Девушка с тенью пантеры
Шрифт:
Кажется, дорога была ровной. Чего это он споткнулся?
— Слушай, Лялька, — повернувшись ко мне, он проходится по моему телу оценивающим взглядом, — А напомни мне свою профессию?
— Губу закатай! — фыркаю я, махнув на него рукой.
— Я подумаю… — многозначительно протягивает Рома, ускоряя шаг.
— А не надо думать! — не твоё это. От слова совсем. — Никакого интима. Никакого рукоприкладства и криков. Ты слышишь?
— Ох, Лялька, не зарекалась бы… — он смеётся, беззаботно подмигивая мне. — Хорошо.
— Я похожа на идиотку? Ты думаешь, я попрошу меня ударить или наорать?
— То есть, с первым вариантом сомнения всё-таки имеют место быть, да?
У-у-у-у-у-у! Бесит! Беси-и-ит!!!
Глава 17
До кафе дошли молча. Я пыталась унять разбушевавшуюся злость и сверлила его спину злобным взглядом, пока он вразвалочку двигался вперёд.
Собственно кафе оказалось сразу за огороженной бетонным забором территорией автомойки, и добираться нам долго не пришлось. Имелась даже уютная летняя площадка на четыре деревянных столика. Туда Зверь и направился.
Из дверей выпорхнул молодой парень в бордовом фартуке и тут же забежал обратно в заведение с тусклой вывеской: «Оазис».
Пантера недовольно фыркает. Я глажу её по голове, наблюдая за ленивой позой мужчины. Рассеялся вальяжно на деревянной лавке, закинув ногу на ногу, и скучающе смотрит вокруг себя.
— Кажется, здесь нашей компании не рады. — сквозь сжатые зубы произношу я, кося в сторону закрытых дверей и столпившегося у ближайшего окна персонала.
— Дай им время… — лениво отзывается он, постукивая пальцами по широкому деревянному столу.
— Им время, а мне что? — нерешительно подхожу к лавке напротив Зверя, раздумывая, стоит ли вообще здесь задерживаться. Очевидно же, что огромная чёрная кошка не способствует культурному походу в кафе.
…даже такого скромного формата.
— Садись. Не стоит недооценивать людей, Лиля. — Рома лениво поправляет рукав рубашки, глядя на наручные часы задумчивым взглядом. — К супам привыкли, Лялька. Разгуливающей по городу пантерой людей уже не удивишь.
— Да? — фыркнув, решаю всё же сесть за стол. — Что-то я не видела ни одной до недавнего времени. Изуродованных людей, видела. А вот животных нет. Даже в зоопарках и цирках их уже раз, два и обчёлся.
— В людей нужно верить, Лялька. — ехидно усмехаясь, он смотрит поверх моей головы, растянув губы в притворную улыбку. — Смелее, она не кусается.
Вздрогнув, я оборачиваюсь. В приоткрытых дверях мнётся паренёк. Не могу утверждать однозначно, тот самый это юноша, что струхнул перед этим, или кто-то более смелый, но одет он так же. Белая рубашечка, бордовая жилетка и такого же цвета короткий фартук.
— Простите, а летняя площадка закрыта. Холодно. — странным образом парень пускается в объяснения.
— Мне
— Она…точно не…бешеная?
Я аж задохнулась в возмущении. Нормальный вообще?!
— Нет! Это его бабушка. — громко восклицаю я, стараясь не смотреть на вытянувшееся лицо Романа.
С прискорбием пришлось признать, что Зверь был прав. Моя неосмотрительная шутка придала официанту такой смелости, что он быстрым шагом приблизился и учтиво кивнул Роме, удостоив кивком и меня:
— Меню нужно?
— Не стоит. Что вы можете нам предложить из мясного?
Пока официант расхваливал кухню кафе, а Рома вносил те или иные поправки в заказ, я сидела раскрыв рот. Он же вот только что боялся из кафе выйти! Он реально поверил, что пантера — бабушка Ромы? Или как это вообще понимать?
— Я очень прошу прощения, — нерешительно пробормотал парень, — А вам приборов…сколько?
— Три. — не остался в долгу Рома и обольстительно мне улыбнулся. — Как же мы не покормим мою бабушку.
— Прости. — бурчу я. Дар речи ко мне возвращался постепенно. — Вырвалось. Само.
— Не страшно, Лялька. Я же говорил, нужно верить в людей. — равнодушно говорит он. — Ты бы бабушку мою хоть за стол посадила. Что обо мне скажут люди? Что бабушка Романа Зверева ужинает под столом?
Улыбку сдержать едва удаётся. К тому же пантера, словно специально, стала тереться о мои ноги. Мол намекая, подвинься.
— Ууу, морда. — ошалело воскликнула я, когда огромная туша полезла на лавку, активно толкая собой стол и усаживаясь.
Сидим. Я, сжавшись в уголке, под стеночкой здания кафе. Пантера, сидя, словно воробышек на жёрдочке. И Зверь, конечно, раскинув ноги почти на ширину продольного шпагата.
Падла…
— Почему Лялька? — не выдержав затянувшегося молчания, спрашиваю я.
— Смущает?
— Да!
— Почему тогда игнорируешь? — неожиданно на его лице вспыхивает интерес. Он даже подаётся вперёд, сцепив пальцы в замок.
— Мама так учила. — пожимаю плечами. — Если игнорировать всякие клички и обзывательства, обидчик, не найдя желаемой реакции, потеряет к ним интерес. Но тебе, похоже, моя реакция не нужна.
— А кто сказал, что ты её не даёшь? — он улыбается одним уголком губ, глядя на меня с вызовом.
— Я. Я не даю никакой реакции.
— Это ты так думаешь. — заявляет он.
— Что значит, думаю? Я знаю. Это же я.
— Ты безумно скучный собеседник. — протягивает он, так словно моё общество его тяготит. Меня вообще напрягает его поведение. Кажется, что его настроение меняется десять раз за час. Не уследишь. Не поймёшь, что там в его голове творится.
— Нормальный я собеседник, когда оппонент вменяемый. — шепчу под нос, отворачиваясь от этого хама.