Девушка с зелеными глазами
Шрифт:
— Она будет в восторге, — соврала я.
— Думаю, я смогу что-нибудь подобрать. А почему она, кстати, не устраивает вечеринку?
Я ухмыльнулась, вспомнив прошлый год, как мы танцевали до рассвета и потом по дороге домой купались в фонтане. Я ужасно простыла и сидела дома неделю, но оно того стоило.
— Мама запретила ей проводить вечеринки после того, как мы немного экстремально отметили ее шестнадцатилетие.
— Не могу вообразить здесь ничего экстремального, — кисло проворчала она.
Был конец октября, и магазины были заполнены
Она выбрала ужасную шляпу цвета зеленого бутылочного стекла с шерстяной подкладкой, которую Нэт точно возненавидит, — она была слишком веселой и солнечной для такой скучной шляпы. Я уже сшила ей гигантскую диванную подушку, вышитую желтыми и оранжевыми кошками, которых она обожала. Это было отвратительно с моей стороны, но я не могла перестать улыбаться, представляя себе, как Нэт будет пытаться изобразить радостное возбуждение при виде Женевьевиного подарка и как ей придется надеть шарф и шляпу, чтобы не обидеть ее.
— О'кей, ну вот и все, — пробормотала я, когда мы вышли из магазина. — Мне больше ничего не нужно, поэтому я, наверное, поеду домой.
Женевьева недоверчиво прошипела.
— Кэти, не притворяйся. На самом деле ты просто не можешь оторваться от меня.
— Я здесь только ради Нэт… я не хотела быть рядом с тобой.
Ее голос был словно шелк.
— Признай это. Ты все придумала. Может, ты и сама не понимаешь этого, но подсознательно пытаешься быть ближе ко мне.
Я уже знала, что Женевьева любит выворачивать наизнанку естественный порядок вещей. Она может сделать черное белым и наоборот. Я почувствовала, что мои глаза наливаются кровью, постаралась дышать размеренно и представила себе Люка, уговаривающего меня не поддаваться на ее провокации.
— Будь осторожнее со своими желаниями, — проворковала Женевьева, глядя в небо. — Ты захотела получить самого красивого бойфренда, и у тебя появился Мерлин. А потом ты захотела, чтобы в твоей жизни появился необыкновенный человек. Вот и я, Кэти. Человек, способный понимать тебя… абсолютно.
Это было слишком близко к истине. Я действительно мечтала о бойфренде и о лучшей подруге, которой у меня никогда не было.
Она пошла медленнее и стала смотреть на свое отражение в витринах.
— Тебе еще недостаточно?
— Недостаточно чего?
Она не ответила и продолжала смотреть на стеклянные витрины, но в этот раз уже на меня.
— Кэти, каково это, ощущать, что жизнь уходит, как вода сквозь пальцы? Легчайшая рябь на поверхности, и тебя уже не стало. Вряд ли кто-то заметит.
— Мерлин не поверил твоей фотографии, — сказала
Она выразительно постучала себя по макушке.
— Он сказал, что не поверил. Но теперь он будет постоянно видеть ее в своем воображении, как бы ни пытался позабыть. Образы так сильны, что ты видишь их, даже когда сам того не желаешь.
— Но он полностью мне доверяет.
Ее голос звучал так уверенно, что почти гипнотизировал.
— Требуется только маленькое зернышко сомнения, которое будет расти и развиваться до тех пор, пока не сгниет все основание. И доверие постепенно уменьшится.
Я подумала, имеет ли она в виду Нэт и эти ужасные любовные заклинания. Нэт теперь всегда будет подозревать меня в том, что я распускала слухи. Я сжала кулаки, чтобы не так сильно чувствовать боль.
— Кэти, ты становишься все слабее.
Я вытянула руку вперед.
— Просто уйди отсюда, Женевьева.
— Неважно, куда ты пойдешь и как далеко будешь бежать, Кэти. Ты уже отмечена.
Она была просто сумасшедшей. Ее заявления становились все более и более абсурдными.
— Я иду туда, — прорычала я, пытаясь избавиться от нее.
— Я тоже пойду туда.
Она пристала ко мне, как репейник, и я поняла, что уже не смогу скрыться от нее до автобусной остановки, где мы разъедемся по разным маршрутам. Мы проходили мимо благотворительного комиссионного магазина и, что странно, одновременно словно приросли к месту и стали смотреть на витрину. В ней было вывешено объявление, предлагающее вечернюю одежду на любой случай. Мужской манекен был одет в смокинг, а женский — в вечернее платье с глубоким декольте. В эту самую секунду я точно знала, о чем думает Женевьева, ведь я думала ровно о том же: рождественский бал в колледже.
Темой вечеринки был Голливуд, и это было потрясающе, потому что подразумевало Мерлина в смокинге и меня, похожую на кинозвезду, в каком-нибудь роскошном ажурном платье.
— Туда стоит заглянуть, — предложила Женевьева самым обычным тоном, как будто между нами не происходило ничего странного.
Я подозрительно посмотрела на нее, опасаясь новой ловушки, и попыталась отвлечь ее внимание, потому что мне хотелось попасть туда одной.
— В этом году все как-то скучно, — пожаловалась я. — Голливуд — отвратительная идея.
Женевьева презрительно фыркнула.
— Ну что ж, если ты не хочешь зайти…
Она открыла стеклянную дверь, но вместо того чтобы воспользоваться возможностью сбежать, я пошла за ней. Она крутила головой, как сова, рассматривая одежду вокруг. Мои глаза остановились на самом потрясающем платье, которое я когда-либо видела, оно висело в противоположном конце магазина. В первую очередь привлекал внимание его шлейф, потому что он был сшит из двухтонной мерцающей материи зеленовато-серого цвета и напоминал хвост русалки. Я подбежала к нему, схватила вешалку и тут же обнаружила, что кто-то с другой стороны сделал то же самое.