Девушка за границей
Шрифт:
Думаю, нам с библиотекой нужно сделать перерыв в стиле Росса и Рейчел. Становится поздно, и я устала.
В порыве отчаяния я возвращаюсь к мистеру Баксли со своим телефоном.
– Ты знаешь эту женщину? Я протягиваю ему телефон, чтобы показать фотографию.
– Художник-портретист из Талли Франклин Астор Дайс написал ее вскоре после Второй мировой войны.
Его типичная гримаса исчезает, когда он внимательно всматривается в фотографию, прищурившись за очками.
– Боюсь, что нет.
Я проглатываю очередной приступ разочарования.
Он
Он протягивает его мне. Вместе с этим чертовым планшетом.
Туше, мистер Баксли.
Но я полагаю, что это прогресс.
15
TПАРНИ УСТРАИВАЮТ ВЕЧЕРИНКУ СЕГОДНЯ ВЕЧЕРОМ, И КВАРТИРА переполнена их друзьями и друзьями друзей. Незнакомые лица, которые в основном смотрят мимо меня, как будто я ребенок, который должен быть в доме соседей с ночевкой, чтобы большие дети могли поиграть. Я стараюсь быть общительной, и ребята знакомят меня со всеми, но они втягиваются в разговор, который начинает выводить меня из себя, и я остаюсь на периферии. Это не их вина, этот мой синдром аутсайдера. Я их не виню.
Я совершил обход. Теперь я забился в угол с бокалом вина и наблюдаю издалека. Честно говоря, я занят. Зудящий и раздражающий. Разочарован.
Да, я больше не могу притворяться, что это не то, что я чувствую. Я разочарован.
Нейта и Ивонны здесь нет.
Мне должно быть все равно. Я продолжаю убеждать себя не делать этого. Но с момента нашей поездки мне все больше не терпится снова увидеть Нейта. Часть меня даже думала, что он, возможно, приложит усилия, чтобы снова наладить отношения (как друзья, конечно), но, очевидно, я ошибалась.
Хотя я понимаю. Наличие девушки - довольно веская причина, по которой он не прилагал к этому усилий.
И почему я должен прогонять эту мысль.
Я не особенно близок с Ивонной и не испытываю к ней особой преданности. Тем не менее, убивать парня другой женщины - дерьмовый поступок. Я уверен, что это не принесло бы мне ни одного очка среди остальных участников группы.
Угу, как будто была хотя бы отдаленная вероятность того, что ты сможешь украсть его у нее?
– спрашивает веселый голос в моей голове.
Тьфу. Это смешно.
Я здесь уже больше двух месяцев. Это было весело, но пора перестать позволять себе развлекаться абсурдными сценариями безответной одержимости. Пора взглянуть в лицо горькой правде.
И найди еще бокал вина, чтобы запить это.
Когда я захожу на кухню, чтобы налить себе еще, я замечаю, как один из товарищей Джека по команде по регби роется в ящиках.
“Ты здесь живешь, верно?” спрашивает он, бросая на меня взгляд через широкое плечо. Он одет в джинсы и полосатую рубашку поло, которая натягивается на груди.
Мне действительно нужно начать уделять больше внимания
– Угу, - отвечаю я.
– Поможешь мне найти открывалку для бутылок?
Я открываю посудомоечную машину и достаю его из корзины для посуды.
– Джек бросил его туда, чтобы люди не убежали с ним.
– Выдающийся. Он откручивает крышку со своего пива и протягивает бутылку мне. “Ваше здоровье”.
Мы чокаемся и пьем.
– Я Сэм. ” Он прислоняется к стойке.
– Ты Эбби, да?
“Да. У меня на спине есть знак?”
– Джек говорит о тебе.
– Ох. ” смущенный румянец заливает мое лицо.
– Не верь ни единому слову.
“Все хорошее. Обещаю”. У Сэма обезоруживающая улыбка и непринужденное поведение. “ Знаешь, ты вполне в форме. Я понимаю, почему он не упомянул об этом.
Я нервно смеюсь, потому что не знаю, как к этому отнестись.
– Ты просто высказал это прямо, да?
Сэм пожимает плечами с яркой, пьяной улыбкой. “Это было немного дерзко?”
– Может быть, немного. Пожалуйста, не позволяй мне останавливать тебя.
Его ухмылка становится шире, когда его взгляд скользит по мне, ненадолго задерживаясь на обнаженной коже, открытой свитером с открытыми плечами. Несмотря на все усилия Ли одеть меня сегодня вечером, я выбрала свой собственный наряд. Свитер оверсайз, джинсовая юбка и черные армейские ботинки. Мило и повседневно. Даже Ли неохотно признал, что я хорошо выгляжу, когда увидел, как я выхожу из своей комнаты. Я уверен, что ему было больно это делать.
Кто-то включает музыку в гостиной. Это незнакомая мне песня, хотя в последнее время я слушаю много британского рока.
– Может, потанцуем?
– Спрашивает Сэм.
Аббатство Нэшвилл скажет "нет". Она была бы слишком далеко от своей зоны комфорта и стеснялась бы выглядеть глупо перед толпой.
Лондон Эбби немного выпила, и ей нужно что-нибудь, чтобы прогнать мысль о недосягаемом парне. Поэтому я допиваю вино и, взяв его за руку, веду в гостиную, где столпились остальные.
На несколько минут я отбрасываю все свои опасения и отвлекающие факторы. Я позволяю Сэму притянуть меня ближе, когда он прижимается губами к моим волосам, произнося кокетливые слова, которые я не совсем различаю из-за музыки и его акцента. Я просто киваю и улыбаюсь, забавляясь на мгновение тем, что соглашаюсь с этим. Есть худшие способы провести вечер и более разрушительные способы забыть парня.
На другом конце комнаты я замечаю, что Джек обращает на меня внимание. Его обычная невозмутимая улыбка исчезает, когда он оценивает своего друга. Его глаза сужаются. Когда Сэм утыкается носом мне в шею сбоку, Джек отрывается от своего разговора и подходит к нам.
– Эй, приятель. Он толкает Сэма в плечо.
– Ты пускаешь слюни на девушку.
– На самом деле это не так, - возражаю я, все еще танцуя в объятиях Сэма.
“На моем лучшем поведении”, - говорит Сэм, все еще улыбаясь и невозмутимо. “Поклянись в этом”.