Девять дней в мае
Шрифт:
– Вениамин, не грусти! Я верю, что в Украине скоро все устаканится!
– Не знаю – не знаю.
– Будем расходиться, наверное – мне ведь далеко возвращаться домой.
– Ага.
Они прошли вместе до «Таганской». Уже заходя в метро, Небеседин пожалел о том, что не подошел к театру на Таганке и не поглядел афишу. «Ещё успеется» - подумал он.
– Ты как до Пушкино добираешься? – спросил Вениамин.
– На электричке от Ярославского вокзала. Минут сорок ехать, это недолго по столичным меркам, я давно привык, - ответил Караваев.
– Почти что целый тайм в пути! –
Небеседин добрался до «Сухаревской», где его встретил давнишний приятель Петр Сергеев. Они постоянно куролесили вместе в Одессе, куда Сергеев приезжал в отпуск каждое лето. Петр был старше Вениамина на десять лет, но это не было препятствием в общении и они прекрасно понимали друг друга с полуслова. Сергеев постоянно звал Небеседина в Москву и обещал ему показать места алкогольной славы, но у Вениамина всё не получалось приехать. Вечер вторника Петр предложил провести в знаменитой «Чебуречной» на Сухаревской. Небеседин хотел расслабиться в более престижном заведении, но Сергеев настоял на своём и Вениамин решил не спорить со старшим товарищем.
– Вот ты и в Москве! – радостно сказал Пётр.
– Второй день уже и мне здесь определённо по душе! – сообщил Небеседин.
– Пойдем поскорее. Тут недалеко. Устал за день на работе и мне не терпится выпить.
– Наша служба и опасна и трудна! Допросы, дознания и всё такое? – спросил Вениамин.
– Если бы! Бумагомарательство, бумагомарательство и еще раз бумагомарательство!
Сергеев трудился в генеральной прокуратуре и занимался там надзором за милицией. Они зашли под вывеску «Чебуречная» и Небеседин удивленно сказал:
– Вот это наливайка! Антураж периферийной заводской столовки!
– Ни одного сидячего места! Все пьют только стоя! – довольный собой произнес Пётр.
– А бухарики-то какие колоритные! У нас таких днём с огнем не сыщещь!
– Бомжи, бродяги, попрошайки, слесаря, автомеханики – все как на подбор!
– Весь цвет ежедневно пьющего общества! – согласился Вениамин.
Они выстояли короткую очередь и взяли на кассе по два чебурека.
– Чебуреки хоть не из собачатины? – Небеседин поинтересовался у друга.
– Не бойся. Готовят они добротно. Я сколько раз ел и ничего со мной не было.
– С тобой ничего не было после чебуреков, так как ты после них продезинфицировал желудок водочкой! Кстати, а почему мы ничего не заказываем из спиртного?
– Тссс! Бухло и закусон у меня в сумке! – сообщил Сергеев.
– А, понял!
Они еле успели занять освободившийся столик. В «Чебуречной» был аншлаг. Петр попросил официантку протереть их столик и лишь после того, как она убрала за предыдущими выпивохами, Сергеев поставил на столик бутылку водки, аккуратно завернутую в газёту.
– Народа, конечно, многовато! – сказал Вениамин, оглядываясь по сторонам.
– Это разве многовато?! Ты себе представить не можешь, что тут творится в пятницу вечером! Это сегодня вторник, рабочий день и еще достаточно нелюдно по здешним меркам! – открывая бутылку водки сообщил Петр.
– А официантка не будет ругаться, что ты водяру принес с собой?
– Они знают, что люди приносят с собой, но обычно не делают замечаний,
– Ты угадал с закуской. Не люблю томатами закусывать. При виде помидоров сразу вспоминается борщ, Украина, бандеровцы и все в таком духе. Лимон как по мне не подходит к водке. А оливками сорокградусную закусывать так это вообще извращение!
– Кушай чебуреки, не стесняйся!
– Ай! Горячий! – сказал Небеседин, взявшись пальцами за чебурек и быстро одёрнув руку.
– Ты бери ножик и вилку – так удобнее чебуреки есть! – произнес Петр, разливая водку по пластиковым стаканчикам.
– Попробую, - ответил Вениамин и принялся кромсать чебурек с помощью столовых приборов.
– За встречу! – сказал Сергеев, подняв стаканчик.
– За встречу! – поддержал его Вениамин.
Они выпили по пятьдесят грамм и облегченно вздохнули.
– Хорошо пошла! – торжественно произнес Пётр.
– Согласен! Только выпив водки я по-настоящему ощутил, что оказался в России. Вчера пил пиво и вискарь, но это совсем не то!
– Водка это лучший бальзам для русской души!
– Чебуреки неплохие. Огурчики вообще отличные. Ты не зря меня сюда привел, - жуя, сказал Небеседин.
– Я знаю, куда гостей водить и чем их потчевать!
– Я последний раз чебурек ел еще летом 1998 года как раз перед дефолтом. Мы с матерью ездили на «Седьмой километр» мне за шмотками и тетрадями к школе. Мать у меня помешана на диетическом питании и мне захотелось её понервировать. Выпросил у неё деньги. Сказал, что на мороженое, а сам побежал к ближайшему контейнеру, где выпекалась всякая пирожковая гадость, купил там чебурек и начал его есть прямо у матери на глазах. Я еще специально чавкал, жир по бороде растекался. Мать орала на меня: «Выбрось немедленно эту отраву, а иначе у тебя скоро случится заворот кишок! Я не хочу, чтобы тебя забрали в реанимацию! Они готовят чебуреки из чего попало! У них дизентерия в контейнере - крысы по полу бегают, тараканы прямо по прилавку стаями ползают, мух полным полно! Они даже руки не моют с мылом перед тем как жарить котят в тесте!». Я тогда все-таки доел чебурек. Он был вполне съедобен и никакого отравления со мной не случилось, но впредь я решил не рисковать с чебуреками, - рассказывал Вениамин.
– Чебуреки это по-нашему! Шаурма или как ещё говорят щаверма это азиатчина, и я её не люблю. Русские тефтели теперь стали митболами называть – это преступление перед традициями русской кухни и за такое надо бить по морде я считаю! – возмущался Сергеев.
– Солидарен с тобой в этом вопросе! Петруха, так что у тебя интересного на работе?
– В командировку недавно ездил на Дальний Восток. Владивосток, Хабаровск, Сахалин. В милиции там служат одни лентяи и разгильдяи. Беру выборочно дела на проверку, открываю, а там всего две-три страницы написано. Ни опросов свидетелей, ни пояснений. Я сразу влепил кому выговор, а кому и неполное служебное соответствие. Они в ответ: «Обижаешь начальник!» и давай дарить кто банки с чёрной икрой, кто красную рыбу. Мне их пищевые дары не нужны и я сказал, чтобы они прекратили это безобразие.