Девушка в башне
Шрифт:
– Благословит вас Господь, – ответил он. Его голос гудел в груди, свечи затрепетали.
Он не смотрел ей в глаза, он смотрел мимо нее на тени у потолка.
– Я уважаю вашу набожность, батюшка, – сказала Ольга. – Вспоминайте меня в
молитвах. Но вам нужно лечь в постель. Вы болеете.
– Я живу или умру по воле Бога, – ответил священник. – Лучше… – он пошатнулся.
Варвара поймала его, не дав упасть, она была сильнее, чем выглядела. На ее лице
мелькнула
– Огонь сильнее, – рявкнула Ольга слугам. – Подогрейте суп. Принесите горячее
вино и одеяла.
Варвара, кряхтя, уложила священника в постель, а потом принесла Ольге стул. Ольга
опустилась, а женщины столпились за ней. Священник не двигался. Кем он был и откуда
пришел?
– Вот медовуха, – сказала Ольга, когда его веки затрепетали. – Садитесь. Пейте.
Он приподнялся и пил, хрипя. Все это время он смотрел на нее поверх кубка.
– Благодарю, Ольга Владимирова, – сказал он, допив.
– Кто сказал вам мое имя, батюшка? – спросила она. – Как вы заблудились в лесу?
Мышцы дрогнули на его щеке.
– Я из дома вашего отца в Лесной Земле. Я ходил по долгим дорогам, мерз в
темноте… – его голос затих, а потом стал выше. – Вы похожи на свою семью.
Лесная Земля… Ольга склонилась.
– У вас есть новости? О моих братьях и сестре? Об отце? Расскажите, у меня нет
вестей с лета.
– Ваш отец мертв.
Тишина была такой, что было слышно, как крошатся поленья в печи.
Ольга была потрясена. Отец мертв? Он даже не увидел ее детей.
Но зато теперь он был счастлив, он был с мамой. Но… он теперь остался навеки в
его любимой зимней земле, она его больше не увидит.
– Пусть земля ему будет пухом, – прошептала потрясенно Ольга.
– Мне жаль, – сказал священник.
Ольга покачала головой, сглотнув.
– Вот, – священник вдруг протянул ей кубок. – Выпейте.
Ольга влила вино в горло, а потом отдал пустой кубок Варваре. Она провела рукавом
по глазам, смогла без дрожи спросить:
– Как он умер?
– Это злая история.
– Я слушаю, – ответила Ольга.
Женщины шептались.
– Хорошо, – сказал священник. Его голос стал едким. – Он умер из–за вашей сестры.
Слушатели заинтересованно охнули. Ольга прикусила щеку.
– Прочь, – сказала Ольга, не поднимая голос. – Иди наверх, Даринка, прошу.
Женщины заворчали, но ушли. Только Варвара осталась ради приличия. Она ушла в
тени, скрестила на груди.
– Вася? – спросила грубо Ольга. – Моя сестра Василиса? При чем тут она…?
– Василиса Петровна не знает ни Бога, ни послушания, – сказал священник. – В ее
душе дьявол.
– Не понимаю… – начала Ольга, но священник поднялся выше на подушки, пот
стекал по его шее.
– Она видела то, чего нет, – прошептал он. – Она ходила в лес, но не боялась. Все в
деревне говорили об этом. Добрые говорили, что она безумна. Другие говорили, что она
ведьма. Она выросла, как ведьма, она привлекала взгляды мужчин, хоть и не была
красивой… – его голос снова утих. – Ваш отец, Петр Владимирович, спешно устроил для
нее свадьбу, пока не стало хуже, но она отказалась и прогнала суженого. Петр
Владимирович хотел отослать ее в монастырь. Он боялся… за ее душу.
Ольга пыталась представить взрослой свою сестру с волшебными зелеными глазами,
и у нее хорошо это получилось. Но монастырь? Вася?
– Девочка, которую я знала, не выносила быть взаперти.
– Она боролась, – согласился священник. – Она кричала «нет» снова и снова. Она
убежала ночью в лес посреди зимы, все еще возмущаясь. Петр Владимирович пошел за
дочерью, как и Анна Ивановна, ее бедная мачеха.
Священник замолчал.
– А потом? – прошептала Ольга.
– Зверь нашел их, – сказал он. – Они говорили, что это был медведь.
– Зимой?
– Василиса, наверное, забрела в берлогу. Девочки глупы, – голос священника стал
выше. – Не знаю, я не видел. Петр спас жизнь дочери, но его убили, а с ним и бедную
жену. Через день безумная Василиса сбежала, и никто больше о ней не слышал. Мы
можем лишь полагать, что она тоже мертва, Ольга Петровна. Она и ваш отец.
Ольга прижала ладонь к глазам.
– Я обещала Васе, что она переедет ко мне. Нужно было протянуть руку. Я могла...
– Не горюйте, – сказал священник. – Ваш отец у Бога, а ваша сестра заслужила такой
исход.
Ольга испуганно подняла голову. В голубых глазах священника не было эмоций, но
ей показался яд в его голосе.
Ольга взяла себя в руки.
– Вы перенесли опасности, чтобы доставить новости, – сказала она. – Чем… чем мы
можем отплатить? Простите, батюшка, я даже не знаю вашего имени.
– Меня зовут Константин Никонович, – сказал священник, – и я ничего не хочу. Я
буду при монастыре, буду молиться за этот испорченный мир.
4
Владыка Башни костей
Митрополит Алексей основал Архангельский собор в Москве, и его игумен, отец