полтора от кровати, на которой я лежала.
Под потолком плавали какие-то огромные светлячки. Очень красивые, золотистого цвета. Мне даже подумалось, что они магические, так как ни к чему не крепились и не слепили глаза, когда я на них смотрела. А еще я смогла определить, что я в комнате одна.
Не успела я это подумать, как дверь бесшумно открылась и в комнату, как мягколапый кошак, прокрался среднего роста мужчина, лет этак сорока, с веселыми морщинками вокруг глаз и короткими каштановыми волосами.
– О, проснулась? Прекрасно-прекрасно! – заговорил он, увидев, что я его разглядываю.
В дверном проеме тут же материализовался Харт:
– Проснулась? – воскликнул он и, кажется, хотел броситься ко мне, но первый посетитель его остановил, встав грудью на амбразуры. Смотрелось забавно, ибо он был на голову ниже.
– Харт уйди, ты будешь только мешать! – лиссар оторвал от меня взгляд и перевел его на говорившего.
– Но я…
– Уйди тебе говорят! – на дал ему закончить мужчина, вытолкав-таки крылатого за дверь и захлопнув ее у него перед носом. – Так, на чем мы остановились? – спросил он, потирая руки, чем не мало меня напряг.
– Ах, да! – вспомнил он, – Вы проснулись и это замечательно! Позвольте представиться, я Мирим – целитель и друг Харта. Так что если Вы доверяете ему, то можете не о чем не волноваться. – я завозилась, а он продолжил, – Если же не доверяете, то все равно не волнуйтесь, ибо Вы теперь моя пациентка и находитесь под моей защитой. И я защищу Вас даже от него.